Марина Светлая – The Мечты. Бес и ребро (страница 58)
С этими словами она принялась выбираться из его объятий, чтобы встать. И, кажется, правда не отдавала себе отчет в самом главном, что моментально уловил он, хотя и не подал виду: от «наверное, у нас ничего не получится» они умудрились перейти к следующему этапу, на котором «может быть, и у нас что-то получится». Это ли не блестящая победа воспитательной методики Малича А.Н.?
Ну вы пока решайте ваши вопросы, а потом чаю попьем
Иногда ей казалось, что ее теперь постоянно кормят, и Стеша была уверена, что такими темпами к концу года не влезет ни в одно платье. Андрей смеялся, что она сгоняет съеденное полезными физнагрузками. И речь вовсе не об утреннем плавании в море (что тоже получалось пусть и не каждый день, но регулярно), а о действительно приятном. Однако это не мешало Стефании сокрушаться над очередным ужином после шести, хотя она и понимала: а куда ей теперь носить эти самые платья, о которых переживает?
Вот прямо сейчас она сидит в любимом лиловом сарафане, шелк которого обрисовывает контуры ее тела, а там пока еще есть, что обрисовать. Длинном, по щиколотку, но с открытым верхом, из которого красиво выступает грудь и в котором Стеша чувствует себя особенно хрупкой. В руки ей минуту назад сунули чашку кофе, как оказалось, сладкого. А прямо напротив нее – коробка шоколада, куда то и дело запускает руку Роман Романович.
И это еще не считая угроз Евгении Андреевны, выраженных одной фразой: «Ну вы пока решайте ваши вопросы, а потом чаю попьем. Не мешаю!» На что ей в спину донесся возмущенный голос Моджеевского: «Ты нам не мешаешь!»
Сейчас Роман сидел во главе стола, за которым был развернут штаб троих входящих в него мужчин – воистину штаб спасения. А Стефания – на кожаном кресле. Не поодаль, вплотную. Но все же в дурацкой уверенности, что этак ее отгородили ввиду гендерной принадлежности. Дескать, ты – баба, не мешай. И все это заседание Дивана Высокой Порты, возможно, напоминало бы ей давешний допрос у полковника Трофимцева, если бы не крайне корректный тон Моджеевского и не тот факт, что Андрей поблизости. А вот начбез у главного олигарха города, конечно, был тот еще зверь.
- Когда и где вы последний раз видели Олега Станиславовича? – спрашивал он, прямо как злосчастный следак, а она с готовностью отвечала:
- При расставании. Я тогда съехала к своей невестке, Рите. Он пришел, чтобы поговорить. Мы… я сказала, что хочу забрать из его квартиры, в которой раньше жила, свои вещи. Он не возражал.
- А в той квартире, стало быть, вы потом не виделись.
- Нет, туда Олег не являлся. Я собралась, ушла, ключи оставила консьержу. Больше мы не встречались.
- О его связях и круге общения в последнее время вам было известно что-нибудь?
- Я жила несколько обособленно от него… И почти ни во что не вникала.
- Уверены? – нахмурился Арсен.
- Абсолютно. Нет, он знакомил меня с некоторыми людьми, - Стеша бросила взгляд на Романа, который усмехнулся, внимательно слушая. И чтобы эту усмешку скрыть, торопливо пригубил кофе. Его примеру последовала и Стефания, судорожно пытаясь сообразить, как бы извиниться за дурацкую выходку в Айя-Напе.
А потом добавила:
- Последнее время Олег бывал не в духе… и почти всегда занят. У него… у него даже на меня времени не было, хотя раньше мы проводили вечера и выходные вместе. Он обещал в отпуск поехать… ну вот съездил.
Роман чуть подался вперед:
- Вы знали, из-за чего он был подавлен.
- Ну я бы сказала, из-за того, что я была к нему недостаточно внимательна и, в конце концов, бросила, - хмыкнула Стеша. – Но он… у него на работе были проблемы. И с женой.
- Он говорил, какие именно?
- Может, и говорил, - проворчала она, понимая, что худшее из происходящего заключается в том, что она и не помнит толком ничего об Олеге. Ни-че-го. В эти последние дни с ним Стефания занята была только Андреем. – Может, и говорил, я – не слушала!
- Эдак можно и что-нибудь важное не расслышать, - непроницаемым тоном обронил Арсен, и от этой его непроницаемости она чуть вздрогнула.
- Если ваш Олег был не круглый идиот, то вряд ли он сильно о важном распространялся, - проговорил Малич, задумчиво следя за разговором и черт его знает что пытаясь услышать новое. – А накануне Стеша вообще была на гастролях.
- Да, - подхватила Стефания, слегка оживившись. – Он всегда обо всем исключительно в общих чертах. Особенно в последнее время… даже про… про отпуск. Звал на яхте поплавать, а где и на чьей… Я, в общем-то, о том, что он собрался вашу одолжить, узнала только в Айя-Напе, Роман Романович.
- Угу… одолжил и угробил, засранец. - проворчал Ромка, непонятно кого жалея больше – «Эльдорадо» или Панкратова. – У него проверка была на работе, слыхали?
