Мария Карташева – Тыкулкас (страница 33)

— Да, конечно.

Вернувшись к директрисе, Береговой взял листок со скудным перечнем женских фамилий и телефонов и поднял глаза:

— А ухажёр где?

— Вот, — не двигаясь с места, директор школы опустила глаза на столешницу.

— Не понял?

— Ну вот же, — опустив тон до шёпота, отозвалась директриса, и ещё раз глазами указала на лежащую газету, где на первом развороте красовался мужчина, а под его именем перечислялись всевозможные регалии и звания.

— Спасибо, — улыбнулся Юра.

— А как её хоронить будут?

— Это не ко мне, но я слышал у неё только старенькая бабушка, так что с похоронами можете помочь.

— Ну это уже семья или государство, — развела руками женщина. — А мы на поминки соберём, в школе посидим.

Береговой вышел на свежий воздух с чувством некоторой гадливости, и хотя ничего криминального не произошло, ему почему-то стало на душе очень тоскливо, но запутавшись во дворах, Юра скоро выкинул из головы перипетии чужой жизни и попытался найти дорогу обратно, чтобы навестить бабушку жертвы, хотя, как он понимал, толку от этого точно не будет. Завидев в череде одинаковых домов вывеску уже знакомого кафе, Береговой решил, что надо бы снова заправить организм чем-то горячим и несмотря на то, что это заведение общепита было и не самого высокого уровня, но оно было уже знакомо, а в чужом городе это уже плюс. В следующую секунду взгляд оперуполномоченного вдруг споткнулся о вывеску, извещающую проходящих граждан, что здесь располагается мистический салон «Колдунья Клара». Юра несколько секунд поразмыслил о причине своей остановки, потом вытащил мобильник, сравнил каракули из тетради со значками, которые вились по вывеске снизу сразу под надписью, и толкнул входную дверь, после которой круто вниз проваливалось несколько ступенек.

— Вы бы хоть табличку повесили, — потирая ушибленную ногу, сказал Береговой, оказавшись во вполне себе современной приёмной, где вкусно пахло кофе.

— Вы по записи? — не отрываясь от рихтовки наманикюренных пальчиков, спросила рыжеволосая девица с пирсингом в носу.

— Нет, а без записи не получится?

— Сейчас, — наигранно по-кошачьи вытянувшись, девушка встала, продемонстрировала Береговому все стороны тонкого стана и ушла по коридору, виляя худыми бёдрами, едва скрытыми розовой юбкой.

— Только бы не бордель, — прошептал Юра, уже опасаясь, что неверно истолковал предлагаемые услуги.

Девица вернулась буквально через несколько секунд, на лице явно играла расстроенная гримаса, и она, не поднимая глаз, буркнула, проходя мимо Берегового:

— Вас ожидают. В конце коридора дверь.

Береговой старательно смотря перед собой, пока девица пыталась хоть как-то привлечь к себе внимание рослого и явно не местного мужчины, прошёл в указанном направлении и, остановившись перед увешанным разномастными символами чёрным полотном, постучал.

— Можно? — спросил Юра.

За столом сидела женщина с тоненькими усиками, с юркими густо накрашенными глазами, заострённым носом и слегка впалыми щеками с нездоровым румянцем.

— Заходите, заходите, — не вынимая длинную чадящую трубку, крепко зажатую зубами, проговорила она, поднимая взгляд от разложенных на столе бумаг. — Присаживайтесь. Простите, сейчас всё уберу, не ждала приёма, — она помотала головой. — Сейчас даже ведьмам нужно курсы бухгалтерии проходить, а вы поверьте, мне легче ненавистную алхимию выучить, чем эти дебеты с кредитами сводить, — с явным облегчением убирая бумаги в стол, сказала она. — Ну что? На любовь гадаем? Или на деньги?

— На удачу, — вздохнув, сказал Береговой. — У меня к вам пара вопросов, так сказать, факультативных, что ли.

— Из органов? — сузив глаза, спросила женщина.

— Есть такое, — покивал Юра. — Я не из вашего города, и у меня здесь своя работа, никак к вам не относящаяся, — успокаивающе проговорил Береговой. — Я оплачу визит.

— Да поняла я, — улыбнулась хозяйка. — Чего ты так распереживался? Спрашивай чего хотел.

— У вас на вывеске символы, — Юра покосился на стопку визиток. — Вот такие. — он показал на визитную карточку.

— Это для своих, — пожала плечами Клара. — Это фиванский алфавит.

— Чего? — не понял Береговой.

— Фиванский алфавит, — она вытащила изо рта трубку, выпустила облако дыма через ноздри и вздохнула. — Ну, как бы это попроще, язык ведьм. Знающие сразу поймут, что у меня можно получить консультацию для своих.

— А им зачем? — удивился Береговой.

— Если ты работаешь стоматологом, например, то не сможешь зубы себе лечить, — развела руками Клара. — Так и у нас.

— Ага, — покивал Береговой, внутренне задавая себе вопрос, зачем ведьме может понадобиться другая ведьма. — А вот конкретно эти закорючки, это тоже этот, алфавит? — Береговой показал на значки, найденные в тетрадях.

Клара немного помолчала, встала со своего места и, слегка прихрамывая, подошла к блестящему полированной чернотой, мельтешащему в глазах штрихами искусной резьбы буфету. Женщина нажала на боковую панель, абсолютно ровная поверхность чавкнула и открылась.

— Вот, — она положила перед Береговым несколько тетрадок, распечатанных на полиграфическом станке, — это копии, утерянного гримуара.

— Утерянного кого? — у Берегового уже разболелась голова от знакомства с алфавитом, и всякие другие нововведения были уже совершенно лишними в картине мира оперативного сотрудника.

— Гримуар — это что-то вроде учебника магии, — подобрав максимально простой пример, объяснила Клара. — А где вы видели такие символы?

— А кто его потерял? — вопросом на вопрос ответил Юра.

— Это сложно, — Клара помолчала. — Здесь, — она показала на скреплённые тетрадки, — только несколько частей, если нет основного источника-ключа, ими пользоваться невозможно. Всю эту шелуху, — она презрительно отодвинула от себя глянец с символами, — напечатала и выдавала за истинное знание одна очень неприятная мадам. Проще говоря, она обманывала, устроила здесь школу магии и за крайне круглую сумму учила, если можно так выразиться.

— А куда она потом делась?

— Умерла, — просто сказала Клара. — Её повесили, — добавила она, пожав плечами.

— Я смотрю, вы человек осведомлённый. А кто повесил?

— Скорее всего, хозяйка гримуара. Обиделась, наверное, что её имуществом так распоряжаются.

— Клара, — терпеливо сказал Юра, — я вот сейчас мало что понимаю, но, может быть, вы будете столь любезны и объясните мне как-то более популярно.

— Ладно, — улыбнулась Клара, — но сначала ты скажешь, где видел символы.

— У меня сейчас расследование в Тыкулкасе, у нас есть похожая тетрадь, но только никто не понимает, на каком языке это написано.

— Это не язык, — потрясла головой Клара, — это ритуал.

— Это как?

— Ну, мы-то с тобой между собой чисто буквами не общаемся, — Клара нарисовала на листке бумаги несколько символов, — и здесь, ты берёшь символы и выписываешь их в определённой последовательности, в зависимости от вопроса.

— А откуда вы знаете последовательность?

— А я не знаю, это сила внутри меня знает. Понимаете, некоторые люди от рождения умеют готовить, они знают, что и как можно сделать, даже не имея представления, как называется продукт или специя, а некоторые могут сто лет учиться, но будут хороши только в теории.

— Ладно, будем считать, что я понял, — вздохнул Юра. — А вот в таких небольших городках, типа Тыкулкаса, промышляют… — Юра осёкся. — Бывают салоны типа вашего? Я там не видел и не нашёл, но есть мнение, что могут быть, — не очень складно проговорил Юра.

— Обычно в таких местах все страждущие больше к устойчивой вере этноса тянутся, — протянула Клара. — Если говорить конкретно про Тыкулкас, там шаманизм, хотя толковых давно не было.

— А их главный шаман?

— Пузырь он дутый, — фыркнула Клара. — Правда, бизнесмен отличный, в этом ему не откажешь.

— Интересно.

— Ничего интересного, — Клара всплеснула руками, и Юре показалось, что у неё за спиной несколько сместилась картинка. — Тыкулкас — его бизнес-проект. Они вложили прорву денег в обустройство его жилища, и туда дорога по силам, я имею в виду финансовые силы не каждому, так сказать. Конечно, зачем ему париться с сотней людей, он одну бабу какую-то с миллионным мужем примет раз в месяц и всё: живи не хочу, — несколько нервно проговорила Клара. — Ладно, не об этом речь. Здесь каждый, как повезло, — мгновенно успокоилась она. — Короче, конкретно в Тыкулкасе все свои пойдут к шаманке, она там дельная и сильная. Но одна и работает крайне редко, а вот что касается других, так сказать, проводников силы, то была там одна ведьма, — Клара поморщилась. — Но это лет за пятьдесят до сего момента. И это ответ на твой следующий вопрос: это её гримуар потерян, и никто не знает, что с ней случилось. Но после того как она его потеряла, то всё.

— Что всё? Поподробнее можете?

— Слышала, только по верхам, — кивнула ему Клара. — Она медичкой была. Приехала в новый фельдшерский пункт работать, и собственно там и устроила себе кабинет. А была она из самых тёмных низов, ничем не гнушалась, говорят, даже жертвы приносила, и принимала в основном девиц. Почему уж — не знаю. А потом она пропала, — тихо сказала колдунья, — в одну ночь. Как говорят местные, с вечера и до рассвета свет в окнах фельдшерского пункта горел, а утром там её не нашли, и случилось это, когда должны были начать стройку новой больнички, на месте этого заведения. Но перед этим она несколько дней сама не своя была, так как украли у неё гримуар. А силу свою и знания она черпала именно из него.