Мария Куликова – Печать пророчества (страница 3)

– Благодарю, лорд Дарен. – сказала я вслух, старательно сохраняя безмятежный вид и кивнув лорду все-таки прошла на вожделенную лестницу. Итак, меня не схватили и не кинули в темницу, а просто намекнули на неразумность моего выбора, а значит – все идет по плану, и инквизитор совершенно не уверен в своих подозрениях. Будь у него хотя бы слабая уверенность в том, что опасения относительно меня не зря – никакой вежливости бы не было, да и разговоров, впрочем, тоже.

По лестнице я шла умеренно, так как сбегать – значит привлекать к себе внимание. Я спокойно прошла в деканат, где меня уже ждала хорошо со мной знакомая помощница декана Лия, с которой мы быстро уладили все формальности по аспирантским вопросам. Научным руководителем у меня выступал сам ректор, поэтому личного присутствия преподавателя – ввиду его высокой занятости – не требовалось, а подписал он мне все заблаговременно. Я выбрала для себя совместительство – а потому мне даже было необязательно брать студентов и курс, который я им проведу, пока передо мной стояли исключительно научные задачи и я вольна была распоряжаться собой по своему усмотрению. К сожалению, я не была уверенна что так уж быстро смогу вернуться в стены родного университета и получить степень именно тут, но сочла разумным продемонстрировать полную обыденность своего поведения. Поблагодарив Лию, убрала свои документы в сумки и направилась в библиотеку, где меня ждало то, чего я очень ждала – знание, что за символом на запястье меня наградил артефакт.

Библиотека встретила меня как обычно – тишиной и уютом. Высокие своды были изрезаны окнами до самого потолка по всему периметру, что заливало библиотеку солнечным светом, и, казалось, осязаемым теплом. Бесконечные- как на минуту, казалось, от входа-стеллажи книг уходили вдаль, подпуская меня к бесценным знаниям. В центре стояли тяжелые деревянные столы, стулья, обитые мягким зеленым бархатом, расшитым золотом, а по бокам висели множество картин и мозаик, рассказывающих о достижениях магической науки и древних знаниях. Тут было все для работы с книгами, которые запрещалось выносить их библиотеки, или попросту-было тяжело таскать. Для меня библиотека была любимым местом, которое я не покидала часами подряд едва ли не ежедневно, пока здесь училась. Большинство студентов не разделяло моего энтузиазма, но лично мне всегда нравилось все, что связано с магией, и я никогда не сомневалась что чем бы я не стало заниматься – это точно будет связано с ней. Думаю, отчасти наш магическим университет считался лучшим в нашем государстве в том числе и за счет огромного количества знаний, который собирались здесь веками, хотя основной причиной, конечно, были сильнейшие выпускники и несколько скандальная известность. Скандальная – потому что неугодная своим большим «вольнодумием» как высказывались недовольные. Впрочем, пока что университет стойко держал оборону, позволяя студентам иметь свое мнение и защищая их от инквизиции и многочисленных ограничений по крайне мере до выпуска, что уже было не мало. Что касается библиотеки, у нее были свои многочисленные секреты – и знали их не все, но иногда – достаточно просто сильно захотеть, чтобы открыть новый секрет старинного замка. Это знали даже не все преподаватели, но хорошо знала я, как мне казалось, просто потому что искренне любила это место и получала удовольствие перебирая старая фолианты и погружаясь в знания очередной книги. Иногда мне казалось, что секреты библиотеки раскрывались совсем не случайно, а была в этом какая-то древняя магия, но подтверждения этой теории я так и не нашла.

Я неспешно оглянулась и уверенно зашла в проход между шестым и седьмым стеллажами, подошла к стене, на которой было яркое изображение герба университета: белой совы на синем гербе, изображенного поверх панорамы самого магического замка, окруженного зелеными лесами. Я положила руку рядом и произнесла девиз университета на древнем языке «Aut inveniam viam aut faciam» [2]. Голос звоном прокатился от стен в утренней тишине библиотеки, после чего, в стене появилась красная деревянная дверь, в которую я быстро вошла, а после затворила за собой. Передо мной оказалась привычная винтовая лестница, над которой сразу же зажглись магические факелы, освещая дорогу тому, кто в ней нуждался. Я быстро взбежала по лестнице, не желая терять времени и возможности и попадя в внутреннюю двухуровневую библиотеку, и сразу же поняла, что я не одна. На одном из уютных обитых зеленым бархатом кресел, которые были расставлены вдоль длинных рядов стеллажей с книгами, сидел мужчина лет сорока на вид: высокий, подтянутый, с заметной сединой на висках, алой татуировкой символа земли на шее и уверенным взглядом голубых глаз – доктор магических наук Алрон Буршье и по совместительству ректор университета собственной персоной, смотрел прямо на вход. И, кажется, тоже ждал меня. Право слово, сегодня, мне уделяют слишком много внимания.

