Мария Гуцол – О людях, эльфах и волшебных камнях (страница 13)

— Запутаюсь, — согласно кивнула Ирка. Про Толика ей было интереснее, чем про географию. Даже если про его персонажа.

— Суть в том, что наш Келегорм тоже встретил прекрасную Лютиэн и тоже в нее втюрился по самые уши, — к рассказыванию красивых историй у Влада склонность была, но определенно, не сегодня. — Он держал ее взаперти, собирался жениться. Вернее, они на пару с Куруфином, но жениться — только Келегорм. У него была охотничья собака, вернее пес, звали пса Хуан… Только не смейся, кота по кличке Педро у них не было.

— «Хуан» с квенья переводится как «гончая», — Лея улыбнулась и начала осторожно разливать чай в маленькие глиняные кружки. Оттуда-то снаружи шатра донесся смех и женские голоса.

— В общем, этот Хуан, который был волшебным псом, а не просто так, помог Лютиэн бежать, найти Берена, спасти его и вообще. Но потом, как верный… эээ… гончая, он вернулся к хозяину, — Влад подхватил чашку, попытался отпить, обжег губу, фыркнул, смешно сморщив нос. Ирка хихикнула, Лея покачала головой

— В какой-то момент этой печальной истории, — теперь рассказывать пришлось ей, Влад временно выбыл из строя, — Келегорм и Куруфин отыскали Берена и Лютиэн. Келегорм чуть не стоптал его лошадью, Куруфин чуть не пристрелил. Здесь Хуан не выдержал и оставил службу Келегорму, здорово напугав братцев напоследок.

— Во время этой стычки Берен отжал лошадь у кого-то из них, не помню у кого, — Влад, морщась, тронул губу мизинцем и скривился еще сильнее. — А еще доспехи и ножик, которым потом выковырял Сильмарилл.

— У Куруфина, — Лея держала свою чашку в руках, но пить не спешила.

— А почему тогда Толику эту историю вспоминают? — Ирка нахмурила брови. Если говорить честно, она как-то иначе представляла эльфийских принцев и их способы добиваться возлюбленных.

— Ну, на Лютиэн он жениться собирался. Тьфу, то есть не он, а его персонаж. Ну, ты поняла. А по жизни Курво как-то попроще реагирует, чем Толян, его подначивать не так весело. Слушай, а если ты подуешь на ожог, ну как мама в детстве, он перестанет болеть?

— Может, тебя еще и поцеловать? — Ирка нахмурилась сильнее, но больше для вида, сдерживая улыбку.

— Я почистил зубы! — торжественно возвестил Влад, но развить мысль не успел — в шатер заглянула растрепанная Айфе.

— Они тут чаи гоняют, — она жадно принюхалась. — С мяткой. Я к вам приду.

— Все тут будем, — Влад пожал плечами, — в умиральной яме.

— В палатах исцеления! — одернула его Айфе. — Сворачивайте чаепитие, там суп доходит.

19

Проснувшись, Ирка какое-то время бездумно смотрела на подсвеченный солнцем купол палатки над головой. Под боком сопел Влад. Верный своему слову, он отказался вечером даже от глинтвейна, но спать, как убитому, ему эта вынужденная трезвость никак не помешала. Ирка неловко поерзала. Сучок, донимавший ее прошлой ночью, они нашли и выкинули, но спать на земле все равно было жестко и ужасно неудобно.

Снаружи тихо разговаривали. Ира узнала голос Айфе и натянула спальник на голову. Вставать и выбираться наружу из безопасного тепла палатки ей не хотелось.

Вечером снова был костер и песни у костра, и Роланд даже велел прекратить разговоры о том, что их обязательно вынесут вастаки и орки. В общем, было почти хорошо. Единственное, что тревожило Ирку — на следующий день начиналась игра.

Вспомнив об этом, она застонала едва слышно. Тома вчера сказала, что построение, оно же парад команд, назначили на двенадцать. Толик был против, Айфе скривилась и сказала, что раньше двух не будет ничего, Цемент заявил, что он не псих и не пойдет жариться на солнцепеке в железе, а вот лордам в их бархате он искренне сочувствует.

Влад перевернулся на другой бок и захрапел. Ирка попыталась прикрыть ухо локтем, но без особого успеха. Спать ей не хотелось, от лежания на жестком тело затекло. Солнце светило прямо на палатку, обещая нагреть ее в обозримом будущем до состояния духовки. В отдалении неожиданно взвыла бензопила. С решимостью обреченного Ирка поняла, что нужно выбираться наружу.

Колыхались на ветру тканевые стены крепости. Цемент и Роланд растягивали над костровой ямой большой тент, пахло кофе и еще чем-то, то ли сдобным, то ли сладким, но очень домашним, и Ирка поспешила на запах.

Поплутав между загородок и ширм, она вышла вначале к импровизированному тронному залу. Кривоватые лавки тянулись вдоль длинного стола, во главе маячил остов высокого кресла, доделать которое вчера Айфе с Владом не осилили. Их инженерный гений зашел в тупик, наступали сумерки, непрошеные советчики давали непрошеные советы, Айфе заковыристо посылала их, но работа над тронным стулом так и не продвинулась до самой ночи.

