Мария Ирисова – Опальная принцесса во дворце (страница 40)
— Благодарю вас, принцесса Вержана, за беспокойство и я с удовольствием осмотрю храм и вознесу благодарность как богам, так и славным предкам…
Странно. Почему он так легко согласился? Улыбка принца сделалась лукавой, меня опалило дурное предчувствие.
— Ваше благочестие согревает сердце, потому я настаиваю, чтобы храм мы осматривали вместе!
Вот обормот наследный! Тут Рустама надо выручать, а он меня к себе привязать собрался. Облизываю губы, смотрю на Агнес, сестра в ярости. Вот бестолковая, я ж ей время даю побыть рядом с принцем, а она сердится! Как же с ними сложно, а? Нет бы как Рустам, пара жестов и все понятно!
— Падре! Я разделяю стремление его Высочества! Всем сердцем и душой, но не хочу вызвать пересуды, ведь принц вошел в храм под руку с моей сестрой! Потому… — складываю ладошки и с надеждой смотрю на священника. — Пока они будут осматривать реликвии. Позвольте помолиться в малом зале? Я так давно не возносила молитву богам!
Да, я ее вообще никогда не возносила и теперь не собираюсь, главное ускользнуть подальше от глаз. Никто ведь не посмеет побеспокоить принцессу во время молитвы. Пока все глаза будут нацелены на принца и Агнес, я с Рустамом быстро проверю, все что потребуется. Отличный же план!
— Конечно дитя, — изрек святой отец и благословил меня знаменем. — Малая капелла Святой Ларры свободна. Никто не потревожит вашу молитву.
Вот даже храм мои начинания поддерживает! Не удержалась и скосила взгляд на принца, на какой-то миг захотелось даже язык ему показать. Чудом удержалась, пришлось взгляд в пол опустить и прошествовать мимо… Только вот на пути знакомые ботинки возникли.
Поднимаю голову принц дорогу заступил. Это еще что за новости? Что он задумал? Хотела оглянуться в сторону Агнес, не успела, Рикардо наклонился так низко, что я оказалась в плену его карих глаз.
— Вы забыли одну маленькую деталь, ваше высочество, — он смотрел так внимательно, что стало не по себе.
— Какую?
— Вы ведь еще не замужем…
Мои щеки вспыхнули румянцем, попутно захотелось стукнуть галисийца! Да, что он себе позволяет? Сжимаю пальцы в кулаки.
— В малый молельный зал нельзя заходить с непокрытой головой! — принц рывком сдернул с шеи белоснежный шелковый платок и тут же шагнул ко мне. Пытаюсь отступить, но карие глаза опять ловят в плен, а потом на грани слышимости звучит: — Замри!
Сама не знаю почему послушалась. Только сердце в груди колотится, будто меня на преступлении словили. Рикардо стоит настолько близко, что я вновь ощущаю его запах. Тот самый флакон, что мы разбили с Мигелем, только звучит мягче и загадочнее.
Принц набросил платок на мои волосы, я думала на этом все, но Рикардо придержал за плечо. Протянул руки и неспешно принялся завязывать концы.
— Ты использовала меня… Публично! Дважды! — голос принца, он скорее угадывается, но в то же время от каждого слова по телу пробегает дрожь. — Ты же не думаешь, что это останется безнаказанным?
Я сглотнула, так хотелось возразить, но нечего, ведь принц был прав и мы оба это знали.
Рикардо медленно и осторожно провел пальцем по моему лбу, поправляя ткань.
— Ты — моя должница! Поняла? И мы вернемся к этому разговору… После прогулки! — пообещал наглец и наконец-то отошел.
Медленно перевожу дыхание. Вроде баламут баламутом, а сейчас так страху нагнал, что ладошки вспотели. Бессовестный! Бросила сердитый взгляд в спину Рикардо, а потом встряхнула головой. Надо сосредоточиться на деле. Где там капелла святой Ларры?
Подошла едва ли не чеканя шаг, потянула дверь на себя. Внутри — никого! Какое облегчение? Так еще и окошко тут имеется. Вот через него и вылезу.
— Тень!
Фейри вот она туточки, на плече скачет и чихать храм вокруг или дворец. Ох, уж эти фейри, мол, говори — где куролесить будем?
— Ах, ты ж моя прелестница. — Протянула руку и почесала помощницу. — Нам предстоит серьезное дело!
Тень сразу ушки навострила и мордочку серьезную сделала.
— Надо найти Рустама…
И тут в окно постучали. Снаружи! Хм?
— Вашество, ты там уже помолилась?
Подхожу к окну, открываю, а Конкрадов уже там. Телепортировался он что ли? Мужчина протягивает руку.
— Дверь не заперта! — говорю ему, а самой жутко, вдруг сюда сейчас войдут.
— Отличный ход с молитвой. Можно хоть полдня в капелле просидеть, никто внутрь не сунется. Давай, вылезай, время поджимает!
