Мария Громкова – Бюро ритуальных услуг (страница 1)
Мария Громкова
Бюро ритуальных услуг
Екатерина Рябцева. Шоковая терапия
Ба-бах!
В аудитории на секунду воцарилась зловещая тишина. Студенты, тесно обступившие сдвинутые к центру лабораторные столы, недоумённо обернулись. Алёна лежала неподвижно, разметав пушистые русые кудри по старому паркету и раскинув безвольно руки. Лицо её не сильно отличалось по цвету от лабораторного халата, отчего на вздёрнутом маленьком носике отчётливо проступили веснушки.
— Дверь закрыли! Живо! — сквозь зубы процедила преподавательница. — Не хватало ещё лишних глаз. Виктория, нашатырь в подсобке. Остальные — повернулись сюда. Итак, сердце на нашем препарате продолжает сокращаться…
— И что нам с ней делать? — после злополучной пары Алёна ретировалась домой, а её подруги-однокурсницы отправились штурмовать столовую. Саша сердито жевала сосиску в тесте, больше напоминавшую на вкус бумагу. Гранёный стакан с переваренным сладким чаем стоял отвергнутым.
— Ой, не знаю… — протянула Вика. — Всего лишь лягушка! Что с ней будет, когда мы на крыс перейдём? — она лихо разделывала вилкой котлету, невзирая на твёрдую пережаренную корочку. Когда-то Вика хотела поступать на медицинский, но почему-то остановилась на классическом биофаке.
— Я ещё понимаю: формалина нанюхаться или если б кровомясище какое. А тут — просто лягушка. В ней и крови-то толком нет…
— Вот-вот. Надо что-то делать с нашей Алёнкой, а то Кристина Михайловна вообще перестанет её на пары пускать, — Виктория уже закончила препарировать котлету, и теперь запивала пересоленный фарш раскалённым чаем, даже бровью не ведя.
— Слушай… — в глазах Александры мелькнул озорной огонёк. — Клин клином же? Может, ей просто нужна шоковая терапия?
— Думаешь? — Вика подняла бровь. — А её не размажет после такого окончательно? А то человеческая психика — штука хрупкая, так-то.
— А мы не будем сразу жёстко макать. Мы какой-то плавный переход сделаем! — Сашка прям загорелась собственной идеей и презрительно отбросила бумажную сосиску. — В анатомичку волочь не надо, можем начать с чего попроще. Например, с кладбища.
— А как это связано?
— Ну не знаю. Смерти ж все боятся. А мы, как истинные люди науки, знаем, что бояться надо живых, а не мёртвых. Кладбище, возможно, самое тихое и безопасное место в городе. Только она об этом не знает. Вот мы ей и покажем. Как там это на психологии объясняли? Рационализируем ситуацию. А где один базовый страх сняли, там и остальные подтянутся, — тут она осеклась под острым взглядом подруги. — Что, думаешь, план — говно?
— Есть немного.
— Но кто мы такие, чтобы не попробовать?
— Смешная ты, Сашка! Но давай. Как минимум — развлечёмся.
— А нам точно туда надо? — дрожащим голосом поинтересовалась Алёна. Подруги буквально тащили её под руки. Она попробовала было сопротивляться, но под напором Сашкиной харизмы и Викиного ледяного взгляда сдалась и теперь просто обречённо канючила.
— Надо-надо! А то Кристиночка тебя точно отчислит, если ещё раз лабораторку запорешь.
Девчонки бодро шагали по сентябрьскому городу, залитому солнечным теплом. Всё-таки бархатный сезон в приморских городах особенно хорош. Пока остальная страна переодевается в куртки и шапки, нежные дети юга продолжают выгуливать босоножки и милые платьица.
Аллея вечнозелёных кипарисов сменилась причудливыми искривлёнными соснами. Ни одной ровной! Хоть что-то да росло вбок, не по сценарию.
Улочка поменяла наклон, став круче и извилистее, пафосные гостиницы сменились скромным частным сектором. Чистенькая асфальтовая дорога с аккуратно покрашенными бордюрами перешла в гравийку, от которой при каждом шаге поднималась белая известковая пыль. Студентки немного замедлились.
— Ну девчонки-и-и-и-и… — предприняла Алёна очередную попытку. Она очень ценила дружбу с этими двумя шумоголовыми, но нынешняя затея не сулила ничего хорошего.
— Да почти пришли! Там вообще не страшно и очень красиво!
— Как на кладбище может быть красиво? — искренне недоумевала пленница. Ей вспоминались ряды покосившихся крестов посреди мрачного елового леса, запах растревоженной мёрзлой земли вперемешку со смолой и причитания убитой горем родни. Бр-р-р-р! Вот зачем портить такое приятное пребывание в дивном южном городе этим ужасом?
— Сама всё скоро увидишь!
Небо постепенно начинало розоветь. Саша сердито прищёлкнула языком. Шли они медленнее, чем хотелось бы. Ну ничего, действительно недалеко.
