Мария Камардина – Пёс Её Высочества (страница 17)
И оба рухнули в ледяную воду.
***
После удара в карете наступили тишина и темнота, будто её укутали в толстый мех, поглотивший и свет, и звук. Затявкали перепуганные собачонки, забились в угол сиденья.
– Няня! – вскрикнула Беттина, подгребая к себе беспокойное хвостатое хозяйство. – Что случилось? Лавина сошла?
– Случилось, деточка, выполнение чьего-то коварного плана, – процедила Хелен и потянулась к дверце. Та поддалась немного, снег был рыхлый и не сильно влажный. Звуков стало больше.
Лязг.
Крики.
Ржание.
И рёв, такой знакомый обиженный рёв снежного тролля.
– Да чтоб им акулы ноги отгрызли, – пропыхтела Хелен непонятно на кого, открывая и закрывая дверь – щель стала шире, впору протиснуться мелкому псу.
– Кому? – пискнула Беттина.
– Неважно. Ну-ка, деточка, помнишь матушка тебя как учила – не показывай подданным истинных чувств. Сопли втяни и помоги, ручками поработаем.
– Да, няня.
Беттина послушно шмыгнула носом, отодвинулась от собачек, достала из-под сиденья короб, немного в нём покопалась и с торжествующим видом протянула золотистую туфельку.
– Зачем? – безмерно удивилась Хелен. Воспитанница умом не отличалась, но не до такой же степени!
Принцесса округлила глаза:
– Копать же будет удобнее!
Отгребать снег туфлями стоимостью в годовое жалование трубочиста оказалось и впрямь сподручнее. Дверь приоткрылась ещё немного, позволяя выглянуть наружу. Всей картины видно не было, но то, что попало в поле зрения, не укладывалось в привычные рамки – спешившиеся рыцари зачем-то бросались с мечами на снежного тролля, а тот ревел и норовил полоснуть кого-нибудь когтями. Да эти меховые бурдюки обычно и мухи не обидят!
Увы, выбраться и навести порядок она пока не могла.
– Детка, – Хелен укутала принцессу в шаль. – Тебе придётся помочь мне вылезти из этой коробки.
Беттина кивнула, на мгновение зажмурилась от особенно громкого рыка тролля и протиснулась наружу с туфлями в обеих руках. Пёсики, обнаружив, что хозяйка уходит, залились испуганным лаем. Возиться с ними было некогда, пришлось цыкнуть и наложить усыпляющее заклятие.
Вскоре удалось протиснуться и Хелен. И первое, что она сделала – гаркнула во всё горло:
– Сто-о-о-п!
Её крик слился с громким всплеском – тролль, не удержавшись на скользком склоне, рухнул в воду, прихватив с собой кого-то из рыцарей. Рядом испуганно вскрикнула Беттина, спустя мгновение Хелен тоже опознала Бьорна.
Думать было некогда: тролль точно мог выплыть, а человек в доспехах и тяжёлом меховом плаще имел все шансы ржаветь на дне реки.
Хелен прикрыла глаза, чтобы не отвлекаться на творящееся безобразие, вскинула руки, нащупывая магию воздуха, и запела. Давно она не колдовала больше, чем требовалось в быту – с тех самых пор, как вернулась с последнего рейса в спасательной шлюпке. Она больше не называла себя Хелен Укротительница Бури, и никто не называл – та Хелен погибла в страшном шторме, который не смогла усмирить, чтобы спасти экипаж. Королевская стихийная колдунья стала няней принцессы, и этого ей было довольно. Остаток жизни перед сном перебирать, что она сделала не так – наказание похлеще петли на рее.
Силы Хелен застоялись, они с радостью устремились прочь из тела, сливаясь с воздушными нитями магии. Поднялся вихрь, закрутился снежный смерч, в мгновение ока достиг реки и затянул в себя воду, рыцаря и тролля, а затем бесцеремонно вытряхнул добычу на берег.
– Всем стоять! – вновь рявкнула Хелен, оглядывая членов отряда.
Взгляд Эрика ей весьма польстил, но долго таращиться капитан не стал – подошёл к вымокшему, но вроде целому Бьорну, помог подняться. Парня трясло от холода, и Хелен могла поклясться, что слышит, как стучат его зубы, но заниматься пострадавшими было некогда – если не договориться, их точно станет больше.
Тролль отряхнулся – такая шкура не могла промокнуть, – и огляделся. Сейчас же Хелен приметила то, что не собирались рассматривать рыцари: на голове у великана были заплетены несколько косичек. Троллиха. Притом обиженная. И она собиралась напасть снова.
– Погоди! – крикнула Хелен на тролльем языке.
Выучить его было несложно, слова в основном состояли из согласных и «ы», важнее была интонация. Многие горожане знали по нескольку слов, но в основном с великанами общались с помощью табличек с цифрами, когда те приезжали торговать.
Троллиха замерла:
– Ыгл?
Хелен протиснулась мимо кареты, угомонила заклинанием перепуганных лошадей, отметила, что пальцы дрожат – тело давно отвыкло от сильной волшбы. На берегу она спросила, в чём проблема, и в ответ получила такую отповедь, что не понимавшие языка рыцари ощерились мечами и арбалетами – звучало крайне угрожающе.
