Мария Дубинина – Джулиус и Фелтон (страница 48)

Поздний майский вечер благоухал цветами и морской солью. Ветер стих, облака, разгуливающие по небу утром, разошлись и открыли тонкий серп растущей луны. Я осторожно ступал, стараясь ничем не выдать себя, по пустой улице, преследуя высокую фигуру компаньона, словно герой третьесортного детектива. Свежий бриз с моря приносил приятную прохладу, но я от волнения порядком взмок и начинал потихоньку замерзать. Неожиданно прямо передо мной из-за поворота, взвизгнув тормозами, вылетел автомобиль. Я отпрянул, едва не упав, а когда машина уехала, обнаружил, что объект преследования бесследно исчез. Я прошел немного вперед, потихоньку узнавая места. Здесь начинался Ирландский квартал, где, я уверен, едва ли обрадовались бы чужакам. Я постоял немного в тени магазинной витрины и пошел обратно.

Утром меня мучило чувство вины и запоздалого стыда, от которого спасло своевременное появление нового клиента. Однако смущал тот факт, что сам Джулиус в офисе пока не появлялся.

– Присаживайтесь, – наконец собрался я с духом, смирившись, что придется на сей раз выкручиваться самому. – Хотите чаю?

Молодой человек, представившийся Уилфредом Годфри, высокий и такой худой, что одежда на нем висела, как старый плащ на вешалке, суетливо кивнул и в буквальном смысле рухнул на диванчик как подкошенный. Чашка с наскоро заваренным чаем в его тонких нервных пальцах опасно дрожала. Юноша поставил ее на блюдце, но добился лишь того, что чашечка стала подпрыгивать и звякать донышком о фарфор. Я забрал чай и от греха подальше переставил на стол.

– Что вас привело, мистер Годфри? – со всей возможной любезностью поинтересовался я, понемногу входя в роль, благо удобное кожаное кресло Джулиуса в этом сильно помогло. Посетитель поднял на меня затравленный блеклый взгляд и выдавил:

– Холод. Холод, мистер Фелтон, он повсюду!

– Простите?

– Я говорю, у меня дома холодно. Вы можете помочь?

Я опустился в кресло и неловко развел руками:

– Не думаю, что это относится к нашей специализации… Есть же коммунальные службы…

– Нет, вы не поняли! – Годфри порывисто вскочил с дивана и навис надо мной, упершись руками в стол. – Это не обычный холод. Он исходит из подвала. Ничего не помогает: ни камин, ни батареи. Днем все нормально, но после заката все покрывается инеем. Помогите, пожалуйста!

Уилфред резко выпрямился и сел на свое место, будто в теле закончился завод. Я зябко поежился, не зная, как поступать в таких случаях. В голове вертелись мысли, но ни одна не желала оформляться в связный ответ. Я чувствовал, как кровь приливает к щекам, выдавая мою полную растерянность.

– Мы зайдем к вам сегодня вечером, мистер Годфри, – нарушил тишину уверенный голос компаньона. – В девять вас устроит?

Мы проводили клиента. Я повернулся к устраивающемуся в кресле Джулиусу, собравшись отчитать его, но передумал.

– И? – протянул он, изучая меня с равнодушным видом. Олдридж откинулся на спинку и сложил руки в замок перед грудью. – Вошел в роль сыщика?

– Тебя не было, и я… – я зачем-то принялся оправдываться, но он меня перебил:

– Следил за мной. Безуспешно, как я полагаю.

Меня будто окатило кипятком.

Он все знает.

– Это не… не совсем так. – Оправдания звучали откровенно жалко, и мы оба это понимали. – Я правда не хотел.

Я ожидал любой реакции, от гнева до холодного молчаливого презрения, однако Джулиус хмыкнул и развернул утреннюю газету:

– Я знаю.

Честно признаться, в первую секунду показалось, что слух подвел меня и я услышал лишь то, что желал услышать. А Олдридж преспокойно читал, ничем более не выдавая интереса к теме. Я ждал, не двигаясь с места. Мой компаньон пошевелился, зашуршав хрустящими свежими страницами:

– Если не планируешь садиться, можешь заварить чаю.

Через двадцать минут мы сидели за рабочим столом – он в кресле, я на стуле для посетителей – и пили горячий чай. Само собой, разговор шел о деле мистера Годфри.

– Мы возьмемся за него, – сразу решил Джулиус. У нас не было работы с момента возвращения из Даллфорда, поэтому разумно было принять новый заказ. – Чем скорее, тем лучше. Ты записал адрес?

Я продемонстрировал блокнот, куда вкратце занес всю полезную нам информацию.

– Отлично, – он решительно поставил чашечку на блюдце. – Сегодня вечером посмотрим, что происходит в доме мистера Годфри.

