Мария Доброхотова – Босиком по звёздам (страница 15)

— Прям умрешь? — спросила Рита.

— Да, и превращусь в мумию в назидание всем отцам-тиранам. Ну пожа-алуйста!

Рита вспомнила утренний расклад и карту, что она вытянула: паж кубков. На ней лихой молодой человек в небесно-голубом камзоле, расшитом лилиями, держал золотой кубок. Эта карта сулила удачу, новый шанс, подарок судьбы, за который не придётся отдавать ничего взамен. Она внимательно посмотрела на солнечную, сияющую Киру и улыбнулась:

— Ладно, давай всем расскажем, что я богиня звезд.

— Богиня звезд! Шикарно, я уже вижу идея для промо. Но сначала тебе нужен образ. Что-то волшебное, но не пахнущее нафталином. Есть идеи?

— Знаешь, в другой жизни у меня была мантия, по которой плыли созвездия и галактики, — Рита прикрыла глаза и будто перенеслась из купающейся в зное Москвы в далекие чертоги, где царил вечный покой и прохлада. — А ещё у меня была шляпа с огромными полями, и на конусе висел фонарь. А еще колокольчик, и его звон прогонял мерзкую тишину. Как же сердился Равновесие, когда слышал его!

Рита осеклась, испугавшись, что сболтнула лишнего, но Кира или не услышала последнюю фразу, или не придала ей значения. Она уже о чём-то размышляла, кусая костяшку большого пальца.

— Шляпа — это здорово, я знаю мастера в Москве, который делает фэнтезийные шляпы. Вести в них прием, конечно, будет очень тяжело, но для фотосессий — то, что надо. А вот мантия — это лишнее, — она поморщилась. — Ты как будто друид. Или Гарри Поттер.

— Кто такая Гарри Поттер? — спросила Рита.

— Ты что, с какой Луны свалилась? — Кира почти подпрыгнула на месте. — Мне кажется, даже отшельники в лесу знают о Гарри Поттере.

— Ну вот я не знаю.

Кира решительно поднялась и засунула ноги в шлёпанцы. Двоё молодых людей отделились от компании, стоящей неподалёку, и подошли к ней. Они были молоды, в руках сжимали банки с газировкой, по алюминиевым бокам которых катились капли, и щеки их раскраснелись от жары и солнца.

— Девушки, мы смотрим на вас и не можем наглядеться. Давайте знакомиться!

Рита растерянно посмотрела на них снизу вверх. Готовая удивляться всему вокруг, даже подтаявшему мороженому, в огромных очках и с волной темных волос, небрежно забранной наверх, она была чудо как очаровательна в тот день и, сама того не замечая, притягивала многие мужские взгляды. И надо было отдать должное смелости тех молодых парней, что решились к ней подойти, но Кира не дала продолжиться знакомству.

— Нет-нет, нам некогда! — она решительно замахала руками.

— Куда же спешат такие очаровательные девушки? — улыбнулся один из парней, томно растягивая слова.

— Эта женщина не смотрела Гарри Поттера, — понизив голос, будто сообщала о страшной тайне, заявила Кира. — Поэтому мы в магазин за тонной сладостей, а потом нас ждёт марафон Поттерианы! Давай, Рит, поднимайся, там восемь фильмов! — поторопила она подругу.

— Мы вам можем составить компанию, — парни переглянулись. — Так вечер будет ещё приятнее.

Кира посмотрела на них, как на идиотов.

— В фильме будет Оливер Вуд, вы ему не конкуренты.

Рита послушно влезла в босоножки. Она не переставала улыбаться, наслаждаясь теплом, беззаботностью и энергией Киры и тем, как вокруг кипела, искрилась жизнь. Могла ли она представить там, в Залах Вечности, насколько сладким окажется её наказание.

— Подожди, — попросила Рита подругу, которая уже потащила её к выходу из парка, и обратилась к самому яркому, общительному из парней: — Знак зодиака — близнецы, да? Завтра будь внимателен, знак будет в Луне, а это всегда болезненные ситуации и обман.

— Пошли, Стасян, чудные какие-то, — сказал второй парень, хлопая Стасяна по плечу. Рита пожала плечами: её дело предупредить, а люди сами решают, что делать дальше с информацией. Она легко подцепила Киру под локоток и направилась к выходу из парка, а Стас еще несколько секунд, смущенный, смотрел ей вслед. Потом покачал головой и тоже вернулся к компании.

Глава 13, в которой Миетель узнает, что скептики всегда возвращаются

Люди любят все контролировать, Рита это прекрасно знала, но больше всего на свете они любят контролировать свою жизнь. И когда та на всех парах летит в адово пекло, когда вокруг творится безумие, а будущее туманно и неопределено — иными словами, в трудные времена, люди жаждут этого с новой, неистовой силой. Социологи им говорят, что таких событий никогда раньше не было, политологи мямлят что-то невразумительное, психологи советуют дышать разными органами попеременно, но никто не дает конкретных планов и гарантий. И тогда человек обращается к эзотерике.