Оказывается, добрые люди пришли к приличной девушке на ферму, дали мешок конфет и попросили разыграть обоз, который будет проезжать, поиграть в снежки. Нырг, так её звали, честно выполнила условия и устроила отличный сюрприз. А тут! Хамы! Невежды! Злыдни! Да она дяде своему расскажет, горному великану!
Хелен поморщилась: если троллиха и вправду пожалуется, то людям несдобровать. Горные великаны малочисленны и живут особняком, единственный условный вред от них – это испорченная погода, поскольку зимой у них проводился турнир за кубок Горного Короля, на котором сильнейшие великаньи шаманы соревновались в создании бурь и метелей. Самого короля давно похоронила история, а вот кубок остался. И снежные завалы на пролегавших между горами дорогах – тоже. Но вот обижать гигантов не стоило, это и мальку понятно.
Хелен постаралась унять гнев на неизвестных шутников и протянула ладони в примиряющем жесте.
– Нырг, тебя кто-то обманул! Позволь объяснить. Мы испугались, только поэтому стали обороняться!
Нырг прижала лапу к груди и оглядела обоз недоверчиво и виновато. Рыцари от её жеста снова напряглись, но Хелен разбиралась в мимике троллей, и там, где бойцы видели лохматую клыкастую харю, она различала образ девчонки едва ли старше Беттины. Даже жалко её, глупышку…
Хелен махнула рукой, подзывая Эрика. Тот недоверчиво выслушал перевод и выразительно оглядел поле нежданного боя:
– Сюрприз, значит?
Ему было с чего злиться. Пока Хелен беседовала с Нырг, рыцари убрали карету с моста и теперь стояли за спиной командира, мрачные и потрёпанные. На первый взгляд ничего серьёзнее ушибов видно не было, а вот часть лошадей рванула обратно в лес, и их ещё предстояло поймать. Больше всех пострадали вымокший до нитки Бьорн и конь Эрика – удар тролльей лапы сломал ему ногу, несчастный лежал на боку и тяжело дышал. У Хелен сердце кровью обливалось от жалости, но сперва нужно было уладить конфликт.
Капитан стиснул зубы, жестами отправил в лес дозорных и велел:
– Пусть рассказывает. Всё, что знает.
Эпизод 12, в котором мёрзнут, греются и заводят новых питомцев
Бьорну повезло – упади он чуть выше по течению, и прилетевшая следом туша попросту размазала бы его о камни, а так всего-то окунуло с головой. Ледяная вода обожгла, плащ захлестнул ноги, доспех, хоть и лёгкий, потянул на дно, но сдаваться Бьорн не собирался. Плавать он умел, и неплохо – да здесь просто не может быть глубоко, сквозь синюю прозрачную толщу виден дневной свет, и нужно посильнее оттолкнуться от дна, добраться до поверхности, а там уж точно есть кому вытащить.
Того, что спасатели воспользуются магией, он никак не ожидал.
Вызванный ведьмой вихрь уронил его спиной в снег. Бьорн тут же перевернулся на четвереньки, закашлялся, сплёвывая воду, кое-как вытер лицо. Кожу жгло от мороза, мокрая одежда облепила тело колючей ледяной коркой. Нос заложило, все запахи пропали, и о том, насколько ядрёное содержимое у подсунутой Эриком фляги, он узнал, только когда первый глоток обжёг горло и огненным комком рухнул в желудок.
Дыхание перехватило, тело пробило жаром, из глаз брызнули слёзы. Бьорн замотал головой и отпихнул от себя руку капитана. Крепкие напитки с сильным запахом напрочь отбивали нюх на несколько часов, и потому оборотни если и употребляли алкоголь, то лёгкий: пиво, ягодные вина, душистую медовуху. Эта же настойка явно содержала жгучий перец, пряности, пламя преисподней и, возможно, немного кедровых орехов – впрочем, насчёт последних уверенности не было.
Холод так до конца не отступил, но заставить сведённые мышцы работать удалось. Бьорн поднялся на ноги, чувствуя, как его начинает трясти. Тело норовило свернуться в клубок, но мозг требовал срочно переодеться в сухое и разжечь костёр, обещая в противном случае затяжную лихорадку.
Он шмыгнул носом и прислушался к разговору. Хелен уверяла, что тролль не замышлял злого и вообще был обманутой девушкой, Эрик сомневался и требовал доказательств. Троллиха принялась что-то объяснять, языка Бьорн не знал, но обиженные интонации определил, как и сочувствие на лице ведьмы. Оставалось надеяться, что она не пожелает расширить список неучтённых пассажиров – тролль ведь тоже может пригодиться!
Бьорн мрачно чихнул и отвернулся, пытаясь вспомнить, в которой из телег лежали дорожные мешки рыцарей. Нужно срочно переодеться, иначе…
– Бьорн!
…Иначе придётся умереть со стыда, представ перед принцессой в виде мокрого мороженого курёнка.
Беттину, как оказалось, волновало совсем другое.
– Ты же простудишься! – ахнула она и, прежде чем Бьорн успел отстраниться, положила ладонь ему на лоб. – Живо в карету!