Мария Артемьева – Избранные. Космохоррор (страница 28)

Хазанович разбил отряд на пары. Геолог Курсин и Бад, молекулярный физик, двинулись в обход хребта, огибавшего плато, на которое приземлился челнок; микробиолог Рубен и Хазанович решили спуститься в ущелье; а Герберт, химик по специальности, и Антон, бортовой врач, намеревались подняться по склону, чтобы обследовать горный хребет.

Антон, правда, считал, что следует идти одной группой, поскольку при ином раскладе он не смог бы оказать медицинскую помощь каждому, но Хазанович рассудил иначе.

Курсин шагал впереди, высматривая расщелины или скважины, через которые метан мог вырываться на поверхность. Геолог подозревал существование в данной местности не видимого из космоса каньона протяженностью в несколько километров. Возможно, он располагался таким образом, что сверху его прикрывали нависающие скалы.

Учёные шли около часа, когда Курсин заметил по левую руку ряд примерно одинаковых уступов, ведущих к вертикальному отверстию в поверхности хребта. Пласты горной породы расположились амфитеатром и напоминали огромное крыльцо.

— Смотри, — сказал Курсин, останавливаясь. — Пещера.

Физик задрал голову и несколько секунд рассматривал отверстие.

— Хочешь туда подняться? — спросил он. — Думаешь, это место выхода метана?

— Вполне возможно. Я, правда, рассчитывал обнаружить нечто более масштабное. Но глупо игнорировать трещину такого размера.

— Я не против. Возможно, в хребте несколько таких образований, и газ вырывается именно через них.

— Значит, решено.

Учёные начали подниматься по уступам. Это отняло у них минут сорок, потому что «ступени», издалека казавшиеся почти одинаковыми, на деле оказались разной высоты, и на некоторые приходилось карабкаться, помогая друг другу, а то и задействуя альпинистское снаряжение.

Наконец, Курсин и Бад достигли входа в пещеру.

— Трещина метров десять высотой, — заметил физик.

Геолог подошёл к скале и провёл по её поверхности рукой.

— Что там? — спросил Бад.

— Не знаю. Посмотри сам.

Физик присоединился к напарнику. Тот показал ему на небольшие углубления в горной породе.

— На что похоже?

— Понятия не имею.

— Отступи на пару шагов и приглядись получше, — посоветовал Курсин.

Физик послушался и некоторое время рассматривал поверхность скалы.

— Какой-то рисунок? — произнёс он неуверенно.

— Напоминает, да?

— Ну, не знаю. Если очень захотеть, то увидеть можно, что угодно.

— Тоже верно.

— Мы идём внутрь?

— Конечно.

Учёные включили фонари и вошли в пещеру.

Пол покрывали камни разных размеров — похоже, потолок и стены осыпались в течение многих сотен, а то и тысяч лет. Идти было трудно: приходилось выбирать место, чтобы поставить ногу. Впрочем, метров через двадцать поверхность стала чище.

— Я сделал замеры, — сказал Бад. — Здесь очень высокое содержание метана и сероводорода. Около семидесяти процентов.

— Похоже, мы на верном пути, — отозвался геолог. — Вероятно, мы обнаружим скважины, ведущие вглубь коры, через которые газ поднимается на поверхность.

Учёные прошли ещё метров пятьдесят и оказались на развилке.

— Куда теперь? — спросил Бад.

— Не важно. Давай направо. Погоди-ка, — Курсин присел на корточки и расчистил небольшой участок пола, сложив камни вдоль стены.

— Опять рисунок? — усмехнулся физик.

— Похоже на то.

— Да ладно? — Бад присоединился к напарнику и увидел, что пол тоннеля покрыт едва заметными линиями, пересекающими друг друга и закручивающимися в спирали. — Это просто результат климатических условий, — сказал он. — Ветер со временем выдувает часть горной породы. Его завихрения образуют подобные… следы.

Курсин осветил одну из самых глубоких линий. В ней блеснуло зеленоватое вещество.

— Я бы сказал, что эти рисунки были вырезаны в камне, а потом в течение многих сотен лет энтропии сгладились.

— Вырезаны? — переспросил физик. — Чем?

Курсин повернулся к напарнику.

— Может быть, кем?

— Хочешь сказать, эти едва заметные разводы оставили инопланетяне?

— Ничего я пока сказать не хочу, — Курсин распрямился и стал изучать стену тоннеля. — Но рисунки надо сфотографировать. Смотри, здесь точно такие же узоры.

— Ничего не вижу! — отозвался Бад с лёгким раздражением. — Я считаю, ты выдаёшь желаемое за действительное. Сколько раз бывало, что находили какое-нибудь сенсационное доказательство существования иной формы жизни, а потом оказывалось…

— Да-да! — перебил его Курсин, доставая маленькую камеру, чтобы сделать снимок. — Но я геолог и способен отличить естественные образования от искусственных.

— Может, пойдём дальше? — насмешливо поинтересовался физик, дождавшись, когда напарник закончит фотографировать.

Через пять минут тоннель привёл учёных в пещеру с высоким ровным потолком и относительно плоским полом — лишь кое-где имелись провалы и трещины.

— Странно, — сказал Курсин, осматриваясь. — Природа не могла такое сделать. У этой полости слишком правильная форма. Да, время многое разрушило, но взгляни хотя бы на потолок.

Бад задрал голову.

— А что с ним не так?

— Когда-то здесь был свод, — Курсин начал показывать и объяснять, убеждая коллегу, что пещера искусственная.

— Ладно, допустим, ты прав. Всё это вырубили в скале инопланетяне, — сдался физик. — Но они явно не появлялись здесь уже давно, так?

— Давно — мягко сказано! — усмехнулся Курсин.

— Честно говоря, гора с плеч.

— Страшновато представить, да?

— Угу.

— Давай осмотрим дальний конец пещеры, а потом поищем рисунки.

Учёные двинулись вперёд, рассеивая тьму фонарями.

— Может, лучше включить приборы ночного видения? — предложил Бад.

Курсин согласился.

Вскоре они увидели что-то вроде вырубленного в полу круглого бассейна. Дно представляло собой паутину из зеленоватых жил, но кто-то постарался обработать камень так, чтобы обнажить их максимальное число. Из-за этого казалось, будто бассейн наполнен зеленоватым веществом.

— Вот это точно не ветер сделал! — заявил Курсин с плохо скрытым торжеством.

Бад промолчал: при виде полусферического углубления его охватил смутная тревога. Захотелось развернуться и немедленно уйти.

Курсин опустился на колени возле самого края бассейна.