Мария Кай – Цена свободы (страница 18)

– Почему Серене было позволено сидеть рядом с Магистром, а остальным нет?

Я уперлась в Ноэля взглядом и не собиралась отступать.

– Большинство в Совете Магистериума предпочитают придерживаться установленных правил. Но среди молодых представителей власти встречаются иные взгляды. Не все их одобряют, но, как говорит Верховный Магистр, нужно давать свободу в одном, чтобы потом без последствий ограничить ее в другом.

– И кто решает, каких правил придерживаться, а каких нет?

– Я понимаю, к чему ты клонишь, Талира. Но так это не работает. Семья Верховного Магистра должна быть образцом для других.

– А как же твоя мама? Она не стояла в их присутствии и разговаривала, когда хотела.

– Тут другое. Элена через многое прошла и заслужила свое место.

– Ты называешь мать Эленой? Очередное правило?

– Нет. – Ноэль улыбнулся. – В детстве я очень хотел, чтобы меня отправили в Военную академию, мама была против. Тогда я назло сказал, что буду называть ее Эленой до тех пор, пока она не примет мой выбор. Звучит глупо, но детский бунт перерос в привычку. Да и ей так удобнее. Тебе стоит узнать ее лучше, возможно, поучиться тому, как строить отношения здесь, чтобы твой голос слышали.

– Разве ты еще не понял, что я другая? Ваши игры в высшее общество мне неинтересны.

Ноэль вздохнул и помотал головой. Я застыла с полуоткрытым ртом. Потом поджала губы и двинулась к гардеробной, но на полпути остановилась, потому что Ной снова заговорил:

– Талира, тебе следует почитать о правилах и следовать им. Возможно, Верховный Магистр прав, и мне стоит строже следить за твоим поведением.

Я резко обернулась и в упор посмотрела на него.

– Ты это серьезно? – медленно спросила я, чувствуя, как внутри закипает злость. – Ты тоже так считаешь? Что мне нужно держать голову ниже и молчать, когда вокруг творится…

Я осеклась, понимая, что наговорю лишнего, если не остановлюсь.

Ноэль подошел ближе и скрестил руки на груди. Его взгляд стал холоднее, чем обычно.

– Я считаю, что тебе стоит быть осторожной.

Я хотела выиграть это противостояние, но к горлу подкатил ком. Нижняя губа начала предательски дрожать. Я сжала ткань платья, чтобы сдержать подкатившую истерику.

– Я хочу съездить к Кейси.

Кажется, Ноэль не ожидал резкой перемены темы. Он слегка пошатнулся, и по лицу скользнула тень удивления.

– Нет, – сухо произнес он.

– Вы не можете запереть меня в башне навсегда, – едва слышно ответила я.

– Я твоя пара. И если я говорю «нет», значит, это не обсуждается.

– Ты говорил, что мы справимся! – выпалила я, забыв, что не стоило кричать в этих стенах. – Говорил, что ты будешь рядом. А теперь что? Думаешь, если я закрою глаза и стану послушной, все само собой решится?

Ноэль сжал челюсти, но не отвел взгляда.

– Я не отказываюсь от своих слов. – В его голосе прозвучала усталость, но и решимость тоже. – Но если ты продолжишь так себя вести, мы не справимся. Ты не понимаешь, в какую игру впуталась, Талира. Здесь за малейшее нарушение платят высокую цену.

Слова ударили сильнее, чем я ожидала. Между нами выросла невидимая стена. Я медленно выдохнула и шагнула в сторону, чтобы уйти, но Ноэль вдруг заговорил мягче:

– Послушай, – он подошел ближе, пытаясь поймать мой взгляд, – если ты проявишь себя как достойная пара, я договорюсь, чтобы тебе выделили шаттл с водителем. Ты сможешь посещать определенные места Взрослого сектора.

– Конечно, видимо только те, что одобрены правилами.

Мой взгляд упал на книгу в потертой красной обложке, которую служанка заботливо положила на тумбочку у кровати.

