Мария Лунёва – Развод по завещанию. Муж-дракон в наследство (страница 7)

— Нет, — я покачала головой. — Слушайте... После смерти бабушек самым правильным решением будет развод! Развод, a не совместное проживание в одной спальне под зорким взглядом свидетелей с канделябрами в руках. Да это даже звучит смешно!

— А развод... — нотариус продолжил, словно не слыша меня. — А развод по условиям завещания не предусмотрен в ближайший год. Смиритесь и начинайте думать. На кону огромный надел земли. Вы теряете слишком много, чтобы просто отмахнуться.

Я почувствовала, как комок подкатывает к горлу.

— То есть... даже если мы ненавидим друг друга...

— Вы обязаны продержаться, — кивнул он.

Тишина.

Джаред медленно повернулся ко мне. Его глаза горели яростным пламенем.

— Ну что, супруга... — прошипел он. — Кажется, нам придётся вынести еще один сюрприз от любимых бабушек. Я терять поместье не готов. Это родовое имение. Да... вздор!

Я сжала подол платья в мокрых ладонях. Господин Андрес аккуратно сложил бумаги. Для него, видимо, всё было ясно и понятно.

Для него, но не для нас.

Прошлое догнало и даже перегнало, обрушившись на будущее.

Сделав глубокий вдох, я всё же не могла позволить себе так просто сдаться. Сложив руки на груди, всё же задала следующий важный вопрос:

— Что будет, если мы... не выполним условия завещания? Ведь и Джаред, и я единственные наследники. Кому, как не нам, всё должно отойти? Ведь мы можем оспорить завещание, потому что нет больше претендентов.

Господин Андрес тяжело вздохнул, его пальцы нервно постукивали по папке с документами.

— Вы ошибаетесь, Мианель. В завещании вашего деда был пункт. Уточнение. У него имелся внебрачный ребёнок. Сын. И у него наверняка тоже есть дети. В таком случае... поместье вместе с землями отойдёт именно им. Это было принципиальным условием обеих покойных леди. — Он сделал паузу, выбирая слова. — Либо вы живёте как настоящие супруги, объединяя ваши рода... либо наследство получат те, кто, по мнению ваших бабушек, сможет продолжить семейное дело.

Я вскочила с кресла, невольно сдвинув его. Чашка с чаем со звоном упала на пол, оставив лужу на паркете.

— Это... это откровенный шантаж! — мой голос дрожал от негодования, эмоции захлестнули с головой. — Меня грубо принудили к этому браку, а теперь, даже после смерти, бабушка не успокоилась! Она мечтала породниться со своей лучшей подругой, а на меня... на меня ей было плевать! — слёзы гнева выступили на глазах. — В её понимании я была всего лишь утробой для наследника с «общей кровью»!

Джаред резко повернулся ко мне, его скулы напряглись, но он сохранял спокойствие. В его взгляде читалось предупреждение, однако он продолжал молчать, давая мне выговориться.

— Я даже знать не хочу, что ты думаешь обо всём этом! — бросила ему в лицо, задыхаясь от обиды. — Тебя-то ведь это тоже касается! Или тебя устраивает быть... игрушкой для удовлетворения их амбиций?! Ты старше, ты мог отказать им. Мог! Уехать! Бросить меня в дурацком платье у храма. Да я бы тебе благодарна была. Это мне некуда было идти. Восемнадцать лет, ни диплома, ни шанса даже комнату снять. Но ты... Джаред! Как ты мог согласиться на всё это!

Нотариус потупил взгляд, явно чувствуя себя неловко. В комнате повисло тяжёлое молчание, нарушаемое только моим прерывистым дыханием.

— Не время и не место для этого разговора, — Джаред высокомерно вскинул голову. — Успокойся. Мы найдём выход из этой ситуации.

Но его слова только подлили масла в огонь. Я сжала кулаки, ногти больно впились в ладони.

— Не место?! Это МОЯ жизнь! И я не позволю мёртвым решать за меня!

Господин Андрес осторожно кашлянул:

— Леди... условия завещания неизменны. У вас есть выбор... но времени на раздумья не так много. Разве это поместье не стоит того, чтобы его сохранить? Подумайте... Потерять успеете всегда.

Джаред, зло цокнув, покосился на бумаги в его руках.

— Все условия озвучены? Или есть ещё что-то?

Прежде чем нотариус успел ответить, дверь библиотеки тихо приоткрылась. В комнату вошла служанка — нет, не та, что приносила чай до этого. На её подносе дымились свежие булочки с корицей. Она покосилась на лужу у моих ног, но тактично смолчала. Как-то снисходительно вздохнула.

