Мария Николаева – Сали. На стыке двух миров (страница 6)

– Не трогай! И вообще к моим цветам не подходи! — воинственным тоном произнесла какая-то дама. Я, отдернув руку, словно нашкодивший юнец, поспешно обернулся. В дверях стояла богиня. Хмурая, весьма раздраженная, но удивительно прекрасная. Ее не портили даже ярко-рыжие кудри, хотя я всегда считал и этот цвет волос, и прическу без единой шпильки вульгарными. Вот только за эти глаза цвета майской зелени можно было простить и большее, а уж как капризно кривились алые губки

К счастью, наваждение не продлилось долго. Дама недовольно цокнула языком, сбросила на ближайший стол тяжелый, подбитый мехом плащ и предстала во всей своей красе

Если простить цвет волос и прическу я еще мог, то брюки — нет. Девушки не должны портить себя мужской одеждой, особенно столь очаровательные и женственные. Однако эта представительница слабого пола считала иначе. Она была облачена в широкие брюки из плотной серо-зелено ткани, атласную изумрудную блузку, ворот которой был сколот белой камеей под самым горлом, и коричневый кожаный корсет. Довершал этот образ разбойницы из детских сказок револьвер, чья кобура была небрежно пристегнута к поясу.

Кстати, оружие у нее оказалось довольно примечательное. Видел я лишь самый край рукояти, но вряд ли ошибусь в оценке — у нее «тульчанин», не думаю, что индивидуальный заказ, но даже серийный экземпляр на порядок, а то и на два превосходит аналогичные американские и немецкие модели.

Пока я изучал появившуюся незнакомку, она пронеслась по комнате, заглянув в каждый стол, и набрала себе каких-то не то бумаг, не то бланков. Меня она не удостоила и взгляда. Обидно, черт возьми! Я, может, и не Аполлон, но внешности вполне приятной. Что странно, заставить себя начать разговор я почему-то не мог, все никак не находился со словами, а прекрасная разбойница между тем явно собиралась покинуть эту комнату и меня в ближайшее время.

Спасение пришло оттуда, откуда его и не ждали.

– Я слышал голоса — На пороге нарисовался шеф местного цирка. Орлов кинул быстрый взгляд на меня, словно убеждаясь, что я все еще тут, а потом перевел взгляд на прекрасную разбойницу: — О, Рель, это ты. Я не ждал тебя раньше завтрашнего утра. Но так даже лучше. Знакомься, это — Мужчина широко улыбнулся, явно радуясь возможности представить нового человека, но дама не дала ему даже рта раскрыть.

– Да все равно! Он у нас надолго не задержится: либо убьют, либо сам сбежит, — фыркнула рыжеволосая красавица и скрылась за дверью приемной. Н-да. Что прическа, что костюмчик, что характер — полное соответствие. А вот личико ангела, спустившегося с небес, тут явно случайно затесалось.

– Не обижайся. Рель у нас девушка непростая. Впрочем, и Софи такая же. Но, думаю, с ними ты и без меня познакомишься. Как-никак видный молодой человек, симпатичный, родовитый Общий язык найдете!

Я промолчал, но что-то мне подсказывало, что Орлов слишком оптимистичен для человека его лет. Не знаю, как меня примет эта неведомая Софи, но вот рыженькая разбойница меня и за мыслящее существо не принимает. Не могу сказать, что это отношение мне непонятно, но от девушки я такого не ждал. Обычно подобным пренебрежением грешат опытные бойцы, когда к ним переводят непонятно откуда взявшегося салагу.

– Что ж, Сали, если ты все тут осмотрел, то можешь идти домой. Правда, я бы посоветовал взять с собой Куро. Тебе нужно вникать в наши дела, а лучше него тебя в них никто из нас не посвятит.

Я неопределенно кивнул. Если честно, я не знал, можно ли держать животных в моем новом доме, но что-то мне подсказывало, что Елена Валерьевна мне не откажет в столь малой просьбе.

– Куро, слышал? Пойдешь с Сали! — это уже в сторону приемной. Что ответил кот и ответил ли что, я не расслышал. Впрочем, на тот момент меня это и не интересовало. Я привыкал, постепенно втягивался во весь этот бедлам. С другой стороны, моя жизнь пошла под откос задолго до всего этого

Решив, что идти домой сразу не стоит, на выходе из здания коммерческого училища я свернул не налево, в сторону Елоховской площади, а направо, к центру города. До Кремля я топать само собой не собирался, но вот небольшой крюк для размышлений дать просто необходимо.

А подумать мне было о чем. Аж голова пухла от всех этих разномастных мыслей.

Н-да, если по приглашению я шел хоть и с некоторой опаской, но в целом со спокойной душой, то покидал я своды училища в полном смятении чувств.

