Мария Акулова – Я тебя отвоюю (страница 39)

— Закрыла? Умница. А теперь слушай меня внимательно. Считай это последним китайским предупреждением. И неважно, что оно же первое. Либо ты сегодня же говоришь Стасу, что уходишь… Ты же, кстати, замуж собиралась? Неужели такая дура, что бросила жениха ради интрижки? Либо пожалеешь.

— И что же ты сделаешь? Раньше только Стасу мозг сношала с утра до ночи, а теперь и мне будешь? — в разговоре с Диной тормоза у Даши отказывали капитально. Куда умнее было ляпнуть что-то нейтральное, собраться, уйти, рассказать обо всем Стасу и, поджав хвост, ждать его реакции, но ее понесло. Дина ударила ее упоминанием о том, как они «смеялись» после ее признания в семнадцать? Даше тоже есть, чем бить.

И явно в цель, ведь Дина в очередной раз позволила себе маленькую слабость — скривилась. Неужели неприятно слышать о том, как эти звонки выглядят со стороны?

— Стас получает от этого удовольствие, идиотка ты. Вот такой он у меня. Любит, когда шкалят эмоции. Я ему это даю. А потом секс знаешь какой? Ммм… Тебе и не снилось.

— Заткнись лучше…

— Что? Правду слушать не хочешь? Тогда продолжим. Ты знаешь, где он был в прошлую субботу?

Даша полоснула по Дине взглядом, ничего не сказав. Умом Красновская понимала, и что Дина сейчас будет врать, и о чем именно будет врать тоже понимала, но… Следующие слова все равно сделали больно.

— Домой заезжал. За вещами. Ну мы и… Было классно. Страстно так… Почему смотришь на меня, как Ленин на буржуазию? Это вообще-то ты любовница, а я жена. Это мне он с тобой изменяет, а ты обижаться права не имеешь. Знала ведь, на что шла…

— Ты же себя унижаешь сейчас… Не меня даже… — Даша тихо сказала. Отчасти потому, что в горле пересохло, отчасти потому, что и эти слова выдавить из себя было сложно.

— Я просто хочу, чтобы ты… Как недоразумение… Убралась из нашей жизни. А мы уж разберемся.

Даша опустила взгляд на белую кружевную скатерть, гипнотизировала ее несколько секунд, собраться пыталась, потом снова посмотрела на Дину.

— Хер тебе, а не Стас, — сказала уверенно, встала, достала из кошелька купюру, засунула под чайное блюдце.

— Пожалеешь ведь, — Дина не пыталась ее остановить. Только смотрела прямо в глаза — будто предупреждающе.

— Смотри, как бы ты не пожалела…

Даша надеялась, что прозвучало именно так, как ей хотелось — убедительно. Потому что, когда она шла прочь из кафе, у самой тряслось все — руки, дыхание, поджилки. В ушах раз за разом «проигрывались» отрывки пережитого только что диалога, спину продолжал жечь недоброжелательный взгляд. Сердце рвалось из груди. А сама она… Так и не поняла, кто вышел победителем в этом, несомненно, только первом раунде борьбы за Стаса.

Глава 25

День был безвозвратно испорчен. Даша вернулась на работу, умудрялась ненадолго сосредоточиться, но стоило дать себе слабину — мысли то и дело сворачивали к стыдному разговору с Диной.

А теперь он казался именно таким — стыдным, грязным, пошлым, недостойным. Дина будто вывернула на голову Даше ведро помоев, навязала свою игру, и теперь… Прямо как в песне — учись обтекать или впитывай.

Пожалуй, лучше чувства Стаса понять Даша не смогла бы. И ведь ему приходится вести такие разговоры на постоянной основе, да и ранят они его намного глубже, потому что для Даши Дина — это враг, подлая стерва, а для Стаса — женщина, которую он долго за что-то очень сильно любил. Сейчас, вероятно, и сам не объяснит — то ли он был слеп, то ли она притворялась, но факт оставался фактом. Дина умела вносить в жизни и мысли нехилый раздрай, сеять зерна гадостных сомнений, когда вроде бы понимаешь, что врала, но то и дело чувствуешь, как больно колет страх…

Дашино дыхание каждый раз прерывалось, когда в голову начинали лезть шальные вопросы.

Стас же не мог смеяться после той ночи, когда Дашка пришла к нему признаваться в любви. Точно не мог. Но откуда Дина-то узнала об этом?

Стас же не мог приезжать к ней, чтобы… Чтобы испытать страсть, которой, возможно, не хватает с Дашей. Они ведь за этот месяц и не поссорились-то толком ни разу. Их жизнь не была пресной, во всяком случае, для Даши, скорее плавно-сладкой, но… Но вдруг ему действительно не хватает эмоций?

Что Дина имела в виду под «пожалеешь» Даша даже думать боялась. Вариантов была масса. И самое страшное, что Волошина вполне могла не ограничиться местью Даше. Есть же еще Артём с Лилей, есть родители… Не имеющие никакого отношения к тому, что делают они со Стасом, но те, кому, возможно, придется нести за это ответственность из-за того, что одна наглая предательница не может смириться, что «хер ей, а не Стас».

