Мария Байбакова – Стихия Смерти 2: Безумие короля (страница 8)

Это было странно, как во сне. Балор медленно вспоминал то, что, казалось, давно уже постарался стереть из своей памяти…

– Балор, это… – не узнавая свой голос, начала Кэтрин, отстранившись от него.

Балор кивнул, опустил голову и грустно улыбнулся. Точно так же, как и Велимонт на него – эта девушка была чертовски похожа на Кэтрин. И даже будучи в плену недавно, он слышал какие-то сплетни о том, что она жива, но не мог поверить своим ушам. Но, видимо, все это оказалось правдой.

– Я знаю, кто она, Кэт. Моя маленькая девочка… – Балор не узнавал уже свой голос – столько в нем было боли. – Я сразу узнал тебя. Даже по магии твоей сущности… Мы думали, что ты погибла, Амелия. Видимо, мы выбрали тебе правильных родителей. Они позаботились о тебе как следует.

– Ага, – хмыкнула Амелия, и недовольно добавила: – А потом этот идиот Лу́кас меня обратил в вампира. Какая незадача, – она пожала плечами.

– Твой создатель – Лукас? – насторожился Балор и быстро переглянулся с Лорен, Велимонтом и Кэтрин – те были не менее озадачены, но уже знали.

Амелия виновато вздохнула и опустила голову:

– Да, к сожалению… Но сейчас это наименьшая из наших проблем.

Балор, соглашаясь с ней, кивнул и хмуро поинтересовался:

– Об этом чуть позже. Мне интересно другое – почему ты не нашла нас раньше? Прошла уже тысяча лет…

– Это было очень сложно сделать, – охотно поведала Амелия, – Тысячу лет я была чуть ли не на привязи у Лукаса, я и шагу не могла ступить. Он был для меня кем-то вроде душного и жестокого папашки… Да и сейчас он меня никак в покое не оставит. Мои приемные родители говорили мне, что всей моей семье пришлось нелегко, и скорее всего я уже не встречу их. А примерно полгода назад я узнала, кто моя настоящая семья. Мне пришлось очень постараться, чтобы вас найти. К сожалению, ни Ко́вен, ни оборотни не хотят раскрывать ваших тайн, а моих приемных родителей-магов смерти убил Лукас – так что, и у них я бы не смогла ничего узнать. Оставалось только полагаться на слух и интуицию, и на некоторые слухи вокруг… И вот, наконец, я здесь, с вами. И, кажется, я знаю, где ты был, пап, я что-то слышала об этом.

– Да, – оживилась Лорен, взволнованно взглянув на Балора, – Что же все-таки произошло с тобой? И с твоей ногой…

Только в этот момент все снова заметили его окровавленную ногу, и Кэтрин пришлось моментально взять себя в руки, чтобы совсем не сойти с ума от беспокойства.

Балор поспешно объяснил:

– Я был в плену у оборотней в Петербурге. И видел, что там происходит. Черти что… Все с ума посходили. Кстати, я видел Демонти́на. Он и освободил меня, мне очень повезло. Они меня долго пытали – не понимаю, как я еще остался жив.

– Так что творится во всем мире? Почему так произошло? – обеспокоенно поинтересовался Велимонт, осматривая его раны.

Балор переглянулся с Амелией, но та протянула в его сторону ладонь, дав ему возможность рассказать. Он глубоко вздохнул, окинув всех взглядом:

– Там разыгралась настоящая война. После смерти Арта у всех в Ордене просто крышу сорвало. Распустили его и устроили между собой войну, втянув и Ковен. Теперь любой, кто не вампир – враг вампиров, кто не оборотень – враг оборотней, а если ты из магов – скорее всего, тебя ненавидят все и сразу. И так далее, – он вдруг повернулся к Амелии и подозрительно спросил: – Ты ведь здесь не как вампир? Как наша дочь и его сестра? – Балор кивнул на Велимонта.

– Пап, ты чего, конечно! – возмущенно воскликнула Амелия, – Я просто следовала слухам о том, что мои родители и брат живы и живут на побережье в Ирландии, хотя до этого все было глухо. И я решила разыскать вас. Это все, чего я хотела – война меня вообще не интересует, как и борьба за власть. Мне вообще пришлось незаметно слинять, чтобы не вызвать подозрений, чтобы и до вас не добрались… Такая вот заварушка! Мне самой все это ужасно не нравится.

Велимонт, задумавшись, вернулся к теме оборотней:

– А зачем ты понадобился оборотням?

– Банши, – коротко пояснил Балор, и голос его дрогнул от злости. – Все снова всполошились насчет них – ищут любого, в ком течет чистая кровь банши. Я защищал вас до последнего, дамы. Это касается вас обеих. Наш секрет в безопасности. Только мы сами не в безопасности. Мы не можем больше прятаться здесь.

– Что ты имеешь в виду? – уточнил Велимонт.

Все насторожились и прислушались к каждому слову Балора, от чего он даже почувствовал напряжение в воздухе.

– Мы должны вернуться в Петербург, – помедлив, ответил Балор. – Рано или поздно нас здесь достанут, они даже могли последовать за тобой, – он ободряюще улыбнулся Амелии. – Не волнуйся, ты ни в чем не виновата. Мы безумно рады тебе – мы даже и не думали уже, что когда-нибудь тебя увидим живой… Но мы должны вернуться. К тому же, Демонтин сказал мне, что нашим друзьям нужна наша помощь. А связаться они с нами не могли полгода потому, что весь город магически отрезан от всего мира. Они вообще долгое время думали, что с нами что-то случилось.