— Нихрена мы к полудню не успеем, — сказала упомянутая Айфе. Она сидела на бревне, девушка, которая играла шестого из братьев, расчесывала ей волосы.

— Они тоже, — Роланд сел к костру, улыбнулся Ирке. — Ты вовремя, тут блины дают.

— Тебе с джемом или со сгущенкой? — спросила у Иры женщина с именем Нифредиль на бейджике и ямочками на щеках. Она жарила тонкие блины на маленькой сковородке прямо на газовой горелке, и, кажется, их съедали с такой скоростью, что на общей тарелке они почти не задерживались.

— Надо остальным что-то оставить, — тоскливо сказал Цемент, зачаровано следя, как течет тесто на сковороду. — Когда к нам крепость придут чиповать-то? И оружие?

— Хрен их знает. Я предлагаю заслать кого-то в мастерский лагерь и тащить сюда всех. И вообще, не пора ли нам побудку и завтрак, а не вот это вот вялое шевеление, — Айфе дернулась, но была усажена на место.

— Такое хорошее утро, — сказала девушка, которая расчесывала ей волосы. Ирка смутно помнила, что зовут ее Танита, имя это или прозвище, она так и не поняла. Бейджика с именем персонажа у нее не было. — Давайте без побудки пока. Семь утра всего.

— Я рог привез, — сказал Роланд задумчиво.

— Жопа, — веско сказал Цемент. — Только давай без Ронсеваля, ок? У нас сеттинг другой.

Расшифровку это его заявление отчасти получило где-то часа через пол. Ирка как раз доедала третий блинчик, Маглор снова ставил воду на кофе, у костра появились Толик, печально-растрепанный, и Хельги, злющий и покусанный за ухо залетевшим в палатку комаром. Кому-то нужно было идти за водой и дровами, но не хотелось никому. Дунадан, которого стали называть Дунэделем, отказался от кофе и с лопатой наперевес ушел к крепости. Остальные как-то не спешили собираться к костру или делать что-то полезное, хотя Ира отчетливо слышала приглушенные голоса и шорохи возле палаток.

Роланд задумчиво нахмурился, поковырял палкой в костре, ушел ненадолго, потом вернулся. В руках у него действительно был рог какого-то несчастного копытного, большой, окованный металлом. Роланд поднес рог к губам, и над лагерем поплыл громкий низкий звук, что-то вроде гудения пароходной сирены. От неожиданности Ирка ойкнула и запоздало прикрыла уши ладонями. Айфе ругнулась. Палатки отозвались сдавленным криками протеста.

— Круто! — сказала Танита с восторгом. — Мы тоже рог привезли. Можно подавать сигналы друг другу.

Через полчаса лагерь на холме напоминал разворошенный улей. Рубили дрова, ставили воду кипятиться, умывались, спорили о завтраке, ели блины. Хельги торопливо доделывал бармицу шлема, Куруфин пришивал шнурки к поддоспешнику, курносый «близнец» Таниты клеил на стрелы оперения из серебристого строительного скотча. Цемент с руганью закапывал запрещенный правилами «порожек» на крепости, порождение утреннего энтузиазма цементовского же брата.

В этом бедламе Ира как-то пропустила приход Томы и еще одной девушки, которые раздавали какие-то бумажки и ленты. Потом Лея за руку подвела Ирку к ним, заявила, что та будет ее ученицей и ей тоже нужен игровой паспорт сейчас, а то у них палаты исцеления не закончены.

Что такого незаконченного осталось в их шатре, Ира понятия не имела, но честно повторила Томе свои данные и даже умудрилась с первого раза вспомнить, что ее игровое имя Гвирит, и она — из лесных эльфов нандор.

— А что это за ленточки? — спросила у Леи Ирка, когда они отошли в сторону.

— Это лордам и всяким крутым героям, — Лея пожала плечами. — Серебряная — что-то вроде силы духа. Черная — метка Рока нолдор. Она есть у всех наших.

— И что это значит?

Лея задумчиво сорвала травинку, покрутила в пальцах.

— Про Рок нолдор лучше по игре спрашивать, я думаю. Я тебе могу на пальцах объяснить, но так будет интереснее и сильный игровой момент. — Как это?

— Увидишь, — Лея таинственно улыбнулась и потащила Ирку в их лекарский шатер разбираться с правилами по медицине.

20

Чуть позже пришел мастер по боевке. Долго ходил с Лаурэ и Владом вокруг их боевого забора, пока к ним не присоединился Цемент. Полог лекарского шатра был откинут, и Ирка могла во всех подробностях наблюдать за их жестикуляцией и выражением лиц. Потом они скрылись где-то в глубине лагеря, а в шатер пришла Турвен, она же Турвендэ.

Ира глянула на ее платье и с трудом подавила мучительный вздох зависти. То, которое одолжила ей Катя, со всеми его летящими рукавами как-то разом показалось ей невзрачным в сравнении с этим расшитым великолепием. Металлизированная серебристая нить вышивки блестела на солнце, переливался перламутровый бисер.

— Очень красиво, — сказала Лея.