Мария Кай – Цена свободы (страница 13)

– Мисс Соул, мне велели вас забрать. Я Дана, служанка семьи Вейнрайт, – тихо сказала она и присела в реверансе.

Я ждала кого угодно, но не ее.

Разве не логично было бы, если бы меня встретил Ноэль? В конце концов, мы теперь пара. Но он прислал вместо себя служанку.

Гнев вспыхнул внезапно. Я сжала ткань платья, сгорая от желания развернуться и уйти. Вместо этого сдержанно кивнула.

Дана обратилась к девушке, что стояла рядом:

– За вами скоро придут. Ждите.

Та склонила голову и присела.

Мгновение я смотрела на посвященную – чужую и близкую одновременно. Мы не были знакомы, но оказались зверьками из одной клетки, и теперь между нами опустилась решетка.

Дана развернулась и засеменила к башне. Я проводила взглядом удаляющуюся фигуру, а потом подхватила сумку и пошла следом. У дверей я обернулась и поймала смущенный взгляд посвященной. Она стала последним свидетелем моей прежней жизни.

Я уже посещала эту башню, и законники в черных масках меня не пугали. Они бесцеремонно вытряхнули вещи из сумки. Тщательно проверили каждую и не смутились порыться в пакете с нижним бельем.

Я скосила взгляд на Дану. Она спокойно стояла у лифта и ждала, когда законники закончат.

Один из них приложил сканер к моему медальону. На экране высветилась фотография. Теперь вместо статуса посвященной в графе значилась самая известная фамилия Реликта.

Я подумала о птичьих фермах. Там ставили клеймо на куриц. И даже после приготовления, ты видел остатки синего расплывшегося названия места, где животное встретило конец жизни. Вот такой курицей я, похоже, стану совсем скоро.

Лифт двинулся вверх, и у меня закружилась голова. Потому ли, что кабина двигалась слишком быстро, или от мысли, что вниз дороги не будет.

– Вейнарты занимают два последних этажа, – произнесла Дана ровным голосом. – Господин Магистр живет на верхнем, остальная семья – ниже. Ваше место на нижнем этаже.

Когда двери мягко разъехались в стороны, я почувствовала, как повеяло тонким ароматом цветов. Дана отступила, пропуская меня вперед.

Мы оказались в просторной и светлой гостиной. Высокие потолки, белоснежные стены с изящной лепниной, большие окна, сквозь которые лился мягкий дневной свет. Обстановка выглядела изысканной, но не перегруженной – дорогая, но не кричащая. Здесь не было позолоченной вычурности, которая мне запомнилась в гостиной Магистра.

Посередине располагались кремовые диваны, глубокие кресла, несколько стеклянных столиков, на которых стояли изящные круглые вазы с цветами. Стены украшали картины, выполненные в спокойных пастельных тонах, что добавляло уюта.

– Прошу, мисс Соул.

Дана жестом указала вперед.

Мы пересекли комнату и попали в длинный коридор, по обеим сторонам которого располагались закрытые двери. Вокруг царила тишина, нарушаемая нашими шагами, которые мягко отдавались по ковру.

– Сколько же здесь комнат?

– Мне не велено много говорить, Мисс, – тихо ответила Дана и ускорила шаг.

Пройдя по коридору, мы вышли в еще одну гостиную. Диваны и кресла здесь выглядели более уютными, а общий стиль сохранял теплую, песочную гамму. У одной из стен стояли деревянные шкафы с застекленными дверцами, за которыми виднелись книги и изящные серебряные статуэтки.

– Дальше начинаются жилые комнаты семьи, – заговорила Дана. – Вас ждут в кабинете.

Служанка забрала мою сумку и указала рукой на ближайшую дверь.

Пару секунд я медлила, прислушиваясь к звукам. Ладони стали холодными. Сердце забилось чаще. Я открыла дверь и вошла.

Кабинет оказался просторным, но темным. Шторы были задернуты, лишь несколько ламп кидали на стены теплые полосы света. В воздухе висел запах бумаги и древесной смолы.

