Мария Доброхотова – Босиком по звёздам (страница 13)

— А ну пошел вон, глупая птица! — она махнула рукой, заставляя Мая отпрыгнуть почти на самый край стола.

— Ну зачем ты так, — с укором сказала Кира и протянула руку, чтобы погладить ворона. К удивлению Риты, он не отпрянул, а вперив презрительный взгляд в неё, позволил коснуться своих перьев, будто демонстрируя, что ей, Рите, такой чести от него не дождаться. — Майтес хороший, Майтес умный.

Рита удивленно вскинула брови.

— Майтес? — ворон никому не называл своего полного имени, обходясь кличкой. А тут надо же, хоть и не показывал, что умеет по-человечески говорить, но представился Майтесом.

— Ну что, какой вопрос задашь картам? — Кира уселась напротив.

Рита сначала хотела спросить о чем-то простом, чтобы испытать карты, потом её стал сжигать интерес о собственной судьбе, сможет ли она купить несчастный амулет и выбраться с земли? Но когда несносная птица снова начала показывать характер, распушив перья, Рита не сдержала мстительный порыв:

— Давай узнаем судьбу Мая!

— Ой, а я не знаю, работают ли карты с птицами…

Бесполезно. Рита уже перемешала их и одну за другой выложила три штуки на шарфик. Пятерка жезлов. Тройка мечей. Влюбленные.

— А теперь… — начала Кира.

Но Рита не дала подруге договорить. Вскинула руку, нахмурилась. Пролистала книжечку, которая прилагалась к картам, но скорее чтобы удостовериться, проверить себя, но большой необходимости в этом не было: символика карт вставала перед глазами ясная, как солнечный день, выпуклая, объемная. Рита видела и труд, заключенный в пяти жезлах, и боль и испытания в пронзенном тремя мечами сердце, и выбор и благословение влюбленных.

— В прошлом изнурительный труд и конфликт, он привел тебя туда, где ты есть, — проговорила она, постукивая ногтем по карте. — Испытание, которое однако не сломило тебя. В настоящем страдание, боль и тяжелые времена, — Рита затихла, посмотрела на Мая. Он ответил молчаливым, неожиданно пронзительным взглядом, а потом взмахнул крыльями и улетел на шкаф. — Смотри, в будущем тебя ждет влюбленность!

— Влюбленные означают трудный выбор, — подсказала Кира. — Но в общем карта позитивная, она означает, что хоть выбор будет сделать сложно, он принесет счастье. Скорее всего.

— Позитивная карта, Май, ты слышишь?! — крикнула Рита, чтобы ворон наверняка услышал, но он молча сидел на шкафу к девушкам хвостом, засунув голову под крыло.

— Да ладно тебе, — Кира погладила её по руке, судорожно сжимавшей карты. — Май хоть и очень умный, но всего лишь ворон. Он ничего не понимает.

Взгляд Риты был тяжелым и очень долгим.

— К сожалению, Кир, он всё прекрасно понимает.

Май на шкафу изо всех сил сжимал клюв и рвушийся из проклятой птичьей глотки клёкот, но терпел и молчал.

***

Алекс пришёл к старому дому на окраине Москвы вечером, когда небо заалело у горизонта, а земля укрылась прозрачными коричневыми сумерками. Дорога до Ритиного дома за последние месяцы стала ему родной и, как он признавался себе наедине, сулила приятные эмоции. Ему нравилось быть рядом с Ритой. Она была хрупкой, миниатюрной и стройной, её неизменно черные кофточки подчеркивали высокую грудь и тонкую талию, и Алексу нравилось на неё смотреть, нравилась её улыбка и тонкий цветочный аромат. Ему казалось, что Рита тянулась к нему, как потерявшийся ребёнок, и спасая её даже от самых незначительных неприятностей, например, от пустого холодильника, он чувствовал себя героем и замирал в предвкушении награды, которая обязательно будет его ждать.

Наблюдая за своими легкими, приятными мыслями, Алекс постучал в дверь. Ответа не было. Его это не встревожило: у Риты нечасто, но бывали клиенты, и она не открывала, занимаясь предсказаниями. Он вышел на улицу, сел на лавку. Вокруг сгущался теплый летний вечер. Мимо ходили стайки подростков, юных, веселых, смеющихся, вышагивали длинноногие девушки в коротких платьицах и бросали на одинокого Алекса игривые взгляды. Он отвечал им сдержанной дружелюбной улыбкой, ожидая, пока выйдет клиент Риты, гадая, кто это будет: суеверная пенсионерка или экзальтированная девушка. Но время шло, а из подъезда выходили только местные жители, которых Алекс уже знал в лицо. Он начал беспокоиться. Вернулся к двери, постучал еще раз, подавил на бесполезный звонок. Тишина. Тогда Алекс вышел из подъезда, обошел дом и, встав на цыпочки и приложив руки к стеклу, вгляделся внутрь.

В комнате было темно. Мрачными силуэтами возвышалась мебель. Белая скатерть на столе расстелилась поверженным призраком. Удалось рассмотреть даже узоры на выцветших обоях, в сумраке напоминавшие ветви засохших деревьев. Тишина. Темнота. Риты нигде не было.