– Здравствуйте, Эстер. Так и думал, что артефакт подкинет тебе задачку и ты примчишься сюда, хотел поговорить с тобой до твоего отъезда. Думаю, тебе это сейчас нужно. – он вежливо кивнул прямо во время приветствия соскочив с вежливого на более неформальное обращение и кивнул в сторону соседнего кресла, сразу после своих слов.

– Доброе утро, ректор Буршье. – вежливо кивнула я, принимая приглашение, и присела на соседнее кресло. – О чем бы вы хотели со мной поговорить?

– Я хотел бы рассказать тебе одну историю. Тебе о чем-нибудь говорит имя Аррон Контело?

– Изобретатель лекарства от магической лихорадки, насколько я помню. Благодаря ему эпидемию удалось остановить лишь сотнями жизней, хотя она должна была вылиться как минимум в десятки тысяч, а то и сотен. Кажется, это случилось примерно 140 лет назад. Я думаю о том Контело?

– Да, все верно, изобрел он, конечно, значительно больше лекарств, но это самое масштабное его достижение, если верить учебникам истории. Во только что ты знаешь о его биографии?

– Честно признаться, немного. Аристократически род – не самый древний, но богатый, уважаемая семья, закончил наш университет, специализировался на лекарствах. – перечислила я все, что помнила из курса магических открытий. Этот предмет я любила, но про Аррона более ничего примечательного не помнила, как и не понимала, к чему ведет ректор.

– Тебе, наверное, пока что, в силу твоего возраста, кажется, что это было очень давно, но для мага это не такой уж значительный отрезок времени. Аррон учился со мной в одной группе и был мне лучшим другом. Он был удивительным человеком: не разделял людей по титулам и положению, всегда тяготел открывать то, что будет спасать тысячи жизней. – в этот момент, казалось, лицо ректора одновременно отражало горечь и искреннюю привязанность, тяжело было не воспринимать его слова серьезно, – но как и свойственно молодому и наивному гению, он верил что может справиться со всем что угодно, а в мире существует честь и справедливость. Впрочем, он просто еще был слишком молод. В последний день нашей учебы в университете, Аррон получил свою метку, она была необычной: оплетала все кисти рук и пальцев-причудливая вязь, такую не спрячешь без вопросов. И да, она была черной. Да-да, этот факт убрали из учебников во избежание цензуры, но это случилось. Ты знаешь, как инквизиция относится к таким магам: Аррона не спасло даже вмешательство аристократического семейства, хоть и дало ему пару десятков лет. За ним следили, практически не выпускали из города, его разработки тщательно перепроверялись и почти никогда не выходили в свет. Когда случилось магическая лихорадка… Аррон взбунтовался, и раскидав охрану, вынес в центральную больницу полученное зелье и сам, вместе с медиками двигался по домам. Безусловно, это был поступок, спасший множество человеческих жизней. Разумеется, его наградили, и пригласили лично во дворец к монарху, но, вместе с тем, посчитали слишком опасным. «Взрыв во время опытов» произошел всего пятью месяцами позже. Разумеется, по официально версии, никто тут не при чем – несчастный случай, но ты сама все понимаешь. Аррон был опытным магом и практически никогда не работал с взрывчатыми веществами, ведь его отраслью была медицина.

– И зачем вы мне это рассказываете? – довольно резко спросила я, не желая ни с кем обсуждать свои секреты. Предположения – это еще не повод что-то утверждать, и да, в моем положении никому не верят. Даже друзьям и наставникам.

– О, просто захотелось поделиться со своей, не побоюсь этого слова, лучшей студенткой. Видишь ли, когда у тебя есть большой опыт с разными студентами, притом самыми талантливыми, мне не нужен артефакт, что понимать какого цвета твоя метка. Я понимаю, почему ты не хочешь этого слышать, Эстер, но я настоятельно советую тебе никому не верить, особенно главному инквизитору. Он может обещать тебе золотые горы, карьеру, финансирование исследований, да и вообще что угодно, но в лучшем случае это варианты временного рабства. Не важно будет перед тобой близкий друг, возлюбленный или союзник: тебе придется потратить много времени и сил, чтобы убедить всех в том, что ты начала.

– Я думаю, вы ошибаетесь, относительно моих возможностей. Но, разумеется, благодарю за предупреждение.