– Ясно, – грустно кивнула Лорен, – Я так понимаю, мы понятия не имеем, что нас ждет по прибытию, да?

– Именно, – невесело ответил Балор.

Немного в тумане слушая весь этот разговор, Кэтрин вдруг замахала руками, шугая всех, и воскликнула:

– Ну, все, хватит! Балор, ты идешь со мной – и, хочется тебе или нет, но я сейчас займусь всей той дрянью, которая у тебя на ногах, руках и вообще на всем теле. Не могу я на тебя просто так смотреть. Потом еще успеете наговориться, а сейчас мне нужно тебя подлатать.

Все, кроме Балора, услышав ее, с пониманием поспешили к выходу – на пляж, немного прогуляться и оставить их одних.

Кэтрин, укоризненно мотая головой, осматривала его ногу и без конца охала, еле сдерживая эмоции:

– Ужас… Они намеренно ломали тебе кости? Это бесчеловечно! Я постараюсь хоть как-нибудь все это залечить… И даже не отпирайся…

Балор, подыгрывая ей, согласно кивал, хотя боли он не боялся – да и от раны этой ему, в принципе, ничего не будет. Самое ужасное он уже пережил, и Демонтин все-таки неплохо залечил самые опасные раны, используя запрещенные артефакты.

Он почти ничего не почувствовал, только скривился для вида и благодарно поцеловал любимую жену, усадив ее рядом с собой.

– Сейчас еще пойдем и смоем как следует всю эту кровь, – распорядилась Кэтрин.

– Кэт… – мягко начал Балор, но она его перебила:

– Вот только не надо… Ты же знаешь, как я волнуюсь. А еще я волнуюсь насчет Велимонта… – вспомнила Кэтрин, – Они с Лорен встретили некоего гибрида Матвея во время своего путешествия, и он наговорил им много странного о том, что Велимонта ждет в будущем. Не нравится мне все это…

– Матвей?.. – задумался Балор, пожевав губами, – Кажется, я помню это имя… Он ведь был в кругу приближенных Арта, если я не ошибаюсь. Обучал всех и вечно убирал за Лукасом трупы. Надеюсь, я ошибаюсь, и он ничего с ними не сделал при встрече.

– Сделал. Обездвижил их ненадолго, объяснив это своей искренней недоверчивостью ко всему, что движется, – вздохнула Кэтрин, – Идем в ванную, приведу тебя в порядок. Там и договорим уже…

Ветер за стенами особняка завывал все сильнее, предвещая новый шторм. В гостиной стало совсем тихо, когда все разошлись.

Велимонт, Лорен и Амелия в это время, непринужденно разговаривая, слонялись по окрестностям особняка, а после все же отправились на побережье наблюдать закат. Все вокруг уже окрасилось в желтый и ярко-оранжевый цвета. Они нашли удобное местечко на песке и уселись там, наблюдая за горизонтом.

– Кстати, – Амелия подмигнула Велимонту, – В Питере я познакомлю тебя с твоим двоюродным братом. Твоя семья на самом деле больше, чем ты думаешь.

– И откуда у меня, интересно, взялся двоюродный брат? – усмехнулся Велимонт.

– Он – сын нашего «обожаемого» дяди и Ма́ры. Ты ведь помнишь Мару?

– Да уж, – Велимонт многозначительно переглянулся с Лорен, – Мы успели ее узнать. Она спасла мне жизнь чуть меньше года назад.

Лорен молчаливо слушала их разговоры и начинала медленно засыпать, почти в них не участвуя. Она потихоньку замечала, как Велимонт начинает сильно привязываться к сестре, иногда забывая о ней – хотя, сейчас об этом еще рассуждать было рано.

Амелия, кажется, почувствовала ее замешательство и все поняла.

– Пойду-ка я к родителям. Безумно хочу пообщаться с папой. Оставлю вас здесь одних, – она подмигнула и Лорен, встала с песка и, беззаботно шатаясь и танцуя, направилась обратно в особняк.

– Кажется, я понял, – улыбнулся Велимонт, озадаченно смотря ей вслед.

– О чем ты? – пробормотала Лорен.

– Она – великолепная сестра, Лорен. Она сразу заметила, что ты ревнуешь, – тот приобнял любимую, целуя в висок.

– Что?.. Я ревную?.. С чего ты взял? – удивилась девушка.

– А с того, что ты забиваешься в угол, как раненная пташка, и молчишь, обиженно поглядывая на нас.

– Не правда, – буркнула Лорен.

– Правда, правда, – усмехнулся Велимонт, гладя ее волосы.

– Ну и, что с того даже, если я ревную?

– Ну и зря, Лорен. Уверяю тебя, я никогда ни за что о тебе не забуду.

Лорен нежно уткнулась носом в шею Велимонта и закрыла глаза, будто зверек, спрятавшись в норку:

– А помнишь, как мы последний раз общались с друзьями в прошлом году осенью? Я ужасно по ним соскучилась.

Велимонт тяжело вздохнул, кивая ей:

– Артур давно бы уже со мной связался, что-то явно не так.