Вы лазили когда-нибудь через окна? Я — да. Но не в бальном же платье да еще и с корсетом. Окно в храме узкое, а платье — наоборот. Как же раздражает вот это все принцессовское в такие моменты.
— Сядь на подоконник и повернись спиной! — скомандовал Рустам.
Хорошо что позади высокий забор, а то поползли бы слухи, как священник ворует принцессу. М-да папеньку точно сердечный приступ хватит.
Рустам сноровисто вытащил меня и поставил на землю, честное слово, будто каждый день девиц ворует.
— Уф, — поправила юбку, — рассказывай, что выяснил?
— Аристократы, которых я заподозрил в похищении оказались чисты… М-да, — Рустам скривился, как будто уже успел обобрать их до десятого колена. — Тогда мои помощники начали выискивать свидетелей. Вот тогда кто-то и припомнил закрытую карету священнослужителей…
— Потому ты решил вырядиться в рясу?
— Если бы просто рясу! — Рустам ткнул на какую-то эмблему. — Я к этим… — кивок в сторону храма. — С проверкой приехал.
Вот это размах! Вот это наглость! Центральный столичный храм! Кто их проверять-то может? Но судя по уверенному лицу Конкрадова, кто-то может!
— Полагаю, ты что-то нашел, потому надо содействие Тени?
Рустам глянул на меня искоса.
— Нижний, хотя правильнее сказать подвальный этаж храма, отведен для нужд будущих монахинь. И проверяющих мужского пола туда не пускают ни под каким предлогом. Думаю Лауру держат именно там! Как раз хотел тебе записку черкнуть, но вы с сестрами сами приехали! — Рустам ухмыльнулся и завел меня в храм через неприметную дверь, то ли в сад, то ли еще куда.
Хорошо тут тихо и темно. Никакой свиты и раздражающий карих взглядов в спину. Должна я ему! Наглец! Выскочка! Хватаю Конкрадова за руку и командую.
— Тень! Прикрой! Нас! — а потом вперед с наглостью бронтозавра.
— Стой! — Рустам резко повернул меня лицом к себе. Окинул взглядом. — Ты какая-то взвинченная! Ну-ка глубоко вдохнула! И замерла!
Еще один — раскомандовался!
— Вержик, если нас поймают, твоей репутации — конец, а меня просто обезглавят! — сказано до того спокойно, будто речь о погоде.
Холодок прошелся по спине, аж пальцы заледенели. Все серьезно, не время для шуток! Медленно вдыхаю и выдыхаю. Раздражение от беспардонности принца наконец утихает.
— Молодчина! Горячая голова в нашем деле, плохой советчик. Я иду впереди, а ты молчишь и подчиняешься? Согласна?
Молча киваю.
— Вот и умница! — Рустам поворачивается спиной и ведет в темноту. Впереди доносится шорох, я дергаюсь, но мужчина силком удерживает на месте.
Чужие шаги удаляются. Конкрадов подходит к двери, приоткрывает совсем чуть-чуть, выглядывает. Через секунду вперед выбегает жульчик, скачет по коридору, словно он на арене цирка. Он их что, как осведомителей использует?
Рустам спокойно выходит следом.
Смотрю на мужчину, как он умудряется сохранять спокойствие у меня от каждого шороха душа норовит шлепнуться в пятки, да там и остаться. Мы пересекли коридор, Конкрадов отворил пятую по счету дверь, внутрь первым юркнул жульчик. Но тут же вернулся, обратно. Рустам замер.
Неужели там кто-то есть? Облизываю губы хочется задать вопрос, но меня просили молчать.
Переступаю с ноги на ногу. Чего мы торчим посреди коридора? Рустам крепче сжимает запястье и чуть сильнее приоткрывает дверь. Внутрь проскальзывает целый десяток жульчиков, через минуту доносится грохот и ругательство. Грозное и емкое.
Рустам же спокойно прикрывает дверь, подталкивает меня к стене, а сам замирает рядом и жестом показывает — ни звука!
Не успел он закончить жестикуляцию, как дверь распахнулась, изнутри вывалился здоровенный мужик, эдакая гора в рясе? И это святой отец? Такому самое место вышвыривать забулдыг из таверны. Незнакомец сопит и хмурится. Вижу у него руки в масле и ряса тоже, даже ботинки испачкались. Он там, что лампу на себя перевернул?
Как только здоровяк отдалился, Рустам потащил меня в комнату!
— У нас мало времени! Поторапливаемся!
Впереди лестница и она полностью утопает в полумраке, а я в бальном наряде. Как бы не убиться?
Рустам вытаскивает из-под рубашки кристалл, щелкает по нему пальцем и тот наполняется приятным, теплым светом. Теперь намного лучше. Пятнадцать ступенек и мы внизу. Взгляд утыкается в преграду.
— Решетка? Зачем запирать будущих монахинь?