Мария Колесникова – В тени.1 (страница 2)
- Найди чёрную розу.
Рита нахмурилась.
- Что?
- В саду старого дома.
Она протянула сложенный листок бумаги.
- Нужен всего один цветок… - прошептала она. - Это спасёт многих.
Рита медленно взяла листок.
- Бабуль… о чём ты?
- Антивирус…
Монитор резко взвыл. Бабуля почти не дышала.
Дверь распахнулась, и в палату вбежала медсестра в защитном прозрачном забрале.
- Вам пора, - устало сказала она. - Мы и так сделали исключение.
Рита поднялась.
- Пожалуйста, позаботьтесь о ней.
Медсестра коротко кивнула.
- Это наша работа.
Дверь закрылась.
В коридоре карантинного отделения пахло антисептиком и депрессией.
Рита развернула листок.
Карта выглядела так, словно её рисовал ребёнок. Неровные линии, подписи, стрелки. Она нахмурилась.
- А вот это уже моя работа.
Позади на стене тревожным красным светилось табло:
«КАРАНТИННАЯ ЗОНА № 756
СОБЛЮДАЙТЕ МАСОЧНЫЙ РЕЖИМ».
На улице остывал осенний воздух. Он отличался от больничного едва уловимым оттенком - примесью озона.
Рита направилась к машине.
Её старый Ford стоял за углом и выглядел так, словно давно понял: судьба у него тяжёлая. Когда она подошла к двери, её вдруг пробрало странное чувство, словно сработал первобытный инстинкт - за ней наблюдают.
Она резко обернулась.
Над крышей больницы медленно завис полицейский дрон с камерой.
В стороне женщина у таксофона пересчитывала монеты. Ветер гонял пластиковые стаканчики по асфальту. Ничего необычного.
- Отлично, - пробормотала Рита.
Она села за руль.
Машина неохотно завелась.
Из магнитолы заиграла очередная синтетическая поп-песня - та самая, которую крутили на каждой станции последние три месяца.
Рита выключила радио и вставила кассету. Лоу-фай мягко зашуршал в колонках. Можно было думать.
Город двигался навстречу под серым небом.
Из громкоговорителей на столбах хрипло звучали знакомые слова:
- ВНИМАНИЕ. КОМЕНДАНТСКИЙ ЧАС ВСТУПАЕТ В СИЛУ В 20:00…
Рита нажала на газ.
У неё было дело.
Её квартира выглядела так, словно в ней одновременно жили журналист, детектив и человек, который не особо дорожит бытом.
Стены были покрыты вырезками из газет, отчётами и схемами. Красные маркеры объединяли фотографии. В центре всей этой паутины висел один снимок.
Молодая женщина. Уверенная. Улыбающаяся. Доктор Роза Амадо.
Под фотографией был приколот старый заголовок: «УНИВЕРСАЛЬНЫЙ АНТИВИРУС СУЩЕСТВУЕТ».
Рита смотрела на него долго.
- Ну что, бабуль, - тихо сказала она. - Посмотрим, какую загадку ты решила оставить миру.
Она открыла холодильник.
Внутри лежал одинокий магазинный сэндвич.
…Рита жевала его, не чувствуя вкуса, и пила кофе, который имел мало общего с кофе. Еда журналиста - это не удовольствие. Это просто топливо.
Экран мигнул - входящий видеозвонок. Рита нажала «принять».
Появилось лицо Лидии. Женщина выглядела так, словно последние двадцать лет жизнь шлифовала её наждачной бумагой - грубой, промышленной. Волосы взлохмачены, перехвачены повязкой для аэробики. В зубах сигарета. В пальцах - ещё одна.
- Мы тут в редакции спорим, - вместо приветствия, - ты вернулась или окончательно ушла в полевую жизнь?
- Вернулась, - сказала Рита.
- Ну? - Лидия подалась ближе к камере. - Что по расследованию?
- Появилась зацепка. Бабуля кое-что рассказала.
Лидия присвистнула. Коротко, без особого энтузиазма - так свистят люди, которых уже трудно чем-то удивить.
- Твоя бабуля - легенда. Как она?
Рита отвела взгляд.
- Плохо.
Лидия кивнула и молча затянулась сигаретой. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.
Потом главред откинулась назад и вдруг подняла в кадр травматический пистолет.
- Скажи лучше, - спокойно сказала она, - у тебя оружие есть?
Рита чуть не подавилась кофе.
- Что?!
- Рита, девочка моя, - сказала она, - времена изменились. Нужно уметь за себя постоять. И нет, я сейчас не про твой веганский перцовый баллончик.