Мария Камардина – Роза чёрного рыцаря (страница 15)

Себастьян явно хотел возразить, но лишь вздохнул.

– Извини, – сказал он и протянул Барни руку. Тот, чуть поколебавшись, её пожал. – И все… Извините. – Он всё-таки улыбнулся. – Хорошо иметь рядом надёжных друзей, способных без колебаний двинуть в морду.

– И хорошо, что эта дрянь подействовала только на тебя, – задумчиво проговорил Ник.

Для полноты картины следовало опросить и других пострадавших, но реконструировать примерную схему уже получалось. Сперва – напугать, чтобы незваные гости сами повернули. С большинством это наверняка работало, недаром другие капитаны отказывались посещать заповедный остров – а ведь должны были быть желающие попробовать, контакты с драконьей Королевой весьма полезны для карьеры! Тем, кто сумел преодолеть страх, приходилось бороться с более сильными эмоциями, а может – Ник вспомнил старпома, – и с затаёнными желаниями. Подавленными, но иногда всплывающими на поверхность…

Он попытался припомнить собственные ощущения в пиковый момент бури. Почему он не вернулся в каюту? Кажется, самой логичной выглядела причина о том, чтобы присмотреть за драконом – но об этом он мог сказать честно и вслух, а не прятаться за дверью, пока не услышал крик. А вот о том, что не доверяет капитану, говорить не хотелось.

Особо сильных чувств Ник всё же не припоминал, как и упомянутых Себастьяном холода и страха. Да и после, помогая капитану справиться со штурвалом, он был вполне адекватен. Но хорошо, что в самый ответственный момент нашлось, кому можно набить морду.

И всё же нужно будет побеседовать с мадемуазель Розье. Тонкие девичьи руки определённо не годились для тяжёлой физической работы, но она сумела провести их сквозь бурю, и сама не поддалась чарам. Пожалуй, он был готов признать её профессионализм – и свои ошибки. Люди любят, когда перед ними извиняются. Что ж, он не гордый.

Ник отдал распоряжение готовиться к высадке и в который раз за день отправился искать капитана.

***

На Остров Королевы дирижабли по очевидным причинам залетали редко, и посадочная площадка состояла из участка земли засыпанной белым песком, и одинокой мачты с узкой платформой почти на самом верху. Там Ник и обнаружил капитана – Амели стояла у края, опершись на перила, и вглядывалась в залитый солнцем пейзаж.

– Вы успели пообщаться с Кирком?

Она, не оборачиваясь, пожала плечами.

– Он говорит, что ничего не помнит. Сидит в трюме, материт драконов и их магию, уверяет, что в прошлый раз ничего такого не было, а так он бы никогда и ни за что, даже в мыслях не было.

Ник помедлил и уточнил:

– Вы ему верите?

– Про мысли? Вряд ли мужчинам можно доверять в этом вопросе. Впрочем, большинство всё же держит руки при себе – а некоторые, особо выдающиеся, и мнение тоже.

Веселье в её голосе казалось искусственным. Он подошёл ближе, встал рядом.

– Я должен извиниться…

– Что вы, – перебила она. – Вы ничего мне не должны. Только вторую часть оплаты, у меня ведь хватило умений, чтобы доставить вас на остров. Неплохо для пигалицы, как думаете?

– Неплохо даже для опытного капитана, и я прошу прощения за то, что недооценил вас. Со слов Кирка я понял, что вообще мало кто решается на такое путешествие, а вы и решились, и прошли. Это заслуживает уважения, и в вашем случае – особенно.

Амели резко повернулась и поймала его взгляд.

– Что же такого особенного в моём случае, интересно?

Такой резкой реакции Ник не ожидал. Ему отчего-то казалось, что девчонке польстит сравнение с опытным капитаном, но взгляд её не был дружелюбным.

– Пожалуй, от большинства знакомых мне капитанов вы отличаетесь по двум пунктам, – проговорил он. – Вы молоды, и вы – женщина.

– Какое страшное обвинение, – процедила она.

Ник на миг заколебался. Возможно, стоило свести разговор к шутке, тем более что для Амели эта тема явно была болезненной. Он легко мог представить её чувства – ему было всего шестнадцать, когда Льюис приволок его на базу «Чёрных рыцарей». Угрюмый, диковатый мальчишка, всю жизнь работавший в конюшне, не вызывал даже интереса, не то что уважения. Пришлось многому научиться и немало поработать, прежде чем опытные бойцы и разведчики стали воспринимать его серьёзно. Но он был мужчиной, и даже в юности обладал немалым ростом, силой и ловкостью, чтобы выполнять тяжёлую работу и день за днём выживать, менять себя, выворачивать наизнанку и не ломаться в процессе. Если бы он родился девчонкой…

Нет, такой судьбы он не желал ни одной женщине.

С другой стороны, вряд ли жизнь Амели была намного легче.