Тяжесть Куро непривычно оттягивала руки. Нахохлившийся словно воробей кот выглядел сердитым и донельзя забавным. Он недовольно сопел и крутил головой по сторонам, явно ища повод, чтобы придраться. С другой стороны, его можно понять: вытащили на мороз из теплого помещения, практически ничего не объяснив От такого никто в восторг не придет. Да и Куро, как я понял, все больше времени на одном месте проводит, без командировок и разъездов, а тут такое счастье на него в моем лице свалилось, что в ближайшее время надо бегать, бегать и бегать.

Я уже планировал пожалеть несчастного спутника и повернуть в сторону дома, как меня остановил выкрик.

– Ворон!

Умом я понимал, что вряд ли это обращались ко мне — я уже давненько вырос из лицейского прозвища, но все равно завертел головой по сторонам, пытаясь понять, откуда шел звук.

Площадь перед церковкой была небольшой, но довольно многолюдной. Однако сцепившихся языками едва ли не на пороге храма трех кумушек я отмел сразу, как и старательно набрасывающего сугроб дворника, да и прочую рабочую людь можно откинуть В результате этих нехитрых действий на площади осталось всего три человека, подходящих под все параметры: достаточно молодых, благородных или сколько-то состоятельных. Двое оказались парочкой приятелей, вряд ли вообще смотревших в мою сторону. Последний же выскочил из мобиля, остановленного прямо посреди улицы и кинулся ко мне.

Хм, а ведь в этой манере без раздумий бросаться вперед вопреки здравому смыслу чудится мне что-то знакомое

– Сашка? — Я удивленно посмотрел на приблизившегося рыжего мужчину — а ведь действительно мой лицейский приятель. Он изменился. Всего несколько лет назад был мальчишка мальчишкой, а теперь окреп, возмужал — вон даже усы и бороду уже отрастил, все по последней столичной моде.

– Я это, я, не узнал? — и широкая улыбка от уха до уха. — Видать, разбогатею скоро.

– Ты изменился, — сообщил я просто, чтобы что-то сказать. Отчего-то эта встреча меня насторожила. Уж как-то слабо мне верится в такие совпадения и в такие встречи.

– Так с выпуска уже лет шесть прошло, — по-прежнему улыбаясь, отмахнулся Александр Цветаев.

– Семь, — поправил я.

– Тем более. Ты чего здесь? Тебя же раньше из столицы было не вытащить!

Спокойно, Сали, это обычный приятельский треп. Он вряд ли собирался тебя задеть, возможно, действительно еще не в курсе той некрасивой истории

– Так получилось, — пожал плечами я и сразу же поспешил перевести тему на что-то более нейтральное: — А ты как? Женился? Как сестра поживает?

Сестра, кстати, у Сашки — писаная красавица, у нас почти все в классе по ней сохли. Даже меня, помнится, пленили ее темно-карие глаза, огромные и чистые. А улыбалась она и вовсе словно всех сиянием неземным одаривала.

Впрочем, я тогда был мальчишкой, впечатлительным и юным, а Виктория Цветаева уже барышней на выданье. Так что ничего удивительного, что все мои юношеские мечты разбились о суровую лодку реальности — Тоша, как ее ласково звали родные, вышла замуж и к тому моменту, как я окончил лицей, уже стала мамой двух очаровательных малышей.

– Виктория пропала в прошлом месяце. Вместе с детьми, — в один момент растеряв всю веселость, мрачно произнес Сашка. Я застыл, не в силах поверить в его слова. А он, словно желая окончательно меня добить, после небольшой паузы добавил: — А Костик погиб.

Сразу стало неловко. Вроде и вопрос задал обычный, но внутри все неприятно похолодело.

– Что случилось?

– Революционеры, чтоб их! Напали на кортеж, когда они всей семьей в имение к нашим родителям ехали. Костя сразу погиб, защитить хотел, а Тошу с детьми забрали куда-то Мы все требований о выкупе ждали, надеялись но их нет.

– А жандармы что говорят?

– Что дело передано Собственной Его Императорского Величества канцелярии. В третий отдел.

– Вторая экспедиция? — предположил я, хотя, если честно, вообще не видел причин ставить это дело на государственный контроль. Только если убитые горем родственники подсуетились — связи в наше время делают практически все. И все же Собственная Е. И. В. канцелярия — это не полиция. Возможно, когда-то так и было, но уже давно не так. Тот же третий отдел, недобрая слава которого бежит впереди него, дважды прикрывали, правда, ненадолго и после некоторых чисток он вновь приступал к работе. Все-таки наши монархи довольно быстро приходят к выводу, что личные возможности для наблюдения и контроля должны оставаться в руках. А третий отдел — это единственная возможность держать в поле зрения все сферы общества. Первая экспедиция ведает всеми политическими вопросами, вторая занимается уголовными делами, третья — наблюдением за иностранцами, как в пределах государства, так и вне его, за четвертой числится ведение записей о региональных событиях, пятая отвечает за цензуру. Вот в принципе и все. Хотя в последнее время поговаривают, что собираются добавить еще пару экспедиций Но лично мне ничего конкретного по этому поводу не известно.