Марина Ясинская – Второе пришествие землян (страница 40)

На удивление, операция по внедрению, как назвал Мелехин процедуру приветствия после возвращения из карантинной каюты, прошла без шероховатостей. Утром он занял свое место за столом под аплодисменты остальных семерых обитателей Синего сегмента отеля. Мелехин встал, раскланялся, он знал, что шотландцу был не чужд артистизм и чувство юмора, а затем показал на горло и просипел что-то вроде «эх, какая досада, придется долечиваться на Земле». Возможно, ему это только показалось, но один из туристов за соседним столом, мистер Отто Клошвиц, директор и совладелец металлургического комбината в Руре, как-то странно посмотрел в его сторону, чуть сощурив глаза. На всякий случай Мелехин решил ему подмигнуть, что могло означать что-то вроде «мы оба знаем эту небольшую тайну». Его он решил взять на заметку. Но сразу после ужина подошла Астра и потащила в медблок, заявив, что персонал заботится о своих клиентах и что трижды в день Грегори Бортвик должен проходить врачебный осмотр.

Затем для туристов был организован показ редкой документальной хроники о полете Гагарина, о запуске первого спутника, о подготовке к первому полету на Луну. Все же первыми, кто сумел составить полный атлас обратной стороны Луны, изучить окололунное пространство, запустить корабль, сумевший облететь Луну и вернуться на Землю, да еще с двумя живыми организмами на борту, степными черепахами, был Советский Союз, который у всех ассоциировался теперь с Россией. Пока туристы с разной степенью увлеченности просматривали хронику, Мелехин, в сопровождении Астры и одного из техников, облазил все закоулки отеля.

– Видите, спрятаться негде! – разводил руками техник. – А всякие потайные зоны – это бред полный. В узких щелях, даже если они где-то есть, человеку не поместиться.

– Мы говорим о цельном теле, а если каким-то образом Грегори был расчленен? Мало ли… Конкуренция. Дискредитация. Представляете, какие броские заголовки тут возможны? «Каннибализм на русской космической станции», «Азиаты, поедающие британского поданного», или что-то в этом роде.

– Тогда должны были остаться какие-то следы, – ни минуты не смущаясь предложенной версии, ответила Астра. – Мы тоже, кстати, подумывали, а что, если туриста нужно искать по частям? Но нет. Никаких следов. Да и чем бы его тут разделывали? Это только в фильмах ужасов легко: разрезать человека на части. Повсюду датчики и видеокамеры. Вы наверняка видели, турист не просто исчез, а умышленно спрятался. Мы просчитывали, можно попасть в мертвые зоны, что он и проделал.

– Можно. Но для чего? Какова цель этого тайного маршрута? Куда он мог пойти? Даже если скрытно, избегая поля зрения камер?

– В том-то и дело. Некуда ему деваться.

– Ну, а какие-то там механизмы, станция вращается, должны быть какие-то гигантские подшипники или что-то вроде?

– Нет никаких подшипников и страшных шестеренок, это вы фильмов насмотрелись. Все механизмы псевдогравитации находятся за пределами обитаемой зоны. Попасть туда можно только после выхода в открытый космос. Есть технический туннель. Он проходит внутри центральной оси станции. Его мы уже осматривали. Люки доступа в рабочие зоны закрыты, сами видели, да и некуда там деваться.

– Ну, а все же? Может, у него имелся помощник? Если бы двое сговорились? Ты лезешь в технический отсек, а я закрываю люк снаружи…

– Проверяли. Чисто в технических отсеках. Никого и нигде.

– Выйти в космос он не мог?

– Полностью исключено! Открыть люк шлюзовой камеры – такое мимо нас не пройдет. Там камера слежения и масс-детектор. Если кто-то подходит к шлюзу, камера включается и фиксирует происходящее.

– Ясно. Что ж. Вам нужен такой же, как я, только более шотландский пассажир? Будем искать, – пошутил Мелехин, хотя ему было совсем не весело.

Не так он представлял командировку на орбиту. Ему казалось, все будет просто. Что экипаж, уставший от однообразия вахт, пропустил какую-то мелкую деталь, и именно он, Мелехин, быстро распутает эту головоломку и найдет останки погибшего туриста. Он с самого начала почему-то уверился, что Грегори Бортвик пожелал закончить свой путь в таком необычном месте, чтобы остаться в памяти как первый человек, совершивший самоубийство на орбите. Но оказалось, что убиваться, да еще так, чтобы никто не заметил и не нашел никаких следов, тут и в самом деле было негде.

На всякий случай он решил еще раз пройтись по тому же маршруту, который персонал станции «Зодиак» проделал уже, быть может, раз двадцать. На то, чтобы обследовать все переходы станции, требовалось не более получаса. Одновременно персонал проверил все жилые каюты. Прошелся. Ничего. Черт! Вслед за недовольством он почувствовал некоторое замешательство. Чудес не бывает! Ну и что, что здесь космос? Версия с инопланетянами даже не рассматривалась. Заявить, что один из космических туристов был похищен инопланетными формами жизни, было все равно что собственноручно прикончить «Зодиак», а вместе с ним и весь гостиничный бизнес, никто из руководства «РосКосмоТура» на это никогда бы не пошел. Уж лучше версия с самоубийством. А улики как-нибудь изобразим сами.

