Мария Бордюк – Пока горит древний огонь (страница 17)
Его голос прозвучал жестко.
Почти грубо.
Катрин никогда не слышала, чтобы он говорил так с ней.
И почему-то именно это причиняло особенно странную боль.
Она снова поднялась.
Сэмил внимательно наблюдал за ней.
Без сочувствия.
Без мягкости.
Только холодная оценка.
— Еще раз.
Она бросилась вперед слишком резко.
Ошибка.
Сэмил легко ушел в сторону и рукоятью меча ударил ее в бок.
Воздух выбило из легких.
Катрин согнулась от боли.
— Ты дерешься эмоциями, — резко сказал он. — Эмоции убивают быстрее клинка.
Она тяжело дышала, пытаясь выпрямиться.
А перед глазами вдруг вспыхнуло воспоминание.
Тренировочная арена дворца.
Теплый солнечный свет.
Сэмил смеется, помогая ей подняться после неудачного удара.
«Не злись на себя, принцесса. Иначе меч станет тяжелее».
Тогда его голос был мягким.
Сейчас —
нет.
Сэмил смотрел на нее сверху вниз совершенно чужим взглядом.
И Катрин внезапно поняла:
он никогда бы не обращался так с Марией.
Никогда.
Потому что Мария была для него кем-то особенным.
А Катрин —
никем.
Эта мысль болезненно кольнула сердце.
Но одновременно…
почему-то стало легче.
Магия действительно работала.
Он не видел ее.
Совсем.
— Вставай, — снова приказал Сэмил.
Катрин медленно подняла голову.
— Если упадешь в настоящем бою, никто не даст тебе времени пожалеть себя.
Она с трудом поднялась на ноги.
Колени дрожали.
Все тело болело.
Сэмил бросил ей короткий взгляд.
— Уже хочешь сбежать?
Катрин вытерла кровь с разбитой губы и неожиданно усмехнулась.
— Нет.
В его глазах впервые мелькнуло что-то похожее на уважение.
Совсем слабое.
Почти незаметное.
— Хорошо, — тихо сказал он. — Тогда дерись нормально.
Тренировка закончилась только тогда, когда Катрин уже едва держалась на ногах.
Руки дрожали от напряжения.
Ладони были стерты до крови.
Каждый вдох отзывался болью в ребрах.
Сэмил наконец опустил деревянный меч и несколько секунд молча смотрел на нее.
Катрин тяжело дышала, стараясь не показывать слабость.
Хотя внутри все буквально кричало от усталости.
Ветер шевелил влажные от пота пряди волос, выбившиеся из-под капюшона. Где-то неподалеку начинали просыпаться остальные люди из лагеря — слышались голоса, скрип фургонов, ржание лошадей.
Сэмил неожиданно произнес:
— Для человека без подготовки ты упрямая.
Катрин нахмурилась, вытирая кровь с губы.
— Это комплимент?
— Это наблюдение.