Мария Акулова – Мы (не) разводимся (страница 6)

И признаюсь, зная, что не вру.

Паша улыбается. Немного наклоняет голову, щурится.

— И я скучала не только по члену, что бы ты там себе не думал.

Улыбка мужа становится шире. Я тоже улыбаюсь. Он тянет меня ближе, обнимает очень крепко. Я делаю то же самое. Даже не верится, что мы — та же пара, которая несколькими днями назад провально сходила к психотерапевту. Разговор не заладился. Пашка распсиховался. Мы ушли, ни до чего не договорившись.

— В тебе тоже много всякого, по чему можно скучать…

— М-м-м… Дай подумаю… Сиськи?

Я не вижу лица Паши сейчас, но знаю, что улыбается, как пацан. Мой любимый взрослый пацан.

Ерошу волосы влажной ладонью. Зачерпываю пену и размазываю по его спине.

— Охуенные сиськи. Еще задница.

— Вагина?

Снова смеется.

— О да. В нее я и влюбился.

— А говорил, что в глаза… Говнюк.

Вжимаюсь в мужские плечи и резко отталкиваюсь, но не слишком далеко. Просто отрываюсь кожей от кожи и заглядываю в лицо.

Паша не обижается на говнюка. Впрочем, как и я не обижаюсь на влюбленность в вагину. Это тоже следствие счастливо прожитых вместе десяти лет. Мы знаем друг друга до намека на эмоции. И что вкладываем в слова тоже знаем. Позволяем друг другу резкие шуточки. Обожаем их.

— Я скучал по всему, кроме твоего телефона.

На сей раз Паша отвечает уже серьезно. Я улавливаю во взгляде проблеск боли. Она колет в грудной клетке меня, но ответить мне сходу нечего.

Паша устал от моего блога. Я понимаю это. Даже принимаю. Но что мне сделать, если я им по-прежнему горю?

Я пробовала быть просто женой футболиста. Когда он впервые по дико удачному трансферу попал в одну из ведущих команд испанской Примеры, я послушно собрала чемодан, написала заявление по собственному и поехала следом. Для него те годы были лучшими в карьере. Для меня — бездарно потраченными.

Я боюсь повторения. И я не готова снова собой жертвовать. Блог может переехать со мной, конечно. Но это вызовет массу сложностей. А ещё собьет темп развития.

Когда меня спрашивают подписчики, в чем по-моему мнению заключается секрет успешного брака, я говорю, что он в умении договариваться и находить не просто компромиссы, но варианты, позволяющие увеличить пирог. Сейчас я в ступоре. Мне кажется, что мы с Пашей перетягиваем канат, а не ищем.

— У вас появился новый массажист?

На мой вопрос Паша реагирует очевидным удивлением. Вздергивает бровь и немного поворачивает голову. Это не выглядит как признание в измене. Я не вижу ни испуга, ни бегающих глаз. Но тревога не отпускает тут же.

Паша снимает мою руку со своего плеча и тянет к губам. Смотрит на ладошку, целует в центр. Сердце начинает вылетать. Почему не отвечает?

Вода по-прежнему довольно горячая, но по коже ползет озноб.

— Тебя давно интересуют командные массажисты? — муж спрашивает, вскидывая взгляд на мое лицо. Улыбается. Теперь ждет ответа он, а я разрываюсь между желанием оттолкнуть, выскочить из ванны, додумать, обвинить… И желанием просто выяснить.

— Меня интересуешь ты.

Произношу негромко. Паша делает вид, что мой ответ его приятно поражает. Я бы может даже пеной в него брызнула, но тогда точно ничего не узнаю, а мне с каждой секундой всё важнее сделать это.

— Вау, Ник. Просто вау…

— Не ёрничай…

Билецкий подчиняется. Выставляет руку ладонью ко мне на уровне лица. Мол, вас понял. Прекращаю.

— У нас за последний год поменялось три массажиста, Вероника. Три. Почему-то мне кажется, что ты об этом не знала и тебя не интересовало. Что изменилось сейчас?

— Артур сказал, что новая массажист выказывает тебе очевидные знаки внимания.

— Ник…

Вместо прямого ответа Паша хмурится и откидывается обратно на борт ванны.

Я внезапно чувствую себя брошенной. Его руки ложатся на скользкий мрамор, голова склоняется к плечу.

— Ты сама прекрасно знаешь, что у Артура специфический юмор.

Знаю, но это не спасает от ревности.

— А на самом деле?

Паша недолго молчит, скользя взглядом по мне. Лицу. Шее. Открытому декольте и груди. Его взгляд не горит очевидными эмоциями. Сейчас я понятия не имею, что творится в его голове.

Когда взгляд мужа возвращается к глазам, я осознаю, что не дышу.

— Это просто хорошая, старательная девочка. Она очень молодая. Хочет проявить себя наилучшим образом.

Голос Паши звучит уверено и спокойно, но я вообще не успокаиваюсь. В голове уже рисуется образ молодой и старательной. На языке крутится вопрос, когда он успел так хорошо ее узнать. Мне всё это не нравится.

— Ты ей говорил, что женат?

Паша вздыхает и снова тянется ко мне.

— Ник…

Я даю себя обнять. Мужские руки ложатся на лопатки. Я чуть прогибаюсь. Соски касаются груди мужа.

— Не ищи проблему в других. Хорошо?

Плохо. Хочу искать в других. Но прикусываю язык.

— Мне не приходится говорить, что я женат. Об этом знают все.

Это немного упрек, но я на него не реагирую. Подаюсь вперед. Впечатываюсь губами в губы Паши. Мы снова целуемся. Трусь промежностью о возбужденный член. Паша снимает руку с моей спины и направляет его внутрь. Стону, внезапно отчего-то задыхаясь, начинаю двигаться на нем, расплескивая воду по ванной.

Он опять откидывается на борт, я упираюсь в него руками, смотрю в глаза, когда он — блуждает своими по моему телу. Руками тоже.

Сжимает груди, крутит соски, гладит живот, находит клитор. Трет. Я стону в губы и ускоряюсь.

— Сука, почему мы не можем жить, как трахаемся?

Я задаюсь тем же вопросом, что и Паша, но ответа у меня нет. Сейчас вообще есть только желание разогнаться, взлететь и разбиться о землю от оргазма.

После нескольких минут моей самодеятельности Паша вжимается пальцами в мою талию и задает темп, жесткость, глубину. Я не сопротивляюсь, мну его плечи, тая от ощущений.

Кончив, опускаюсь лбом на всё то же плечо. Выравниваю дыхание, после — запрокидываю голову и шепчу в губы:

— Не подпускай её к себе.

— Ник…

Я ждала безоговорочного согласия, Пашка же снова хмурится и увиливает. Мне это не нравится. Очень сильно.

— Ты мне либо доверяешь, либо… Хотя черт… Я забываю вечно, ты же разводишься со мной…

— Пашка…

Не сдержавшись, обнимаю крепко-крепко. Вжимаюсь лицом в шею. Жмурюсь. Слышу тяжелый вздох. Рука мужа снова ложится на спину и гладит.

Может он точно так же, как я хотела бы услышать, что кроме меня он других женщин просто не видит, хотел сейчас услышать извинения за то, что в принципе такое предложила. Но я не готова извиняться. Я ляпнула о разводе не из-за того, что вспылила. Я правда об этом думаю.

И я знаю, что Пашино эго это задело. Но я готова сглаживать углы минетами, а не отказом от слов.