После обеда все повторилось шаг в шаг. И Мелехину стало окончательно ясно, что удачи ждать не придется. Нету. Растворился турист. Но как это доложить на Землю? Лодырев ждал доклада к концу дня. Что он мог сказать генералу?

Во время ужина он пристально всматривался в лица туристов, возможно, даже пристальней, чем это допустимо правилами приличия. Да и черт с ними, с правилами, решил Мелехин. Пусть думают, что хотят, чего взять магнатам с люмпена? Я все же технарь, а не граф, не олигарх. Технарь. Технарь…

Это слово почему-то зацепилось за край сознания и не отпускало. Что же они упускают? Встав из-за стола, вяло изобразив прощание, Мелехин отправился в номер Грегори, то есть в свой номер, где заново принялся перечитывать досье Бортвика, все, что касалось его трудовой деятельности, позволившей ему осуществить мечту – подняться на орбиту. Чем же он так прошиб своих боссов, что те решили скинуться на поездочку стоимостью в пятьдесят миллионов, доставшуюся именно ему, Бортвику? Так, сверхурочные. Ага, лез из кожи, что ж, молодец. Усовершенствование аппарата подачи какой-то там смеси в какую-то там хрень, что повысило уровень выработки… Мелехин знал, что чаще всего дьявол кроется в деталях, и именно такие вот мелочи, как понимание технической стороны деятельности пропавшего инженера, могут послужить ключом к разгадке. Но также он понимал и другое: всему на свете есть простое объяснение, и не стоит плодить сущностей сверх необходимого. Бортвик работал в автоконцерне, в офисе проектирования аппаратов по производству изделий из резины. Жесть! Ничего общего с космосом. Сетевая активность… Тут тоже ноль. Компьютерные игры. Социальные сети, сайты с объявлениями о купле-продаже, спортивные обозрения, интерактивные приложения, стандартный набор. Хакером Грегори не был и взломать систему видеонаблюдений не мог, даже если бы его допустили в технический центр «Зодиака» и там оставили наедине с бортовой аппаратурой отеля. Книги… Фантастика. Фильмы – она же. Бортвик оказался фанатом «Звездных войн» и «Звездного пути». Ну, мотивация понятна. Тот, кому привычно смотреть лишь под ноги, не станет мечтать о полете на орбиту. И вкалывать по три-четыре смены в неделю сверхурочно ради этой самой корпоративной премии. И у тебя это получилось, Грегори! Что же случилось потом? Семьи нет, но встречается с девушкой. Есть фото. Некрасивая. Вместе отдыхали на островах. Обручены. Конфетно-букетный период полным ходом. Не то. На личном фронте все нормально. Мыслей о суициде никогда не допускал. Не был. К психоаналитикам-психиатрам-психологам не обращался. К гадалкам тем более. Тут Мелехин почувствовал укол совести, потому что часто грешил онлайн-гаданиями и прочим фэншуем. Заявление о включении в группу туристов на российскую станцию «Зодиак». Прошу. Обязуюсь. Предупрежден. Ага, вот еще мотив: с детства люблю все фантастическое и все, связанное с космосом, уважаю традиции русской космонавтики, доверяю качеству российского космического оборудования. Очень хочу увидеть звезды и облететь Землю. Вся фраза подчеркнута. И что же? Пришел, увидел, исчез?

На экране загорелся сигнал вызова. Лодырев вышел на связь.

– Что там у тебя? – без предисловий, без вопросов типа «как долетел», в лоб спросил генерал.

– Ничего, товарищ генерал. То есть совсем ничего не понимаю. У человека сбылась мечта жизни. Он поднялся на орбиту. Увидел звезды. Можно сказать, потрогал руками их свет, прокатился вокруг планеты.

– Мелехин, давай без лирики. Никуда он не катался.

– Да это я так, образно, в смысле, что вышел в открытый космос и летал на туристическом боте, он ведь к этому стремился.

– Я понял. Вот только в космос он выходил, тут без обмана, а на прогулочный модуль не попал.

– То есть как это? У него же полный пансион! Фирма оплатила. Поощрение, лучший работник, все такое.

– Да там какая-то неувязка вышла с контрактом. Или же фирма не столь щедрой оказалась, не знаю, в общем, пункт насчет облета ему аннулировали, он даже спорил с персоналом «Зодиака», ему показали копию контракта, и он отстал. В качестве утешительного приза выдали абонемент на четыре дополнительных часа в бассейне. Так что наша совесть, как говорится, чиста. Каждый килограмм на борту челнока – это деньги, Олег, и немалые. Но неважно, ищи дальше, он не иголка. Живым или мертвым, он должен быть на «Зодиаке», и ты мне его обязательно найдешь. Иначе отправлю в Шотландию, играть роль до конца, веришь?