Мария Милюкова – Егерь. МЯУлочко для проклятой (страница 1)

Мария Милюкова

Егерь. МЯУлочко для проклятой

ПРОЛОГ

– Агата, ещё раз… Чтобы просто убедиться… Ты уверена? – старая ведьма с тревогой заглянула мне в глаза.

Я в очередной раз просто кивнула старушке:

– Мы уже всё решили, баба Дусья.

– Я смогу найти выход, мы просто ещё раз подумаем и…

Я снова улыбнулась. Мы подумаем и ничего не придумаем! То, что мы общими усилиями нашли этот вариант, – уже чудо!

– Выбора нет, баба Дусья. У нас один шанс, и мы им воспользуемся.

Старая ведьма посмотрела на потолок, что-то недовольно пробурчала, но больше отговаривать меня не стала. Да и какой смысл? Она знала то же, что знала я, – это единственный вариант. Большего за такие короткие сроки мы не придумаем. Да будь у нас даже год в запасе, всё равно ничего путного не пришло бы на ум.

– Хорошо, Агата, хорошо… Тогда начнём.

Она глубоко вздохнула, прикрыла глаза, сложила пальцы рук щепотью. А я трусливо зажмурилась. Эта ворожба была несложной. Здесь не нужно подготавливать ингредиенты, учить до зубного скрежета заклинание, чтобы случайно не повысить тембр голоса или не запнуться, использовать жертвоприношения. Это было обычное проклятие. Самое что ни на есть обычное. На которое я добровольно согласилась. Дура, наверно. Полная дура!

– Помни, – не открывая глаз, пробормотала ведьма. – Большую часть суток ты будешь в теле кошки, тебе придётся заново учиться ходить и есть. Ты сможешь превращаться в человека, но совсем ненадолго. Больше выдать тебе не могу. Это уже перебор.

– Я всё помню, – уверенно ответила я.

Я действительно всё помнила. Несколько дней прокручивала в голове весь план, шаг за шагом, пункт за пунктом. Я готова к любому исходу. Мы прочитали все риски, все неожиданные повороты. Я. Готова!

– Если ты его не уговоришь…

– Я справлюсь.

– Как знаешь, милая, как знаешь…

Ведьма положила ладони на моё лицо, вынуждая открыть глаза. Не знаю, что было в моих, но в её плескалась тьма, – старая, древняя. Баба Дусья была сильной ведьмой, очень сильной. Может, сильнее нас всех вместе взятых. И она единственная согласилась взять на себя эту ношу.

– Агата, я проклинаю тебя, – тихо пробормотала она. – Ходить тебе в теле кошки до тех пор, пока ты не найдёшь человека, который добровольно заберёт на себя твоё проклятие. Я сказала.

Я застыла на несколько секунд, ожидая... Грома? Молний? Дьявольского хохота?! Но ничего не происходило. Я прислушалась к своему телу. Странностей не заметила: в размерах я не уменьшилась, уши не отросли, хвост не появился. Шерсть тоже не прорезалась.

– Не получилось? – удивлённо спросила я.

Хотела спросить. Не договорила. Воздух в комнате загустел, смазывая очертания. Раздался какой-то странный скрип. Меня будто подхватила что-то невидимое и швырнула вперёд и вниз.

ГЛАВА 1

Егерь.

Погода не радовала. Ночь тоже. Сильный ветер свистел в ветвях, царапал каменную кладку склепов, шуршал прошлогодними листьями и высохшей землей. Тучи закрывали луну, – единственный источник света. Приходилось всматриваться в темноту до рези в глазах, дышать через раз и отчаянно прислушиваться к шорохам.

Один упырь остался. Один! И ведь не выловить. Прячется лучше крота!

– Трех накануне схомячил, зараза такая! – В памяти всплыл дребезжащий голос старика из соседней деревни. – Сынок, шо ж делается-то, а?!

А делается то, что Неучтенный недо-некромант решил поупражняться на старом погосте. Как итог: три поднятых мертвяка и три… четыре, если считать самого Неучтенного, жертвы.

Двоих упырей Егерь выловил той же ночью и заново упокоил; самого Неучтенного – следующей, лишив сил и сдав на руки боевым магам; А вот третьего поднятого он поймать так и не смог. Выследил до этого места, а дальше хоть вой, – не зги не видать. Тут или впустую топтаться вокруг склепов, натыкаясь на ветки и рискуя выколоть себе глаза, или ждать, когда мертвяк сам выйдет им перекусить. Егерь выбрал второй вариант, менее травматичный.

Время шло. Тишина напрягала. Было не слышно ни животных, ни птиц, ни даже насекомых. Но это как раз хороший знак, – природа всегда подскажет, если рядом хищник. Тем более, если хищник – неживой и очень голодный. Значит, засаду он сделал в нужном месте.

Наконец природа сжалилась: ветер лениво разогнал тучи, ночное светило тут же озарило голубым тревожным светом погост: старые склепы, покосившиеся от времени статуи на холмиках, кусты, не знающие секатора, и прямые дорожки. Где-то здесь засел мертвяк. Может, так же притаился и высматривает жертву. Высматривает его. Прямо сейчас.

– Мя-мя-а! – недовольно раздалось откуда-то слева.

