Мария Ирисова – Опальная принцесса (страница 45)

Глава 20. Монах расшалился

— Пивная дуэль, — успокоил меня Рустам.

Староста, который слышал весь диалог, махнул рукой и перед мужчинами выставили по десять стопок и тут же наполнили под завязку.

— Моя дорогая, вы ведь будете болеть за меня? — целуя руку Мелиссе спросил граф, а затем ловко утащил ее шелковый платок и обмотал вокруг запястья. — На удачу!

Леди воительница растерялась, в кармане у нее не нашлось ни единого лоскутка или ленты. Зато Рустам быстро нашел выход, наклонился к Лауре и снял ленту с ее волос.

— Позвольте позаимствую.

— А я возьму на себя роль судьи! — предложил староста и никто не стал возражать. Мужчины разошлись в разные стороны.

— Приготовились! И! Вперед!

Джереми схватил стопку и проглотил содержимое одним махом, на миг зажмурил глаза и медленно выдохнул. Его соперник в это время спокойно, словно воду, пил уже вторую стопку. Барлоу схватил сразу две стопки и по очереди влил в себя, а Рустам же, не меняя темпа, пил уже пятую стопку и даже не кривился.

— Пей до дна! Пей до дна! — кричали люди и хлопали в ладоши.

Граф отставал уже на две рюмки.

— Джереми, я в вас верю! — выкрикнула, чтобы поддержать Барлоу, но вышло только хуже бедняга чуть не подавился!

— Пей! Пей! Пей!

— Восемь!

— Девять! — отсчитывал народ.

— Десять! — крикнул староста. — Победил монах Рус. Так давайте же выпьем за смелость! Ура!

Народ заулюлюкал, а Джереми скривился, махом влил в себя последнюю рюмку.

Снова звучит гитарная трель и народ бежит к костру едва успев закусить.

— Могу я пригласить хозяйку моего талисмана?

Лаура оглянулась на свою телохранительницу.

— Простите я не танцую!

— Зато я с удовольствием! — заверила сеньорита воительница, закрывая Лауру от взгляда Рустама. — Идем! Она ухватила его за руку и утащила ближе к костру.

Время потихоньку близилось к ночи. Мои плечи начали мерзнуть, а голова шла кругом от выпитого. Я отставила кружку и решила, что посижу еще пару минут и отправлюсь спать.

— Смотри, — Лаура указала в сторону костра, — что это там за маленькие человечки?

Гляжу в указанном направлении, но голова так кружиться, что я не сразу различаю их. Маленькие карлики, ростом чуть выше колена взрослому человеку. Они мелькали среди людей и тянули руки к Рустаму. Длинные такие руки.

— Погодите-ка? — я тряхнула головой.

Маленький рост, крохотные ножки, кругленькое брюшко, облако пуха на голове непотребного розового цвета. Да это же амуры! Да, на гравюрах их рисуют миленькими, пухлощекими младенцами, а на деле эти фейри выглядят немного иначе. А еще влекут за собой всякие непристойности, много непристойностей. Мне кажется или их тут три? Нет, четыре! Пять! Да, откуда столько-то? Пара амуров на гулянке — не беда, но если их больше трех, то всякие заигрывания с девушками очень быстро перерастают либо в непотребство, либо в мордобой.

Пригляделась, вдруг показалось! Увы, амуров было уже шесть! Проклятье! Одного не пойму, чего ж они исключительно вокруг Рустама крутятся?

И вот один из фейри начал размахивать руками, будто очаровывая кого-то. Хотя почему кого-то, вон та рыженькая, что с кузнецом отплясывала, вдруг резко повернулась всем телом в сторону Конкрадова. А следом еще одна барышня, а на этот раз шатенка.

Ой-йо-йой, а они же сейчас подерутся.

— Кажется скоро станет весело! — прокомментировала Лаура.

А вот я ее мнения не разделяла, нужно разогнать амуров иначе тут такое начнется, что через девять месяцев все село обзаведется малышами.

Поднимаюсь из-за стола…

Нет, покуда я ходить буду этих амуров ее больше станет!

Хватаю со стола вилку и вдруг она выпадает из пальцев прямо под стол!

То, что надо! — наклоняюсь и вот он тот момент, когда меня никто не видит. Быстро-быстро шепчу призыв местного хранителя.

Давешний котяра объявился, как только я умолкла.

— Чего тебе надобно?

— Ты амуров видел?

— Разумеется, я же их в свою вотчину пустил!

— Выпроводил бы ты их от греха подальше, а то ведь после их вмешательства могут и семьи порушиться. Оно тебе надо?

— Дык, я бы и рад, вот только они ж к чародею слетаются. Магия любви в его крови плещется, а спиртус эту плотину тараном сносит.

О каком чародее идет речь, я догадалась сразу — Рустам. Вот ведь тихушник даже словом не обмолвилась о своих скрытых талантах! Зато теперь понятно его желание сохранить трезвую голову. Надо решить, что делать. Если спрятать чародея от фейри, то амуры сами с этого праздника уберутся.

— Скрытника сюда можешь привести? Или хотя бы Наведяйку?

— Им платить придется!

— Зови!

Кот закрыл глаза и замер. Мой медальон на шее похолодел. Поднимаюсь и оглядываюсь по сторонам. Вижу ко мне идет мужчина, не молодой, но и не старый. Не блондин и не шатен. Глаза какого цвета не понять. Одежда на нем обыкновенная, рубаха белая, да жилетка вязаная, а снизу нарядные штаны. Но если присмотреться, рубаха вовсе не из сукна сделана, а из тончайшей паутинки. Жилетка словно из мха вывалянная. Поднимаюсь со скамьи, делаю шаг навстречу фейри.

— Скритник, долгой ночи тебе!

— Светлого дня, воспитанница чародея! — и замер глядя на меня.

Фейри ночи не любят спрашивать зачем их звали, считают якобы такое поведение приравнивает их к слугам. Поэтому разговор всегда нужно начинать первым.

— Хочу попросить об услуге? Интересует?

— Поведай, а я слушаю.

— Видишь, амуры обступили полукровку? Надо его спрятать, так чтобы фейри утратили подпитку от его ауры и ушли.

— Человек волнуется за полукровку?

— Да, а также за всех людей и не совсем людей, которые находятся в селе, — на всякий случай сформулировала именно так, а то мало ли вдруг еще чьи-то предки с кем-нибудь из волшебного народа согрешили. — Платой тебе может послужить бесконтрольная сила, что окружает полукровку.

— Этого мало, — изрек мужчина с цветными глазами.

— Мне больше нечего предложить взамен.

Фейри задумался на миг, а потом выдал:

— Сладость твоего первого поцелуя.

Я опешила, уставилась на фейри даже и глазами хлопаю. Это он меня что ли целовать собрался? Смущение боролось с любопытством, а язык прилип к небу, оттого я никак не могла задать волнующий меня вопрос вслух.

Собеседник, видимо, уловил мое затруднение, прищурился и усмехнулся, когда заметил алые пятна у меня на щеках.

— Нет, целовать я не буду…

Из груди вырвался вздох, то ли облегчения, то ли разочарования, даже сама не смогла бы однозначно ответить на этот вопрос.

Улыбка фейри стала шире.

— Ты — забавная, — прокомментировал он. — Вернемся к сделке. Если согласишься, то во время первого поцелуя ничего не почувствуешь совсем. Поняла? Так каков твой ответ?