Вдруг темная тень бросилась к окну! С громким стуком врезалась в стекло, забила темными крыльями. Алекс вскрикнул, шагнул назад. Нога подвернулась, и он всем весом упал на тротуар, продолжая ошалело вглядываться в серый прямоугольник окна. Сердце забилось быстро, почти болезненно. Страх сжал горло холодными пальцами. Май! Чертова птица билась в стекло, сдавленно каркая.

Ужас отступил, и Алекс осознал, что сидит на пыльном асфальте, а идущие мимо прохожие с подозрением смотрят на него. На лбу, спине, под мышками выступил пот. Легкая летняя рубашка прилипла к телу. Алекс облизал враз пересохшие губы, поднялся на ноги.

— Май, чертова птица! — процедил он сквозь зубы. Ворон сидел на подоконнике и ковырял шпингалет. Когда Алекс подошёл ближе, ворон справился со своей задачей и теперь смотрел не мигая на него. — Понятно, открывать окна — работа не для тебя.

Он постарался подцепить старую деревянную раму пальцами, но это оказалось не так просто: пальцы соскальзывали, под ногтями оставались кусочки краски. Наконец одна створка поддалась и открылась с тихим скрипом. Ворон каркнул.

— Эй, мужик, ты чего это делаешь? — раздалось сзади.

Алекс обернулся. На тропинке, которая шла позади дома, стояли двое мужчин в спортивных штанах и футболках с животными: у одного медведь, у другого воющий на луну волк.

— Ты это, решил обнести квартиру посреди дня что ли? — спросил один из мужчин и, чуть раздвинув руки в стороны, словно павиан, который старается казаться больше, двинулся к Алексу.

— Нет. Просто девушка не открывает дверь, — попытался объяснить тот.

— А может, девушка просто не хочет тебя, урода, видеть? — усмехнулся второй.

— Молодые люди, — а по сравнению с Алексом они были и правда очень молоды, буквально младенцы, хоть и не знали об этом, — не лезьте, будьте добры. Эта девушка… — он обернулся, чтобы показать внутрь квартиры и увидел Риту на полу. Она лежала на покрывале, раскинув руки, явно без сознания. Вокруг неё белели какие-то прямоугольники. — Черт, Рита!

Крик Алекса не был притворным, в нём смешались удивление и ужас, и мужчины это почувствовали. Они в два прыжка оказались рядом с окном, заглянули внутрь.

— Это чё с твоей девкой, мужик? Скорую нужно вызвать?

— Нет, пока нет.

Алекс поставил руки на подоконник, попытался подтянуться, но у него ничего не получилось. Май каркнул и испуганно вспорхнул на шкаф. Мужчины, не сговариваясь, сцепили руки замком и подставили под ногу Алекса.

— Спасибо, — быстро поблагодарил он и, оттолкнувшись от импровизированной подножки, запрыгнул в окно.

В комнате стояла тишина.

Глава 12, в которой Миетель действует по-другому

Рита лежала на кровати, белая, как мел. Она дышала: Алекс в этом убедился в первые же секунды после того, как оказался в комнате. На черном покрывале, на котором лишилась сознания Рита, были разбросаны карты Таро, и он практически сразу догадался, что произошло.

— Нельзя так, — говорил Алекс, в очередной раз намачивая тряпочку в тазе с холодной водой и раскладывая её на лбу Риты. Капельки воды катились по её вискам и прятались в темных волосах. — Кто за тебя будет соизмерять силы?

Сколько она раскладывала таро раз за разом, задавая вопросы и требуя на них ответы? Алекс не знал, но готов был поспорить, что много, много раз. А таро, и об этом он был осведомлен, требует энергии, забирает её у хозяина. Беспечная девушка слишком много потребовала от карт и не справилась. Алекс присел на корточки рядом с кроватью, оказавшись лицом к лицу с Ритой.

— Давай, дорогая, ты справишься.

Волнение в груди свернулось в склизкий комок и каталось там, вызывая тошноту. Алекс понял, что боится и состояния Риты, и своего бессилия.

Раздался требовательный стук в дверь. Алекс обеспокоенно посмотрел на Риту, будто боялся оставлять её одну, но все-таки вышел в коридор, по пути поддев ногой плед и свернув его, чтобы не было видно карт.

За дверью оказались врачи скорой помощи. Мужчина с чемоданом в руках и девушка с планшетом.

— Вы скорую вызывали?

— Нет, — хмуро ответил Алекс, а сам мысленно помянул двух мужчин, случайных свидетелей его проникновения в квартиру, недобрым словом.

— Подождите, вот у меня записан адрес, — девушка-фельдшер сверилась с документом. — Больная есть?

— Есть, — сдаваясь, выдохнул он. Тревожная мысль не давала покоя: а вдруг с Ритой и правда что-то не так?

— Ну а чего вы мне тогда голову морочите? — строго спросила врач. — Посторонитесь. И чего у вас так темно?

— Боялся потревожить Риту, — соврал Алекс. О свете он даже не подумал. — Она в спальне.

Вспыхнула лампочка, пыльные стеклянные висюльки ухватили свет, размножили его, бросили отблески на стены. Мужчина открыл ящик, девушка сняла тазик с холодной водой со стула и села на него.