Мария Камардина – Роза чёрного рыцаря (страница 2)
Проконсультировать по поводу легендарных артефактов, в существовании которых сомневается весь драконий мир.
После заверений, что Совет обеспечит защиту всем свидетелям, мистер Коул слегка расслабился и согласился поговорить о деле. Он оказался учёным-романтиком, восторженным и в чём-то наивным. Теории, в которые он верил, считались сказками, его исследования открыто называли чудачеством, основанным на хорошем воображении, а книги он печатал на собственные деньги, потому что никто и никогда не дал бы средств на поиски волшебных мечей, говорящих зеркал или ковров-самолётов. Мистер Коул не отступал – изучал легенды, разыскивал древние книги, а время от времени в компании таких же чудаков отправлялся в очередную экспедицию. В шкафах его библиотеки хранились рисунки, снимки, странные предметы, необычной формы камни, засушенные растения, якобы обладающие волшебными свойствами…
Тема собственных исследований воодушевила мистера Коула настолько, что он почти перестал дрожать и запинаться. Стоило изобразить малейший интерес, как его голос приобрёл уверенность и даже властность, а на уточняющие вопросы он отвечал со снисходительностью гения, консультирующего неразумных обывателей. Спустя полчаса Ник был склонен соглашаться с «закосневшими приверженцами традиции» – рассуждения учёного казались отборной чушью. Но чем-то ведь зацепили они секретаря Совета?
– Скажите, а что конкретно интересовало господина Белла?
Упоминание о неприятном госте заставило хозяина дома приглушить голос и скривиться. Некоторое время он молчал, потом снова взял в руки отложенную на стол книгу.
– Он… Изучал легенду о летучем корабле. Вы, должно быть, знаете её…
Ник поднял брови и переглянулся с Грегом, тот пожал плечами. Зато неожиданно подал голос Барни:
– О, я помню! Там про то, как третий сын бедного крестьянина подружился с духами стихий, построил летучий корабль, прошёл испытания злого короля и женился на принцессе!
– Да-да, – мистер Коул мелко закивал, – именно эта. Считается, что древние корабли, на которых наши предки перешли в этот мир, могли путешествовать по воздуху, по земле, по воде и даже под водой. Мы с коллегами несколько лет ставили эксперименты… К сожалению, успехом они пока не увенчались. Однако господин Белл очень заинтересовался, и знаете, он очень хорошо разбирался в вопросе! Я и подумать не мог, что такой понимающий, разумный дракон свяжется с…
И не только свяжется, мрачно подумал Ник, но и станет одним из лидеров. Во всяком случае, собранной информации хватало, чтобы предположить, что именно Белл руководил если не всем Орденом Белого гребня, то уж некоторыми направлениями его деятельности точно. Он не занимал важных должностей, не отдавал значимых приказов, мало кому показывался и почти ни в чём не участвовал, но ощущение, что этот тип стоит за всеми делами отступников, с каждым опрошенным свидетелем только крепло.
К сожалению, книги и лабораторные журналы, в которых описывались попытки создания летучего корабля, господин Белл увёз с собой. Он собирался всего лишь снять копии и вернуть документы, однако обещания не выполнил – и по зрелому размышлению мистер Коул был только рад, что удалось откупиться от опасного типа бумагами. Увы, доказательств, которые можно было бы представить Совету, в библиотеке не осталось.
– У меня есть ещё пара сборников, содержащих эту легенду, – бормотал мистер Коул, бегая от шкафа к шкафу и распахивая дверцы. – Где-то здесь… А, вот оно, глядите! Правда, там совсем общие сведения…
Он вытянул из полки потрёпанный том и радостно взмахнул им, отчего из книги вылетело несколько страниц. Присмотревшись, Ник понял, что это скорее чьи-то записи, но задать вопрос не успел – мистер Коул вдруг охнул и шёпотом выругался.
– Прошу прощения… Это… – Он медленно наклонился и дрожащими пальцами подобрал листки, а потом снова глянул на Ника. – Мистер Белл, он… Делал записи, черновики, заметки… Почти всё забрал, а вот эти листки…
Ник взял протянутую бумагу. Половина была исписана мелким почерком – увы, язык, на котором бывший секретарь Совета делал записи, знаком ему не был. Схемы, изображённые на трёх других листках, тоже ни о чём следователям не говорили, как и несколько рядов непонятных значков. Но именно значки привели мистера Коула в величайшее возбуждение.
– Это русалочьи руны! Русалочьи, понимаете?! Их совсем недавно открыли, я подавал прошение Королеве Кэтрин… Увы, даже сейчас к русалкам допускают преступно малое количество учёных. Но я читал исследования профессора Грея, мы с коллегами вывели теорию, и господин Белл с нею согласился, что предки русалок и драконов могли работать над созданием летучего корабля вместе! Духи стихий, понимаете? Не один дух, не дракон, а… Но вот этих записей не было в моих журналах, совершенно точно, это он, он сам где-то взял информацию! Профессор Грей, вам обязательно стоит с ним поговорить! Он преподаёт в Академии волшебных искусств в Драконвиле, непременно навестите его! А эти схемы…
Добиться от мистера Коула связных объяснений больше не удалось. Видно было, что расставаться с найденными листками ему не хочется – внимательнейшим образом рассмотрев и перерисовав значки и схемы, он снова принялся бегать по библиотеке в поисках каких-то энциклопедий. Оторвать его от работы, чтобы подписать показания, вышло с большим трудом, зато обещание поделиться результатами исследований он дал весьма охотно. Уговорились, что писать мистер Коул будет в Драконвиль на адрес одного из друзей Ника – раз уж всё равно придётся туда ехать и, возможно, задержаться.
Именно на этот адрес спустя пять дней пришло известие о смерти Ричарда Эдварда Коула.
Глава 2. Нежданная компания
– Упал с крыши и разбился? Дракон?!
Ник оторвался от письма и обвёл собеседников выразительным взглядом. Новость будто списали с дурацкой комедии, казалось, вот-вот из-за шкафа или из-под стола выскочит кривляющийся человечек с воплем «Шутка!» Тёмно-красные портьеры на окнах только усиливали сходство с театром, да и сама гостиная выглядела больше декорацией, чем жилым помещением в доме солидного джентльмена: обои в цветочек, кружевные салфеточки, пуфики, изящные креслица на гнутых ножках – таких тонких, что Барни предусмотрительно устроился на диване. Под Ником кресло только раз скрипнуло, но он всё равно старался не делать лишних движений.
Льюис поправил воротник домашней бархатной куртки под цвет портьер и откинулся на спинку кресла-качалки.
– Не смог превратиться, бывает. Не так-то просто сделать из человека громадную тушу с крыльями. Может, перебрал и забыл порядок действий?
Уверенно определить, когда Льюис Даррел говорит всерьёз, а когда шутит, удавалось не всегда. О том, что именно делают драконы для смены облика, Ник имел весьма смутные представления, но всё равно крепко сомневался, что пьяный дракон не сумеет превратиться. Он снова глянул в текст. Местная полиция и прибывший на место происшествия дракон-дознаватель опросили слуг, и те в один голос уверяли, что мистер Коул и впрямь предпочитал превращаться в воздухе. Тщедушный человечек, с которым встречалась следственная группа, в истинном облике обладал размахом крыльев почти в семьдесят футов, что затрудняло взлёт с окружённой деревьями поляны, а немалый вес не давал превратиться на крыше без риска её проломить. Почему же в этот раз попытка взлететь обернулась переломанным позвоночником?..
Самоубийство – невозможная вещь для истинного дракона, об этом его уже просветили. Ник предположил бы, что разговорившегося свидетеля попросту убили, но кто и как? На теле погибшего не было найдено никаких травм, помимо связанных с падением. Столкнули? Но что в таком случае помешало ему превратиться?
Даже если кто-то из слуг подслушивал у дверей библиотеки, сумел подать Беллу весточку о визите следователей и получил в ответ приказ об устранении болтуна – дракон, какой бы обманчивой ни была его внешность во втором облике, всегда остаётся сильнее самого тренированного человека. Значит, убийцей тоже должен быть дракон… Но их слишком мало, чтобы убивать себе подобных, и это, насколько успел узнать Ник, практически табу. Глупо думать, что ни один дракон не нарушит запрет – но дворецкий лично провожал господина на крышу, да и прислуга уверяла, что после отъезда следователей мистера Коула никто не навещал…
Разве что почта пришла.
Судя по показаниям слуг, именно весточка от старого приятеля привела мистера Коула в такое возбуждение, что он немедленно собрался в гости. Увы, предполагаемый автор письма при опросе искренне удивился – с его слов выходило, что никакой корреспонденции он не отправлял уже неделю, и работники местной почты этот факт подтвердили. Дракон, расследовавший смерть собрата, счёл нужным помимо копий протоколов допроса переслать и злосчастное письмо: «возможно, это как-то поможет в ваших поисках, мистер Джонс».
Ник перечитал вложенную записку, хмыкнул, уронил её на стоящий рядом журнальный столик и протянул руку к тёмному обшарпанному конверту.
– Не трогай.
Грег, до этого сидевший тихо, вскинул ладонь и тоже склонился над столом, разглядывая конверт и, похоже, даже принюхиваясь. Надел перчатки, аккуратно вынул одинокий листок, исписанный кривыми буквами, потёр кончиком пальца самую выразительную кляксу, затем принялся рассматривать бумагу на просвет, хмурясь и хмыкая. Потом изучил конверт, уделив особое внимание внутренней стороне, отломил кусочек сургучной печати, снова принюхался…