И я вдруг узнала её.

— Марта?

Женщина улыбнулась шире:

— Да, маленькая леди. Я вернулась сюда полгода назад. Удивительно, что вы помните, девочкой ведь ещё были.

— Конечно, я вас помню, но да, столько лет прошло, — шепнула и вдруг осознала, что это ведь мой дом. И я могу потерять его.

В душе стало так холодно. Ведь и правда, могу потерять своё поместье. Лишиться всего. Но... Я готова была разрыдаться, как дитя. Сердце ныло от такой несправедливости, но здравый смысл брал верх.

Джаред наблюдал за мной с нечитаемым выражением лица. Кажется, для него всё было уже решено.

Марта поставила поднос на стол, кивнула и вышла, оставив за собой лёгкий шлейф сладкой сдобы.

Господин Андрес закрыл папку:

— Итак, решение за вами.

Мне стало совсем нехорошо. Но даже падение в обморок ни от чего не спасло бы. Год! Год притворства. В четырёх стенах, с мужчиной, которого я почти не знаю.

Я глубоко вдохнула.

— Хорошо, я пойду на это, — как же сложно мне дались эти слова.

Легче было жрецу в храме давать ответ в день свадьбы.

Джаред расслабился и кивнул.

— Я так понимаю, отчёт можно начинать с сегодняшнего дня?

Я снова села в кресло и закрыла ладонями лицо. И где-то вдалеке, будто эхо, мне почудился тихий смех двух старушек, наблюдающих за этой сценой из небытия. Они всё же обыграли нас. Даже после смерти, но заставили плясать под свою музыку!

Глава 10

В библиотеке повисла тяжелая, даже душная тишина. Через высокие деревянные окна на пол падали яркие солнечные лучи, освещая клубы мелкой взвеси, медленно парящей в воздухе. И слышно было лишь жужжание неудачливой мухи, бившейся об оконное стекло.

Вот именно ею я себя сейчас и ощутила.

Мы с Джаредом словно залетели в ловушку и согласились с тем, что за нами захлопнут дверь.

Я прошлась по библиотеке, чтобы хоть немного унять эмоции, и остановилась у массивного темного дубового стола. Мои пальцы как-то непроизвольно принялись перебирать кружевную скатерть, вычерчивая рисунок. Я обдумывала все услышанное, пыталась найти выход из сложившейся ситуации... Но его просто не было. Или брак и поместье, или ничего.

Увы, я не могла себе позволить потерять так много. Это было просто глупо.

А дурой я никогда не была.

Оставив в покое скатерть, подняла руки и сжала виски, как же бешено и болезненно в них пульсировала кровь. Подняв голову, поймала на себе задумчивый взгляд Джареда. Он, явно так же, как и я, обдумывал варианты избежать брачной западни, но не находил.

В итоге мой фиктивный муж просто опустился в широкое кресло и откинулся на спинку. Он смирился, и мне нужно было сделать то же самое.

— И все же, — я повернулась к господину Андресу, — скажите, это все? И больше подарков от наших бабушек у вас в рукаве не припасено?

В моем голосе звучала мольба.

— Есть еще одно условие, — нотариус аккуратно разгладил лист. — Вы не можете в течение десяти лет продать поместье и обязаны заниматься землёй, поддерживать дома в порядке...

— У меня и не было планов продавать, — Джаред и вовсе положил голову на подголовник кресла, его взгляд скользнул по полкам, уставленным потрёпанными томами в кожаных переплётах. — Когда-то я пытался взять дела поместья в свои руки, и все шло замечательно, но бабушка решила, что все слишком медленно. Что нужно ускорить процесс, подтолкнуть в нужном направлении. Влезть в мою личную жизнь, разрушая ее. Она испортила все! Растоптала даже призрачную надежду на счастье.

Я резко подняла голову. Как же его мысли были созвучны с моими. Хоть что-то общее было между нами.

— И у меня нет желания ничего продавать! Я мечтала открыть школу. Здесь замечательные условия, но...

Вздохнула, не решившись договаривать. Никого здесь мои мечты не волнуют.

В дверь негромко постучали, и в проеме появился управляющий. В его руках я обнаружила свою дорожную сумку. Ничего не поняв, смутилась.

— Леди, я прошу меня простить, но произошла небольшая неприятность, — в его голосе я слышала извиняющиеся нотки, мужчина явно чувствовал себя неудобно.

— Что же случилось с моим багажом, Фомир?

— Ваша сумка развязалась при перевозке, и часть вещей высыпалась на землю, когда ее достали. Я собрал, но... Возница просит проверить, все ли на месте. Он очень переживает.