Ноэль сидел за большим столом, заваленным книгами. Увидев меня, он тут же встал. Перед ним в кресле шевельнулась женщина, но не обернулась.

Дверь за мной бесшумно закрылась, и я замерла.

– Талира. – Ноэль кивнул.

Я присела в реверансе, хотя подумала, что выглядит это глупо, ведь мы не на официальном приеме.

– Проходи. Присаживайся.

Ноэль указал рукой на второе кресло напротив стола.

Женщина все еще не обернулась. Подойдя ближе, я смогла рассмотреть ее черты. Изящный профиль с прямым носом, очерченные скулы и ровная полоска губ. Она напоминала античную статуэтку, изображения которых я видела в учебниках истории старого мира.

Наконец, она повернула голову, и в отблеске света на меня поднялись серые глаза. Такие знакомые.

Уголки губ приподнялись, и женщина заговорила:

– Мисс Соул, приятно увидеть вас вживую. Во время трансляции вы казались меньше.

– Талира, это моя мама. Госпожа Элена Вейнрайт.

Впервые я видела Ноэля взволнованным. Он так и не сел обратно, только оперся на стол одной рукой, а другой теребил пальцами край книги.

– Не слушайте его. – Элена легко отмахнулась. – Ноэль с утра сам не свой в ожидании вашего приезда. Обращайтесь ко мне просто Элена. По крайней мере, в стенах нашего дома я вам это разрешаю.

Ее голос звучал ровно и мягко, но в нем ощущалась нескрываемая уверенность в собственном превосходстве. Она говорила не как любезная хозяйка, а как женщина, знающая, что все в этом доме – люди, мебель, воздух – подчиняются ей.

Элена встала и медленно расправила складки платья.

Я поднялась следом и невольно опустила голову. Эта женщина даже молчанием вызывала желание соблюдать правила, и неважно, что они мне противны.

Когда я подняла взгляд, Элена прищурилась и сделала короткий кивок.

– Ваша спальня будет готова в течение часа.

– Я думал, мы обустроим мою комнату? – резко сказал Ноэль.

– Мальчишки всегда остаются мальчишками, Мисс Соул. Даже если уже переросли детские забавы. – Элена посмотрела на сына и с вежливой улыбкой добавила: – Ты сделал свой выбор, дорогой. Жизнь больше не будет прежней. А детская вам еще может пригодиться.

Она взглянула на меня чуть внимательнее, как человек, который изучает новое, а затем развернулась и направилась к двери.

Я невольно следила за каждым ее шагом. Движения были плавными и уверенными, платье подчеркивало стройную фигуру, а юбка слегка шуршала.

Тишина давила, глухо отдаваясь в висках.

Я сцепила руки в замок, не зная, с чего начать, но потом просто взорвалась:

– Почему в тот день ты не сказал сразу, что ты внук Верховного Магистра?

Ноэль медленно вздохнул и продолжил:

– А ты разве захотела бы со мной общаться после такого признания?

– Нет, конечно!

– Вот видишь.

– Теперь ты просто не оставил мне выбора.

– У тебя не было выбора, Талира. Подумай сама. После Ямы ты стала слишком заметной посвященной. За тебя велась серьезная борьба. Другие Реликты многое предлагали за выжившую в Яме. Представляешь, как это потешило самолюбие Магистров? Магистр мог продать тебя кому угодно, но не сделал этого.

Я моргнула, не сразу осознавая смысл сказанного.

– Почему?

Ноэль медленно провел пальцем по ребру книги, лежащей на столе, затем резко закрыл ее.

– Мальчишки всегда остаются мальчишками, – повторил он слова матери. – Знаешь, какая у нас любимая игра?

Я мотнула головой.

– Собирать трофеи. Победил – забираешь лучшее у побежденного. Но еще приятнее знать, что ты можешь отобрать что-то у самого победителя. Вот где кроется настоящая власть, Талира. Ты стала личным трофеем Магистериума. Они надеются сохранить в истории строчку о том, что на их веку состоялась Яма, в которой выжила посвященная. А в один прекрасный день обменяют тебя на то, что нужно Реликту. Ресурсы, влияние, секреты врагов.