Мария Бордюк – Пока горит древний огонь (страница 15)

Никто не смотрел на нее как на принцессу.

Никто не кланялся.

Не следил за каждым словом.

Не ждал идеальной улыбки.

Теперь она была просто одной из многих.

Иногда голодной.

Иногда уставшей.

Иногда напуганной.

Но живой.

По-настоящему живой.

И все же слова о собственной смерти каждый раз оставляли внутри странную пустоту.

Будто она слушала историю о ком-то другом.

— А я слышал, — тихо произнес молодой скрипач, подбрасывая ветку в огонь, — что принцесса сама прыгнула.

Несколько человек перекрестились.

— Не болтай ерунды.

— Да нет же. Люди из дворца говорили, она в последнее время будто сама не своя была.

— Тихая слишком.

— Ага… такие обычно и ломаются первыми.

Катрин медленно сжала кружку.

Где-то глубоко внутри болезненно дрогнуло что-то старое.

Еще не умершее.

Мария.

— Хватит, — неожиданно резко сказала одна из музыкантш. — О мертвых либо хорошо, либо никак.

Наступила короткая тишина.

Потом разговоры постепенно сменились другими темами:

войной,

ценами на зерно,

новыми налогами короны.

А Катрин сидела неподвижно и смотрела в огонь.

Она вдруг поняла:

мир действительно продолжает жить.

Даже после смерти принцесс.

Это открытие оказалось одновременно страшным и странно освобождающим.

В Кристалльграде, наверное, сейчас все еще горят траурные свечи.

Придворные носят темные одежды.

Слуги шепчутся в коридорах.

Но здесь…

здесь людям нужно было думать о другом.

О еде.

О дороге.

О завтрашнем дне.

Они не могли позволить себе долго оплакивать чужую трагедию.

И Катрин впервые увидела, насколько огромен мир за пределами дворца.

На следующий день она ушла вместе с труппой дальше на север.

Дороги становились тяжелее.

Холод — сильнее.

Несколько раз им приходилось ночевать прямо в лесу. Музыканты грелись у костров, пели старые песни и рассказывали истории о чудовищах, живущих в горах Джаретии.

Катрин слушала молча.

Она много молчала теперь.

Но наблюдала —

еще больше.

Училась торговаться на рынках.

Училась спать вполглаза.

Училась замечать опасность раньше, чем та подойдет слишком близко.

И училась драться.

Каждое утро, пока остальные еще спали, она уходила за лагерь с деревянным мечом.

Сначала все было ужасно.

Руки покрывались мозолями.

Плечи горели от боли.

Она падала в грязь чаще, чем попадала по мишени.

Иногда ярость накатывала такой волной, что хотелось швырнуть меч в ближайшее дерево и закричать.

— Тогда еще раз. И на этот раз не думай как принцесса.

Катрин замерла.

Глава 6

Катрин замерла.