– Думала, ты другой, Ной. Не такой, как они.

Он устало потер виски.

– Я пытаюсь защитить тебя, Талира. Даже если ты этого не видишь.

Мы долго молчали. Я смотрела на него, ожидая, что он скажет то, что разрушит угнетающее чувство обиды. Но Ноэль молчал.

– Ладно. Как скажешь, Ной.

Я отвернулась и зашла в гардеробную, чтобы он не заметил, как слеза предательски скатилась по щеке.

В комнате царил полумрак и никого не было. Настенные бра над кроватью отбрасывали светлые блики. На тумбочке со стороны Ноэля лежала раскрытая книга, а его самого не было. На моей половине я обнаружила аккуратно сложенное второе одеяло. Я забралась в постель. Ступни проскользили по гладкой прохладной простыне. Голова провалилась в мягкую подушку. Я смотрела на книгу в красной обложке и впервые подумала, что может Ноэль прав – стоило прочитать правила. Если ты знаешь врага, ты на шаг ближе к победе. Я потянулась за книгой и погладила обложку кончиками пальцев. Вспомнила, как Ной рассказывал о хамелеоне, который становится частью окружающего мира, чтобы выжить. Я тоже стану такой. Растворюсь среди них, сыграю покорность, буду молчать, склонять голову и учиться. Но когда придет время, я заставлю их пожалеть, что когда-то они решили загнать меня в клетку.

Я начала читать книгу.

«Правило 1. Да будет женщина светом покоя для своей пары, и да не поднимает она взора, пока не услышит слово его.

Пояснение: Женщина должна быть опорой, которая не вызывает лишних волнений. В обществе или дома она не должна заглядывать в глаза своему мужчине, пока он сам не заговорит с ней. Это демонстрирует уважение и послушание.

Примечание Магистериума: правило особенно важно на официальных приемах. Пара, в которой женщина сохраняет спокойствие и сдержанность, подчеркивает силу мужчины и общую гармонию в обществе».

***

Утром я проснулась от тихого шуршания и слепящего света. Когда взгляд сфокусировался, я рассмотрела штору, которая медленно поднималась к потолку, впуская солнечные лучи.

– Доброе утро, – раздался за спиной голос Ноэля.

Я обернулась и увидела, как он выходит из гардеробной, застегивая рубашку. Волосы мокрые, на щеках румянец.

– Всегда было интересно узнать, как ты выглядишь утром.

По его лицу расползлась довольная улыбка.

Я натянула одеяло повыше и спросила:

– И как же? Растрепанная и помятая?

Ноэль пожал плечами.

– Сонная и милая.

Он прошел к креслу и взял висевший на спинке китель. Ной выглядел спокойным, будто и не было вчерашней ссоры.

– Уходишь?

– Сегодня официально мой первый день в роли заместителя Верховного Магистра. Вернусь к ужину.

Он пересек комнату и открыл дверь.

– Чувствуй себя как дома, Талира. По крайней мере, попытайся.

С какой легкостью жителям Магистериума дается вот эта смена масок.

Я спряталась под одеялом и громко закричала, выпуская бушующее негодование. Думала, что пролежала недолго, но когда откинула покрывало, перед кроватью стояла Дана. У слуг в этом доме есть какая-то магическая способность появляться бесшумно.

– Я накрыла завтрак в столовой, Мисс. Но если вы хотите, принесу в комнату, – заговорила она со склоненной головой.

– Дана, давай ты перестанешь называть меня Мисс?

– Не могу, Мисс. Правила дома не позволяют. За нарушение меня уволят.

Я разглядывала ее опущенные плечи и думала, о том, как бы вела себя эта девушка, будь у нее материнский ген. Была бы она такой же безропотной или, как Ванесса, наслаждалась бы своей избранностью?

– Тогда ты можешь хотя бы в этой комнате не приседать постоянно? – устало спросила я, цепляясь хоть за какую-то иллюзию нормальности.

Дана подняла на меня глаза, полные сомнения и чуть тише ответила:

– Если Мисс прикажет, могу.