Вечером Стас привычно ждал ее на парковке рядом со стоматологией. Стоял у машины, ни о чем не подозревая. Улыбнулся, когда увидел…

А Даша потратила уйму сил, чтобы не «спалиться» сходу. Понимала, что сначала согласившись, а потом сходив на встречу с Диной, сделала то, за что Стас ни в жизни по головке не погладит. И, положа руку на сердце, уже жалела об этом своем опрометчивом поступке, но что сделано — то сделано.

— Привет, — тоже улыбнулась, сама потянулась к губам… С каким-то внезапно возникшим аналитическим рвением пыталась понять — как целует? Формально-ритуально или соскучился? От этих мыслей сразу стало гадко и зло… Оказалось, Дине нужно всего-то забросить наживку, а она сама с радостью подсаживается на крючок сомнений… И тяни, куда хочешь.

— Привет. Ты дергаешься, Даш. Будто каменная.

Стас же… Как всегда, проницательный. Отрывается от ее губ, придерживает за плечи, заглядывает в лицо… Наверняка ведь фиксирует, что Дашин взгляд сначала загорается испугом, а потом и вовсе соскальзывает на третью пуговицу его рубашки, а сама она судорожно сглатывает.

— Все хорошо?

— Да. Хорошо. Просто… День сложный был, устала. Отвезешь в мою квартиру?

Стас еще какое-то время держал ее не то, чтобы в объятьях, скорее просто в своих руках, потом Даша боковым зрением зафиксировала, что кивнул. Сегодня ей впервые хотелось провести вечер не с ним, а наедине с собой. Собраться, разобраться, разбросать всю полученную информацию по логическим корзинкам и потом уже прийти к Стасу с повинной, хотя…

Даша шумно выдохнула, снова поднимая взгляд на Стаса. Дина… Она ведь коварная. Она могла и сама ему позвонить, сказать, что… Да что угодно. Что это Даша вызвала ее на разговор, все перекрутить, переиначить, вывернуть…

— Я виделась с Диной, — чистосердечное слетело с уст моментально. Стас еще улыбался несколько секунд, после чего Даша имела возможность будто в замедленной сьемке следить за тем, как улыбка сползает с его губ, а взгляд сначала зажигается удивлением, потом проблеском страха, после этого — злостью.

— Бл*ть, Дашка. Я же просил.

И самое время прижать уши.

Даша не знала, Стас сознательно проигнорировал ее просьбу или просто забыл о ней, но поехали они не к Красновской, а в сторону его съёмной квартиры. Можно было спросить, но Даша не рискнула. Во-первых, было стыдно, во-вторых…

После короткого «бл*ть, Дашка. Я же просил» Стас не сказал больше ни слова. Открыл ей дверь, дождался, пока сядет, захлопнул с силой. Восприимчивая в тот момент ко всему Даша вздрогнула от звука, а потом обошел машину, стал у багажника, закурил…

Даша то и дело бросала взгляды в зеркало заднего вида, кусая губы следила, как скуривает одну, достает вторую, вытаскивает из кармана телефон… Наверное, хотел набрать, но передумал. Снова спрятал, выбросил второй окурок, обошел машину с водительской стороны, сел за руль.

Не сказал ничего, поехал. И Даша тоже не сказала. Потому что нечего.

Они молча поднялись в квартиру, Стас разулся, пошел в ванную, а Даша замялась на пороге. Впервые с тех пор, как пришла сюда, воспользовавшись доверительно врученными ей ключами.

Стояла, сжимая пальцами клатч… И не знала, что нужно делать в такой ситуации. Подойти с извинениями или ждать… Просто ждать, когда Стас переживет все в себе и первым подойдет с разговором?

— Почему застыла? — он вышел из ванной, глянул на нее все так же серьезно, собрав брови на переносице.

— Я просила отвезти меня к себе… — Даша же снова не выдержала взгляд — опустила свой. Еще днем была такой борзой, воинственной, готовой открыто дерзить Дине, а теперь… Опять чувствовала себя глупо и виновато.

— Черт. Прости, — Стас ругнулся в ответ, потер руками лоб.

— Снова голова болит? — он никогда не жаловался, только таблетки пачками пил, а Даше это было ножом по сердце.

— Пройдет. Отвезти тебя? — Стас отмахнулся, подошел опять, взял с тумбы оставленный там ключ от машины. Не особо-то смотрел на Дашу, явно собирался опять обуться, выйти, так же молча отвезти, куда просила… А потом думать здесь о чем-то своем. Долго и нудно. Куря и хлеща кофе. Обеспечивая себе же очередную бессонную ночь.

— Нет. Прости меня. Пожалуйста, — но Даша меньше всего хотела именно этого. Поэтому выпустила из рук сумочку, которая со стуком шмякнулась о пол, открылась, позволяя разлететься содержимому во все стороны, перехватила Стаса поперек туловища, прижалась лбом к груди, зажмурилась, укрепляя объятья. Стало страшно, что он может злиться настолько, что снимет с себя ее руки, настоит все же на исполнении ее просьбы…

Он же застыл на несколько мгновений, стоял, как истукан, не пытаясь ни поощрить, ни отказать, потом же устало выдохнул, одной рукой прижал к себе, вторую опустил на поникшую голову, провел пару раз по волосам.