Ряд сплошных металлических заборов с узорчатой полоской сетки у самой земли сменился наспех сбитыми строительными ограждениями. То тут, то там лежали кучи гравия и песка, а сквозь щели проглядывали замотанные плёнкой паллеты газоблоков. Сашка усмехнулась. Вон, люди строятся на самых подступах к городу мёртвых — и ничего! А эта трепетная лань готова бежать, роняя тапки, от одного упоминания.
Наконец, улица оборвалась, и дорога перешла в тропинку, петляющую между раскрошившимися валунами по выжженной безжалостным южным солнцем траве.
— Нам сюда, — Александра свернула с тропы и лихо перескочила через скалистое нагромождение.
Алёне понадобилось значительно больше усилий и существенная помощь со стороны подруг, чтобы забраться следом. Даже удивительно, как её вообще занесло на полевой факультет? Саша мрачно усмехнулась. Поди пробегись километров двадцать по тростниковым зарослям с тяжеленным рюкзаком и биноклем наперевес, если даже какие-то камушки — уже приключение!
— А где кладбище? — голос Алёнки выдал неподражаемый тональный переход от ужаса до недоумения, переходящего в разочарование.
— Погоди, успеем. Ты лучше посмотри, какой тут вид!
А вид и правда был великолепный. Золотистый диск солнца садился в сизую дымку, подсвечивая её оранжевым. Барашки облаков разбегались в стороны, сияя верхушками. От солнца расходилось несколько чётких геометричных лучей. А море… Густо-синее, почти чёрное у горизонта, оно тонко рябило верхушками волн. Солнечная дорожка тянулась навстречу девушкам, будто приглашая. На удивление ветер не пытался сдуть лицо с черепа, как обычно бывает в таких местах. Лёгкий бриз просто тянул холодком, напоминая, что сентябрь — уже не лето.
— Прям как кожа, — неожиданно произнесла Вика. Остальные удивлённо уставились на неё. — Море. Смотрите, такая же текстура мелкая сетчатая. И даже растяжки есть. Или шрамы, — она показала на участки более тёмной воды.
— Это мы так высоко? — севшим от осознания голосом пролепетала Алёна. Лицо её вытянулось и приобрело подозрительный зеленоватый оттенок.
— Да это не высоко. Там дальше есть лестница, ступеней на восемьсот, к морю. А здесь — поменьше, — буднично отозвалась Александра. Вика тем временем принялась копаться в рюкзаке.
— Держи, — она всучила дрожащей подружке термос и стаканчик. Та поднесла жидкость к носу и отпрянула.
— Фу! Что это?!
— Чай. Из валерианы, боярышника и зверобоя.
— А почему так пахнет?
— Дорогуша, откуда ты там? Из Твери? У вас там тоже валериана растёт. И пахнет ровно так же. Пей давай.
Алёна с отвращением влила в себя травяное пойло. Напиток был горячеват, но под строгим взглядом подруги она продолжила давиться этой дрянью. Впрочем, действительно стало легче. По всему маршруту движения чая начинало разливаться тепло. Оно постепенно разошлось по телу, возвращая жизнь и бодрость. Повеселевшая Алёнка отпила ещё глоток. А не так и отвратительно, если подумать!
Солнце осело быстро, буквально на глазах проваливаясь за горизонт. Зарево ещё какое-то время освещало окружающее пространство, затем чёрная южная ночь опустилась на мир решительно и беспощадно. Александра вздохнула и повела всех дальше, к истинной цели визита.
Тропинка стала прямее, но на ней то и дело попадались камни, да и обрыв опасно приблизился. Море шумело внизу, тасуя гальку, ветер сменил направление и постепенно крепчал. Даже припасённые предусмотрительными южанками кофты не слишком спасали.
Идти в темноте приходилось медленно. Но это ничего. Такие испытания — лёгкая репетиция. Биофак — территория сильных. Тут нужно или закалять характер и тушку, или переводиться куда-нибудь на эконом. Сашка презрительно скривилась. Вера в превосходство любимого факультета горела в Сашкиной душе как маяк, освещающий путь. Она с трудом представляла, куда потом идти с этим дипломом, но это было неважно. Главное, что она обожала биологию. Даже не как науку, а как своеобразную субкультуру. Все её знакомые биологи были людьми особой касты. Они цинично шутили, героически двигали науку за гроши и едко плевались в сторону жаждущих богатства и земных благ. Они были атлантами, на чьих плечах…
Резкая боль в ноге вернула Сашку к реальности. Чёрт, голеностоп подвернула. Ладно, это не беда. Она обернулась на подруг: так, обе на месте. Вот и отлично.
Над горами на востоке поднялась луна. Почти полная, только крошечная щербинка отделяла её от идеальной формы. И вот теперь, в этом холодном призрачном свете, тёмные нагромождения камней слева превратились в нестройные ряды памятников. Повыше, пониже, чёрные, серые. С оградками и без. С чахлыми берёзками, которые совершенно не хотели расти нормально на этих засушливых каменистых почвах, и больше напоминали кусты. Со столиками и даже целыми беседками, непонятно зачем поставленными здесь. Хотя сейчас они могут прийтись как раз кстати. Нога неприятно ныла, и Сашка решила немного передохнуть перед дальнейшей экскурсией.