Нужный адрес нашелся не сразу. Улицы в том квартале были узкими и короткими, иногда пересекались друг с другом, и тогда сами жильцы не могли сказать с полной уверенностью, как называется их улица. Дома, в основном двухэтажные, на несколько владельцев, сурово темнели за невысокими коваными заборчиками, насаждений было мало, особенно по сравнению с другими частями Блэкпула, тонущими в майской зелени. Солнце готовилось к закату, тени стали длиннее и темнее, а прохожие и вовсе не попадались. Дом, в котором имел неосторожность жить Уилфред Годфри, на вид мало чем отличался от остальных: такой же двухэтажный, из красного сырого кирпича, от него буквально исходили волны затхлости и плесени. Типовая черная дверь с дверным молоточком была украшена медными циферками: 113. Только мы собрались постучать, как та открылась сама – точнее сказать, ее отворил хозяин.

– Добрый вечер, – вежливо кивнул Джулиус. – Мы не слишком рано?

Разумеется, у него были старинные серебряные часы на цепочке, которые показывали без пяти минут девять, однако вопрос вызвал на усталом худом лице Уилфреда целую гамму сильных чувств, от растерянности до страха.

– Э… да! Да, как раз вовремя, – блеющим голосом ответил молодой человек и посторонился, пропуская нас внутрь. Проходя мимо, я отметил, что на нем теплый свитер ручной вязки со смешными оленями и сверху намотан длинный нелепо-зеленый шарф.

– Холодает, – пояснил Годфри и неловко пожал плечами. Впрочем, скоро я и сам в этом убедился.

– Послушай, это же не нормально, да? – шепнул я Джулиусу, едва мы миновали тесный холл и поднялись по короткой лестнице на жилой этаж. Унылые серо-зеленые обои покрывали пузыри от частого перепада температур, здесь было зябко, почти холодно, и я мог понять Уилфреда, решившего любым способом избавиться от проблемы.

Джулиус проигнорировал вопрос. Сунув руки в карманы плаща, он с любопытством осматривался – холод его вовсе не заботил, ни реальный, ни потусторонний, в чем мне не раз приходилось убеждаться.

– Вы определили источник? – обратился Олдридж к нашему нанимателю. Тот быстро кивнул.

– Это в подвале. Он у нас общий на несколько квартир, но пока других жильцов нет, я пользуюсь им один. Вас проводить?

Мой компаньон задумчиво поджал губы, потом круто развернулся и скрылся в дверном проеме, за которым располагалась следующая комната. Порой он бывал до ужаса беспардонным, зато в этом поведении чувствовался прежний Джулиус, не омраченный непонятной хандрой. Воистину, это дело нам послала сама судьба!

Меж тем стало совсем зябко. К тому моменту, как Олдридж соизволил спуститься вслед за Годфри по шаткой деревянной лестнице в подвал, мои пальцы побелели от холода. В неярком свете одинокой лампочки у самого начала лестницы чуть поблескивали стены, будто на них скопился слой нетающего инея. Притронувшись, я убедился в своей правоте. Чем ниже мы спускались, тем толще становился морозный слой на стенах и меня самого сильнее пробирал холод. С последней ступеньки я сошел изрядно замерзшим. При дыхании с губ срывались облачка пара. И это в середине мая!

– Оставьте нас ненадолго, – велел Джулиус, снимая кожаные перчатки. Я и не заметил, когда он успел их надеть. Шаги Уилфреда отзвучали, наверху закрылась подвальная дверь. Я позволил себе полюбопытствовать:

– Что ты думаешь об этом? Неужели привидения? Я слышал, холод – один из признаков их появления.

– Слышал? – скептически уточнил Джулиус. – Или почерпнул в одном из тех пошлых дамских романчиков, которые зачем-то таскаешь в сумке?

– Они не пошлые! – возразил я, смущенный и раздосадованный тем, как мой компаньон вывернул тему. – Они о любви.

– Лучше бы сходил на свидание. – Олдридж обошел помещение по периметру, больше не отвлекаясь на меня. К слову, подвал имел правильную квадратную форму, насколько можно было судить за нагромождением полупустых полок и ящиков по углам. Годфри явно спускал сюда всякий ненужный хлам, и его накопилось изрядно. Из любопытства я заглянул в одну из коробок и обнаружил там старые книги в потрепанных обложках.

– А вот мистер Годфри не любитель чтения, – громко прокомментировал я увиденное. – Опрометчиво складывать книги в таком сыром месте.

Электричество в подвал подведено не было, и все освещение составлял масляный фонарь, который Джулиус поставил в центре на перевернутый пустой ящик. Отчего-то, глядя на него, стало не по себе. Будто что-то невидимое заползало прямо мне в голову, становилось все холоднее и хотелось спать.

– Займись делом и прощупай стены.

Я вздрогнул, возвращаясь к действительности.

– Стены? Зачем? Мы ищем тайный ход?

Олдридж замер с поднятыми над головой руками.

– Ход? – Его голос прозвучал действительно удивленно. – Вернемся в офис, я лично найду твои романчики и сожгу в камине.

Я понял, что сморозил глупость, и послушно принялся ощупывать ледяные шершавые стены. Не скажу, что это было приятно – пальцы вконец окоченели и почти ничего не чувствовали. В какой-то момент меня точно пронзило насквозь. Я вскрикнул, отшатнувшись от стены, и принялся дуть на окоченевшие руки. Джулиус подскочил и приложил ладони к тому самому месту. А потом, торжествующе улыбнувшись, обратился ко мне: