Мария Ирисова – Опальная принцесса и запретный лес (страница 8)
— А где Тельма? — спросила она, глядя на аристократок. — Ей известно, в каком состоянии моя сестра… Она опять пренебрегает обязанностями?
На девиц смотреть стало страшно. Обе дрожали, теперь у них аж зубы цокали, а взгляды — как у побитых собак.
— Её… её наказали… Плетью…
— По приказу королевы…
Агнес закрыла глаза и мысленно произнесла целую тираду, очень непечатную. Она оставила свиту всего на два часа ради встречи с принцем тет-а-тет, и вот чем всё закончилось, а разгребать бардак, как всегда, ей. Душа съёжилась, новообретённые крылья грозились рассыпаться как битое стекло.
Тьма жадно заулыбалась: «Давай, выпусти меня. Я сейчас же всех накажу и восстановлю порядок. Ты снова будешь на вершине».
Секунда — и взгляд опять метнулся к хрустальному цветку, единственному намёку на существование волшебного мира. Душа дрогнула, захотелось малодушно повернуться ко всем спиной и сбежать обратно к чародею. В тот волшебный дом с туманной крышей, где полно сладостей, а чай настолько душистый и ароматный, что королевский повар обзавидуется.
— Ваше высочество, умоляю… Сделайте что-нибудь!
Вспышка гнева, словно молния, прошила нутро. Кронпринцесса обернулась. Внешне она выглядела как светловолосый ангел, а взгляд — он мог принадлежать бестии из самой преисподней.
— Сделать что-нибудь? — переспросила ледяным тоном, от которого все вокруг поёжились. — Сколько раз я говорила не потакать дурному поведению Марианы? Она же своими руками навредить не может, духу не хватит! Вы все за неё делали, а теперь жаловаться прибежали! Что, страшно стало, да?
Кажется, ещё чуть-чуть — и дворянки просто в обморок рухнут.
— Мы… мы не могли ослушаться приказа…
— Мы не хотели…
— Конечно, своя шкура ближе к телу, — усмехнулась кронпринцесса холодно и жёстко, безо всякой снисходительности. — Выслуживались, потакали. Думаете, я не видела, как вы горделиво по дворцу околачивались, самодовольные от своей безнаказанности! Действительно уверились, что дурное поведение вечно будет с рук сходить?
— Смилуйтесь!
Обе девицы в ноги кронпринцессе кинулись и зарыдали. По-настоящему, без притворства. Слёзы катились по щекам ручьём, размазывая белила.
— Королева собралась начать расследование касательно травли! — воскликнула лохматая дворянка.
— Умоляю, пощадите! — вторила вторая, в драном платье. — Клянусь честью, это в последний раз!
Агнес на миг чуть не задохнулась от негодования. Эти негодяйки явились не потому что за Мари переживают, нет, всё куда хуже.
— Так вот зачем вы прибежали! Переживаете о собственной шкуре. Мари ведь только приказы отдавала… А грязную работу делали — вы… Девушку из Бартол на балконе тоже вы заперли… Не так ли? А водой полить — чья была идея? Мари или… ваша?
— Спасите… Мы для вас что угодно!
— Спасите? — на кронпринцессу сейчас даже смотреть было страшно, она очень напоминала отца, когда тот в гневе. — Вы хоть понимаете, о чём просите? Пойти против королевы? Начать полномасштабную войну в семье ради двух трусих, не способных отвечать за свои поступки?
— Но так ведь и вы… — осмелилась пикнуть взлохмаченная.
— Что я? — Агнес припечатала девицу взглядом. — Я к вашим делам не причастна, тешиться, обижая слабаков, мне без надобности, других дел хватает. Но если король и найдет мои действия неправильными, то я готова к ответу. А теперь — пошли вон! Обе!
Девицы всё ещё глядели на кронпринцессу да с таким недоверием в глазах, будто она на незнакомом языке заговорила.
— Ваше высо… Вы бросите сестру… когда она в таком состоянии?
— Какие нынче нерасторопные барышни во дворце, — прокомментировала Эмбер и вышла вперёд, своей широкой юбкой заслонив просительниц от взгляда кронпринцессы. — Совсем запамятовали, что время Её Высочества стоит дорого. Беспутные! — припечатала она.
Затем вздохнула и протянула Агнес свою хрустальную розу. Кронпринцесса растерялась, даже дыхание затаиля глядя на волшебный цветок. Такой хрупкий, разве она смеет его коснуться? Кажется дворцовая грязь с её рук запятнает совершенство. Волшебство не для неё...
Только Эмбер считала инача, она буквально сунула розу в ладонь кронпринцессы.
— С другой стороны, речь ведь о сестре… — выдохнула едва слышно и повела плечами, а спустя секунду улыбнулась нарочито беззаботно и поглядела за спину Агнес. — Принцесса Люсия, кажется, у Её Высочества Вержаны возникли какие-то трудности с нарядами. Пойдёмте-ка к ней поскорее, а заодно поведайте мне, там за таинственный жених у Лауры Фалькони. Не терпится услышать их романтическую историю! — заявила она, обходя кронпринцессу, будто та не человек, а просто куст какой-то, колючий и бездушный.
