Мария Артемьева – Избранные. Космохоррор (страница 30)

Антон мгновенно представил тёмный лабиринт. Картинка получилась жутковатая.

— Хочешь сказать, планета внутри пустая? — спросил он.

— Вовсе нет, — Герберт двинулся дальше, медик последовал за ним. — Просто вполне возможно, что верхние слои коры Теллуса испещрены сетью пещер, заполненных органическим веществом. Пока я не могу сказать, что оно собой представляет, поскольку процесс разложения, видимо, начался довольно давно. Нужно взять пробы в разных местах и найти наиболее свежий образец.

— Но ведь на Теллусе обнаружили зеленоватое вещество, не поддающееся деформации, помнишь? Чтобы его найти, зонды выкопали изрядный карьер. Думаешь, при этом они не наткнулись бы на пещеры?

Герберт снова присел, чтобы наполнить детектор.

— Вещество обнаружили на другой стороне планеты, — ответил он. — Как раз там, где уровень содержания метана ниже всего. И я не говорил, что Теллус весь источен пещерами.

— Понятно, — сказал Антон. — Сообщить остальным, чтобы шли сюда?

— Попробуй, но думаю, стены пещеры не пропустят сигнал, — Герберт прошёл ещё несколько шагов вперёд. — Мы слишком глубоко.

Антон принялся вызывать Хазановича, но химик оказался прав: сигнал экранировался.

— Надо возвращаться, — сказал медик.

— Погоди, — отозвался Герберт откуда-то из темноты. — Кажется, я что-то нашёл.

Химик успел отойти метров на двадцать, так что его фигура была едва различима. Антону пришлось ориентироваться по лучу его фонаря. Он двинулся вперёд, стараясь не поскользнуться. Через несколько шагов медику показалось, что слой вещества под ногами стал толще — кажется, теперь он доходил до щиколоток.

— Ну, где ты застрял?! — нетерпеливо окликнул его Герберт.

— Уже иду, — отозвался Антон. — Слизи многовато.

— Там, где я стою, её почти по пояс.

Медик представил напарника стоящим по пояс в продуктах разложения, и ему сразу расхотелось идти на зов.

— А что ты нашёл? — спросил он, чувствуя, что передвигать ноги становится всё труднее.

— По-моему, здесь какой-то аппарат. Явно искусственного происхождения.

Антон ускорил шаги и теперь рассекал слизь коленями. Отвращение мгновенно улетучилось.

— Причём, самое интересное, — продолжал тем временем химик, — что эта штука, судя по всему, работает!

— На что похожа?

— Выглядит как… гигантский инкубатор.

Антон, наконец, увидел Герберта. Вернее, только его шлем и торс. Остальную часть скафандра скрывала слизь.

Прямо перед химиком возвышалось сооружение, очертания которого тонули в темноте, ибо его размеры явно превышали радиус действия прибора ночного видения.

По форме устройство напоминало полусферу, облепленную множеством горошин диаметром от полутора до двух метров, соединённых между собой короткими перемычками. Посередине сфера имела широкое отверстие, открывавшее вид на прозрачный тоннель, внутри которого медленно двигался конвейер.

Антон глядел на это, как заворожённый. Он словно очутился в чьём-то сюрреалистическом сне.

Химик, заметив напарника, помахал ему рукой.

— Давай ко мне!

Антон протаранил слой разлагающейся органики и оказался рядом с Гербертом.

— Видишь, что он изготавливает? — спросил тот, указывая на конвейер.

— Нет… — только теперь медик заметил на чёрной движущейся дорожке какой-то непонятный предмет.

— Ну?! — поторопил Герберт. — Видишь?

— Да, — ответил Антон. — Что это?

— Эмбрион, конечно, что же ещё?!

Вглядевшись, медик понял, что Герберт прав: скрюченная фигурка отдалённо напоминала человеческую: по одной паре верхних и нижних конечностей, голова, соединённая с туловищем шеей, вертикальный угол лица. Правда, бледная, почти прозрачная кожа с лиловыми разводами и отсутствие рта разрушали сходство с хомо сапиенсами…

— Зародыш! — проговорил Антон, глядя на приближающееся тельце.

В ответ Герберт едва заметно кивнул и двинулся вдоль прозрачного тоннеля, который огибал сферу и терялся в темноте.

— Куда ты? — спросил медик.

— Хочу посмотреть, что происходит с эмбрионом дальше.

Они прошли метров десять и обнаружили, что тоннель разветвляется в пяти направлениях.

— Ага, — сказал Герберт, — значит, инкубатор производит по несколько зародышей, а потом распределяет их по… Впрочем, сейчас увидим.

Антон протянул руку и дотронулся до прозрачной стенки тоннеля. Осторожно нажал.

— Что ты делаешь?! — окликнул его химик. В его голосе прозвучал испуг.

— Стенка мягкая и упругая, — ответил Антон. — Похожа на резину.

— Не трогай ничего!

Медик убрал руку. На перчатке остался серый след, напоминавший пыль.

Учёные включили фонари и, преодолев следующие двадцать метров по пояс в хлипкой жиже, остановились перед небольшим прозрачным куполом.

Его стенки облепляло множество приборов, а внутри виднелся вполне сформировавшийся младенец, по размерам почти не превышающий эмбрион: руки и ноги у него были по-прежнему коротки, но уже не выглядели слабыми — создавалось впечатление, что они обросли вполне крепкими мышцами. Сквозь кожу виднелись органы, вены и артерии, пульсирующие от тока крови.

Голова значительно превышала по размерам туловище и не имела никакой растительности. Лицо представляло собой подобие маски с огромными, прикрытыми сморщенными веками глазами.

К телу в нескольких местах присоединялись электроды, другими концами запаянные в стенки купола.

— Он живой? — спросил Герберт, не отводя взгляда от купола.

— Конечно, — ответил Антон. — Только я не понимаю, зачем инкубатор отправил сюда другой зародыш. Ведь этот купол занят. Разве что перед нами не младенец, а взрослая особь. Но это значит… — медик на секунду замолчал, — …что он сейчас покинет купол!

— Вот эта тварь?! — Герберт невольно отшатнулся. — Она должна вылезти оттуда?!

— Думаю, да.

В этот момент полупрозрачное существо открыло глаза и дважды моргнуло. У него не было зрачков — только белёсые, похожие на бельма, яблоки.

Химик тихо выругался. Они с Антоном замерли, не зная, что предпринять. Наверное, следовало бы дать дёру, но привлекать внимание «новорожденного» не хотелось.

Странное создание пошевелило двумя длинными тонкими пальцами правой руки и повернуло голову. Снова моргнуло.

— Оно вообще видит? — спросил Герберт.

— Откуда мне знать? — отозвался Антон.

Существо задвигало ногами и попыталось встать на четвереньки, но упало. Передние и задние конечности у него были примерно одинаковой длины, в каждой — по три сустава. В области живота пульсировало сердце — сгусток фиолетового и красного цветов.

Приборы вокруг купола пришли в движение. Раздался негромкий чавкающий звук, и сразу вслед за этим от тела существа начали отсоединяться электроды.

— Неужели оно может дышать метаном… — с сомнением проговорил Герберт. — Похоже, мы нашли обитателей Теллуса!

— Очень сомневаюсь, — отозвался Антон. Его охватило неприятное чувство: словно невидимые в темноте стены пещеры ожили и задвигались. — Давай-ка выбираться.

— Погоди! — в голосе химика прозвучало недоумение. — Ты действительно хочешь уйти? Сейчас?!

Антон огляделся.