- Нет.
- Ну вот Гошка… Георгий Леонидович, его партнер, сразу про это вспомнил. Проверку, говорит, устроил ему для красивой жизни, а взрыв – нет. И не скажешь, что несознанка. Честно признал, поссорились, из бизнеса хотел уйти, срались… в смысле, ругались с ним по полной… Но есть нюанс. Два года назад у них все отлично было. А первое покушение уже тогда случилось.
- Ну так то покушение и Стефании на руку, - снова заговорил Андрей. – Ее тогда не было в Солнечногорске. И получается какая-то ерунда. Против нее только чертов перевод. Кстати, а можно узнать, каким образом туда деньги попали, на этот самый ее счет?
- Да нету у меня никакого счета, кроме зарплатного! – буркнула Стефания.
- Фактически получается, что есть… Так можно что-нибудь по нему узнать, Роман?
- Мои специалисты этим занимаются, - кивнул Роман. – Я подключил нужные связи. В полиции тоже шуршат, но они явно настроены на другой результат, чем тот, который нас интересует.
- При желании, и полицию заткнуть можно, - выдал со своего угла стола Арсен. – Притормозить немного, а то больно шустро они за дело взялись. Вам уже предлагали подписывать чистосердечное?
- Конечно, предлагали, но я – кремень! – хмыкнула Адамова.
- Тем лучше. Вашей большой ошибкой была явка в одиночестве. Больше так не делайте. Все вопросы решаются с помощью и при участии адвоката. Как маленькая, ей-богу! Это вам еще повезло, что Трофимцев адекват!
Стешу прямо подбросило на месте от такой характеристики незабвенного подполковника.
- Придурок ваш Трофимцев! Я ему говорю: паспорт, паспорт! А он вообще ничего слушать не хочет!
- Какой паспорт? – переспросил Малич. – Ты не говорила.
- Не до того было. У него паспорта́ … я когда удирала… - сбивчиво начала Стеша и тут же себя одернула, явно надевая маску уравновешенной зрелой женщины. – Черт. По порядку. Нас пригласили в Айя-Напу, на вечеринку какого-то журнала.
- «À propos»! – вставил Роман.
- Да! – снова смутилась она. И, словно оправдываясь, уточнила: - В общем, там мы напились… Перебрали. Оба. Потом поехали домой. Олег отправился в уборную, а я решила, что мне… лучше уйти. Пока он... отсутствовал, полезла в сейф за своими документами. И нашла два паспорта граждан Испании. Я очень спешила, мне хотелось исчезнуть из квартиры до того, как Панкратов явится, и в результате случайно перевернула кучу бумаг, вытряхнула на пол. А там… наши фотографии. Моя – точно как в загране. Его – не знаю. Только имена были не наши, а тоже испанские. Но я не разглядывала никаких реквизитов, ничего. Мне нужно было поскорее уйти.
- Слушайте… - медленно проговорил Андрей, когда она замолчала. – А тело так и не нашли?
- Нет, - мрачно ответил Арсен. – Да, наверное, уже и не найдут. Средиземное, мать его, море. Разве только прибьется. Он далеко от берега отошел.
- А если тела вообще нет. Нечему прибиваться.
- Признают погибшим, захоронят закрытый гроб. Или вообще кремируют. Родственники явно будут добиваться разрешения.
- Нет, вы не поняли, - мотнул головой Андрей. – Тела нет, потому что он – живой.
- Как это живой? – встрепенулся Роман. – Там яхту так разнесло, что даже не все обломки собрали! Арсен!
Коваль утвердительно кивнул.
- Да, там вряд ли кто мог бы уцелеть. Я мотался смотреть.
- Ну так это если быть на яхте, когда рвануло. А если свалить до взрыва…
Моджеевский, видимо, уловив мысль, вскочил из-за стола и подошел к окну, ухватившись за подоконник. Потом выругался. Потом затих. Наблюдавший за его метаниями Арсен все же счел нужным уточнить:
- То есть... вы полагаете, он готовил побег? Заранее?
- Не знаю, - пожал плечами Малич. – Но паспорт же зачем-то сделал.
- Маловероятно, - пробурчал Коваль, однако взгляд его, направленный на Андрея, имел весьма интересное выражение, означавшее, видимо: «А вы к нам в службу безопасности на полставки не хотите?»
- Я думаю, рассмотреть такую возможность надо, - прозвучало от окна. Моджеевский повернулся к присутствующим и проговорил:
- Стефания, вы имена-то хоть помните? Или есть хоть какой-то шанс, что вспомните?
- У меня профессиональная память. А у Олега плохая фантазия, - пожала Стеша плечами, пытаясь казаться спокойной, но возбуждение в ее взгляде сейчас говорило само за себя – даже малейшая вероятность того, что Панкратов жив, автоматически снимало с нее обвинения. Она чуть закусила щеку, чтобы успокоиться, и продолжила. – Я была Эстефани Эррера. Но, думаю, искать человека с таким именем нет смысла, да? Вряд ли этот паспорт теперь может где-то всплыть, я же здесь.