Цапнула кудряшку под руку и повела прочь. Даже упрямец Рикардо пошёл следом, а чуть погодя и Найджел присоединился к ним, не говоря уже об истрийцах, которые стояли неподалеку и вежливо не вмешивались в беседу.
Только кронпринцесса замешкалась. С одной стороны, её тянуло назад, туда, где она — властное чудовище, готовое до последнего защищать сестру, а с другой… Сердце просило романтики, хотелось чего-нибудь человечного, а не дворцовой грязи. И куда же податься?
Глава 5. Лес — хитрый и несговорчивый
После моего вопроса, Александр встрепенулся, выровнялся в полный рост и обвёл взглядом сосны с красными иголками, будто надеялся увидеть золотые монеты на ветвях развешенные.
— И зачем тебе сумка? — в голосе любопытство, неужели истрийскому владетелю тоже присуща любовь… к трофеям.
Странное дело, теперь истрийца даже хохот Бугарчика не смущал, князь будто забыл про него.
— Оглянитесь, это же рай для зельевара! — говорю шёпотом, чтобы лес не услышал и добро не попрятал раньше времени.
Мужчина хмурится и явно не понимает, о чём речь.
Вздыхаю и подхожу ближе, аромат шафрана в тот же миг ласково касается обоняния. Можно подумать, я запретную черту пересекла и очутилась во власти дурмана. Серые глаза следят за мной цепко и неотрывно, даже немножечко с любопытством. Правда, у меня от этого мурашки по спине ползут, стараюсь дышать ровно и спокойно.
— Смотрите вправо, — шепчу, — фиолетовые растения видите? Это сладоцвет — редкая штука. Чародеи его используют для чернил… Слева куст с красными ягодами, это живица, одно из лучших лекарственных средств. Добриэль несколько раз пытался их в своём лесу развести, но не прижилось, даже фейри не помогли. А тут на каждом шагу растёт, надо собирать, пока…
Договорить не успела, куст ветки поджал, из земли выполз, а потом рванул, как напуганный заяц, в сторону чащи.
— Куда? Стой! — крикнула ему вслед и юбку подхватила, чтобы догнать. Ага, размечталась, князь меня только цап и к себе прижал, что я носом ему в грудь впечаталась.
— Да, прекратите меня хватать чуть что! — возмутилась, потому как разжать шершавые пальцы на своей талии не получилось. — Он же убегает!
— Не хватало, чтобы и ты следом убежала, — изрёк князь. — Потеряешься чего доброго, и что я потом твоему чародею скажу? Руку давай! — и смотрит требовательно, а там, между прочим, мой куст с полезными ягодами убегает.
— Ваше Величество, я ж тут рядышком… И ловить растения… я умею, — пытаюсь сделать жалобные глаза и наконец выпутаться из крепких рук. — А хотите, уловом поделюсь, а? Могу даже зелий наварить и передать… Да, хоть через Данияра, м?
Думаете, мордень княжеская хоть чуточку понятливее сделать? Ничего подобного, наоборот — брови нахмурил и давай меня пытаться взглядом усовестить.
— Вержана, лес опасен, и нам следует двигаться к выходу!
Упрямо мотаю головой, чтобы я из волшебного леса вышла да с пустыми руками? Не бывать такому! Попыталась снова выпутаться из нежеланных объятий, но куда там, кажется, князь в сотни раз упрямее здешних сосен.
— Пожалуйста, Ваше Величество, обещаю, мы не задержимся! И я буду осторожна. Очень-очень…
Неожиданно пальцы князя легли на мою щеку тёплые и такие шершавые, что я аж поежилась. Ладонь быстренько перебралась на подбородок. И что он делает? Запрокидываю голову и смотрю на мужчину во все глаза, а сердце колотится настороженно.
Он же ничего плохого или неприличного не замыслил? Следом меня пробирает до дрожи, аж дыхание перехватывает.
— Похоже, я тебя пугаю сильнее, чем зачарованный лес, — изрёк Александр и ещё разочек большим пальцем по моей щеке провёл, и рука у него засветилась. Я бы отшатнулась, но князь держал крепко.
— Что вы творите?
— Метка, чтобы ты не потерялась, — пояснил он и выпустил из рук.
Выдыхаю и несколько шагов назад делаю, подальше от шершавых пальцев и сладкого шафрана с еловыми нотками. Только щека после его прикосновения будто огнём пылает. Дотрагиваюсь до кожи, но ничего нового не чувствую.
— Можешь идти собирать, что ты там хотела, — князь опять безукоризненно вежлив, — только давай договоримся.
Не приказывает, а просит, удивительно и немного настораживающе.
— Направление держим строго на восток, — для наглядности он даже пальцем ткнул в нужную сторону, — к выходу из леса. И последнее, ты не отдаляешься больше, чем на двадцать шагов? Идёт?
Предложение звучит неплохо, но кое-что настораживает.
— А если я не соглашусь?
Мужчина пожал могучими плечами и буднично отозвался.
— Тогда я поведу тебя за руку, до самого выхода.
И останусь я с носом, вместо ценных ингредиентов, нет уж, лучше соглашаться на его условия. Хотя нет, тут еще вопросик нарисовался.