Егерь перевел взгляд и с удивлением уставился на кошку. Очень странную кошку! Маленькую, черную, пушистую. Она шагала по тропинке прямо на него, широко расставив лапы и странно дергаясь. Дефективная какая-то!

– Мря. Му-я! – с чувством «сказала» кошка. А у Егеря брови на лоб полезли. Он готов был поклясться, что хвостатая выругалась. Кстати, о хвосте: он жил отдельной жизнью, – постоянно заваливался на бок, из-за этого животину клонило то влево, то вправо на каждом шагу.

– Мя!

Одна бровь Егеря упала, вторая осталась выгнутой. Вот это вот «Мя!» было очень похоже на короткое и ёмкое словцо, использовавшееся в контексте: «Ну как так-то?!» или «Вот, черт!», а так же невольно вырывавшееся при попадании молотка по пальцу!

Очень. Странная. Кошка.

А потом кусты зашуршали, песок заскрипел и на тропу выкарабкался мертвяк: недельной свежести и со всеми сопутствующими признаками. Включая запах.

Кошка остановилась, пораженная встречей. Мертвяк тоже. А Егерь впервые в жизни стал свидетелем того, как у животного случился шок: шерсть встала дыбом, глаза выпучились, пасть приоткрылась, а шикарные длинные брови взлетели к ушам. Выдай она сейчас вот это вот пресловутое «Мя!», он бы не удивился.

– Хра-а! – обрадовался мертвяк, разглядев в дефективной животине ужин.

– Муа! – пискнула кошка, определенно не согласная быть кому-то перекусом.

Егерь вернул вторую бровь на место и привычно нахмурился: кошка – тоже живая душа. А он дал клятву защищать души. Для него нет разницы: спасать человека или странную кривую зверюгу. Закон един.

Дальше всё произошло быстро. Ибо опыт! Егерь провернул кольцо-артефакт, взывая к силе некроманта, выскочил из кустов и, одним длинным прыжком преодолев разделяющее их расстояние, рубанул кинжалом сверху вниз. В идеале голова мертвяка должна была отделиться от тела и отправиться в свободное путешествие по тропинке, по факту лезвие лишь процарапало кожу, воткнулось в щель между позвонками и намертво застряло в шее. Потому что мертвяк оказался шустрым, – услышал Егеря и успел немного отклониться. На половину ладони, но этого хватило, чтобы клинок скользнул по касательной.

– МЯ-А!!! – отреагировала кошка и заскользила лапами по земле в попытке удрать.

– Хра-а! – расстроился мертвяк проникновением инородного предмета в его вновь функционирующее тело.

– ***! – с чувством отозвался Егерь и ушел на кувырок, подальше от взбешенного упыря.

Не повезло! Вот… МЯ!

Егерь приземлился на корточки, сграбастал кошку за шкирку, засунул ее под куртку и помчался по тропинке к первому видневшемуся склепу. Мертвяк довольно шустро последовал за ним. Плохо. Упырь еще довольно «свеженький», бодрый, – сухожилия и мышцы не сгнили. Будь ему пара-тройка месяцев, удирать можно было бы и прогулочным шагом.

– Аа-а! – заорала кошка, высунула башку в горловину куртки, нашла взглядом глаза Егеря и продолжила прямо ему в лицо. – Ма-ма-а!

– Тихо, – довольно невежливо отозвался Егерь, запихивая животину обратно.

Кошка оборвала вопль, зашипела, но царапать его не стала. Видимо, сообразила, что нагло похитивший её Егерь – лучше, чем голодный упырь, углядевший в ней ужин.

Из двух зол…

ГЛАВА 2

Агата

Тут дело такое… Постыдное. Я – ведьма со стажем; сколько себя помню (а мне без малого двадцать один год!) жила в лесах около деревень. И больных людей выхаживала (иногда не выхаживала, не получалось даже у меня), и зверье лечила (бывало, что сама в случае неудачи и прикапывала), и останки находила (а что вы хотели – лес, хищники!), но никогда, ни разу я не видела, чтобы то, что умерло, встало и ходило! И ведь не просто ходило, а вполне себе резво бегало. За мной!

Да, я струсила. Я орала. И не всегда культурными словами.

Но страшно ведь! Слышать о работе некроманта – одно дело, увидеть своими глазами – очень, совершенно, немыслимо другое!..

А Егерь, будь он трижды неладен, только шипел на меня. И, надеюсь, не убегал, а тактически отступал. После его злобного: «Тихо!», я вовсе затаилась, ухватившись лапами за «куда придется». «Куда придется» оказались мышцы и несколько амулетов на толстых цепочках. Они меня и удерживала от позорного сползания к ремню на брюках. Главное, чтобы не придушили в процессе транспортировки! Помирать за пазухой у парня я не собираюсь. Это ж стыдоба какая!

Егерь несся куда-то вперёд, будто за ним гнался… упырь. А у меня от его бега клацали зубы, и подпрыгивал зад, хвост вовсе свернулся кольцом и неприятно ныл, отдавая тупой болью в копчик. Того и гляди, сломается, – или копчик или хвост.

Наконец Егерь достиг цели назначения, остановился, тяжело дыша. Будто взмахнул руками. Потому еще раз. Потом ногой. Подпрыгнул. И утробно зарычал. Или захрипел, я не поняла из-под куртки. Меня болтало и шатало. Хвост грозился переломаться, ныли лапы.