– Не обвинение – констатация факта, – проговорил он. – Для того, чтобы руководить людьми, нужен обширный жизненный опыт, знания, которые невозможно получить даже в лучших университетах. Можно быть отличным специалистом – и вы продемонстрировали, что действительно разбираетесь в деле. Однако специалистов на борту много, и куда проще было бы вызвать их уважение и повиновение, будь вы лет на десять постарше. Не говоря уже о людях, которые видят вас впервые в жизни – и, как говорится, судят по одёжке.

Амели раздражённо дёрнула уголком рта.

– Я была бы счастлива, проживи отец эти десять лет – но ни меня, ни его никто не спрашивал. О том, кем я хотела родиться, не спрашивали тоже.

– Разумеется – но зато вы сами спросили меня о разнице. Я могу не продолжать.

– Нет уж, – она скривилась и снова отвернулась к пейзажу. – Начали – так говорите. Чем же плохо то, что я женщина?

Перед глазами невольно всплыл образ, который он давно и успешно отгонял от себя. Стефани, его бывшая невеста, обожала говорить о правах женщин и о мужчинах, которые эти права бессовестно ущемляют. Ах, как горячо она говорила о том, что замужество – удел глупых домашних куриц, не способных мыслить и трудиться на благо общества, как резко обличала тех, кто выбирает жизнь бесполезной содержанки, не смеющей и слова сказать против мнения мужа! Он был молод и влюблён, он был готов предоставить ей все права мира за один благосклонный взгляд, и он почти год добивался, чтобы она сказала «да» и приняла то кольцо. Он гордился ею и восхищался, хотя, на свою беду, не слишком-то интересовался деятельностью всех этих комитетов…

А потом она сбежала с тем аристократом – тот совсем не разбирался в правах женщин, зато имел богатое поместье, какие-то акции и фабрику, а ещё желал иметь ко всему этому красивую жену. Почему-то это не показалось ей оскорбительным, хотя, возможно, мужчина, способный по воле супруги спонсировать комитеты и благотворительные акции, не такой уж угнетатель.

Он тряхнул головой и заставил себя вспомнить хрупкий девичий силуэт на фоне грозового неба, подсвеченный мистическим сиянием огней святого Эльма. Вспомнил собственные сомнения, взбесившегося старпома, частично обернувшегося дракона, упрямый штурвал. Внутренней силы Амели, безусловно, хватало, и работу свою она выполняла на совесть, не тратя время на праздную болтовню, как Стефани и её подружки. И всё же…

– Вы взялись за мужскую работу, тяжёлую и опасную. Есть дела, которые должны выполнять мужчины – в том числе для того, чтобы их не приходилось делать женщинам. – Он поймал её взгляд, возмущённый и злой, и поспешно поднял руки: – Поверьте, мне встречались особы, способные руководить и, при необходимости, силой доказывать своё главенство, но они сталкивались с теми же проблемами, что и вы. Конечно, вы производите впечатление человека умного, целеустремлённого и отважного. – Он немного подождал, но комплимент цели снова не достиг. – И вы наверняка уже в курсе, что мы имели смелость расспросить экипаж – о вас отзываются уважительно, и это немалая заслуга. Но командовать мужчинами – это определённо не ваше, и мир должен сильно измениться, прежде чем капитана-женщину смогут воспринимать всерьёз. Я посоветовал бы вам на правах владелицы судна назначить капитаном кого-то другого, и…

– Выйти замуж?

Она произнесла это с таким отвращением, что Ник снова вспомнил Стефани. Но он много лет и душевных сил потратил на то, чтобы перестать считать всех встречных женщин хитрыми корыстолюбивыми интриганками. Да, было время, когда он хотел семейного уюта и был готов обеспечить любимую женщину всем, что она пожелает, взамен на надёжную гавань, в которую он мог бы возвращаться. Два человека, ставшие одним целым, готовые поддерживать и дополнять друг друга, быть вместе против всего мира, беречь разожжённый однажды огонь…

Прекрасный образ – но одному, пожалуй, проще. И вряд ли он мог осуждать тех, кто разделял это мнение.

– Заняться делом, которое вам больше по душе – и по силам.

Амели снова отвернулась и стиснула перила – Нику показалось, что у неё дрожат пальцы.

– У меня уже есть дело, – бросила она через плечо. – И я вполне с ним справляюсь – вы ведь сами сказали, что моя команда меня уважает, а на мнение прочих мне плевать. Мир должен измениться, и если у меня есть шанс повлиять на это, я не стану прятаться и буду гордиться, если за мной пойдут другие. Да, это непросто – но, знаете ли, женщины намного меньше отличаются от мужчин, чем вам кажется. И далеко не в худшую сторону.

– Но различий больше, чем кажется вам, – парировал Ник.

Пальцы Амели побелели.

– О, да, – медленно проговорила она. – Но большинство различий почему-то сводится к тому, что женщины слабее – и потому должны подчиняться.