Эзотерика — явление уникальное, она позволяет получить доступ к знаниям — или иллюзиям знаний, — к которым иначе не подберешься. А маги, ведьмы, тарологи, астрологи становятся незаменимыми советчиками. Наблюдая за человечеством с высоты Вечных Залов, Рита, в прошлом Миетель, видела умнейших и достойнейших из людей, которые попадались в эту ловушку иллюзорного контроля над жизнью.

Поэтому Рита не удивилась, когда к ней стали обращаться люди. Кира была чертовски права: в век интернета и коротких видео нужно было заявлять о себе. Говорить, писать, кричать, если потребуется, и тогда тебя услышат.

Подруга организовала для Риты фотосессию, на которую они взяли короткую черную кофточку, юбку-карандаш и шляпу, огромную, с необъятными полями и фонариком из пенопласта, который игриво свисал с проволочного корпуса шляпы. Конечно, головной убор и в подметки не годился тому чуду, что было у неё в Залах Вечности, но он так шёл Рите, что и Кира, и фотограф пришли в восторг.

Теперь эти фотографии украшали и личную группу Риты в социальных сетях, и одностраничный сайт, и рекламу, что всплывала у людей в браузере, если они хоть когда-нибудь интересовались эзотерикой.

— На сегодня всё, — сама себе сказала Рита одним из вечеров, аккуратно собирая колоду таро. Её закрывающей картой была Императрица. Только что ушёл пятый клиент, и с большим количеством желающих Рита просто не справлялась. Она чувствовала себя уставшей, будто бежала несколько километров или разбирала коллекцию оружия бога Войны. Мыло пахло персиком и исходило пышной пеной, и Рита с блаженством смывала с рук следы работы с картами, когда в дверь постучали: звонок она так и не починила.

— Иду!

Наверное, это была Кира. Она приходила почти каждый день, приносила старый ноутбук и новости, показывала графики и рассказывала о новых стратегиях, пока в чайнике распускался чай. Подруга заняла собой всё её свободное время, и Алекс, если и приходил, то чаще всего оставался не удел, молча тянул чай и уходил рано, а потом и вовсе почти перестал приходить. Рита как будто испытывала смутную тревогу по этому поводу, но бешеный ритм, который приобрела её жизнь, сбивал с толку и не давал подумать об этом как следует, и она заталкивала тревогу поглубже, оставляя её на потом.

Когда Рита щелкнула замком и толкнула дверь, она не обнаружила за ней Киры. На пороге стояла невысокая пожилая женщина с воздушными розовыми кудрями на голове и в голубом костюмчике. Руки она сложила на животе и сжимала в них сумочку, и всем своим видом напоминала пожилую напудренную болонку. За женщиной (Алевтиной, вспомнила её имя Рита, одна из первых клиенток) возвышалась молчаливая широкоплечая фигура её сына.

— Рита, добрый вечер, — улыбнулась женщина. — Извините, что я без предупреждения. У вас запись через эти интернеты, а я в них ничего не понимаю. У вас найдется время посмотреть мой гороскоп?

Даже если бы Рита не затаила обиду на этих людей, она слишком устала, чтобы принимать клиентов. Она мечтала о том, как погреет лазанью, которую накануне приготовила Кира, нальет томатный сок и почитает. Рита открыла для себя русскую классику, глубокую, густую, с миллионом оттенков и смыслов и таким восхитительным языком, что от переизбытка чувств иногда хотелось плакать. И вот эта Алевтина появилась на пороге и просит отодвинуть свидание с Чеховым.

— На сегодня приём окончен, если хотите, я поищу для вас место, — устало проговорила Рита и для пущей убедительности потерла лоб.

— Что ты себе… — начал мужчина, но Алевтина остановила рвущиеся с его губ грубости одним движением сухонькой руки.

— Я понимаю. Но мне очень нужно. Правда, — голос женщины стал тихим, сухим, как листья поздней осенью. Она подалась вперед и наверняка бы сжала руки Риты в своих, сморщенных и теплы, но Рита держала их за спиной. — Я умираю.

Алевтина драматически замолчала, а лицо мужчины на короткий момент болезненно скривилось, но он быстро взял себя в руки.

— Я знаю, в чём тут дело, — он на удивление изящным, отточенным движением отогнул полу пиджака и достал портмоне, будто проделывал это десять раз на дню. Он принялся отсчитывать купюры, не доставая их, и пару раз поднял взгляд на Риту, проверяя, достаточно ли? Послышался мерный стук: это Михаил Андреевич спускался со своего второго этажа и стучал тростью по вытертым ступеням.

— Все, хватит, — раздраженно сказала Рита и отступила, выставив беззащитное нутро квартиры напоказ. — Проходите, нечего в подъезде кошельками трясти.

Закрывая дверь, Рита буквально слышала разочарованный вздох Чехова. Всё сложилось один к одному: и жалостливый шорох голоса Алевтины, и её печальный вид, и стук соседской трости. Но главное! Главное, это шорох купюр, которые сулили ещё один шаг к спасению.