Марина Суржевская – Эхо Равилона (страница 34)

– Да повались ты к червям! – в сердцах выкрикнула я. – Не буду я никуда входить! Сам добывай свой эгрегор!

– Упрямишься? – вскинул он брови. – Забыла, что я могу сделать?

– Да что ты мне сделаешь!

Мадриф схватил меня за руку, посох разлил пятно света – и черный песок исчез, а меня оглушил рев толпы. На миг я ослепла и оглохла, слишком резким оказался переход от песчаной тьмы к бушующей, стонущей, орущей и грохочущей… арене?

Я несколько раз моргнула, осматриваясь. Где это мы?

Однозначно – под землей, где-то глубоко под черными песками. Огромный подземный амфитеатр явно построен давно, еще во времена расцвета Равилона. Свет примитивных вонючих ламп и чадящих факелов озарял огороженную металлическими прутьями площадку, от которой вверх ползли по кругу каменные ступени-сидения. И почти все они были заполнены разгоряченной и признаться – очень дурно пахнущей толпой. Я пробежалась взглядом по тем, кто занимал ближайшие ступени, и скривилась от отвращения. Одни в рванье, другие почти голые, прикрытые лишь тряпками на бедрах, третьи в каких-то жутких кожаных лоскутах, четвертые и вовсе не похожи на людей. Подняла взгляд: выше очевидно располагались более привилегированные места, сидящие там люди кутались в шелка и блестели многочисленными украшениями. Но их суть от этого не менялась. Деструкты. Бандиты всех мастей, головорезы и чудовища. И все они пришли в это странное подземелье, чтобы насладиться кровавым зрелищем.

Толпа снова взревела, вскакивая и оглашая арену воем. Я перевела взгляд вниз и против воли отшатнулась. За частоколом железных прутьев виднелись две фигуры: одна – с зеленоватой пупырчатой кожей, стояла на коленях, низко опустив голову, а вторая – рогатая, огромная и почти нечеловеческая, пристраивалась сзади… Светлый песок под ними заливала темная кровь.

– Это что?..

Толпа снова взревела и захохотала, когда рогатый монстр начал резко и поступательно двигаться.

Он там что же?..

Я попятилась. Со всех сторон выступали жуткие лица и морды, воняло прогорклым жиром факелов, потом, кровью и жареной сколопендрой. Жуткое местечко!

– Зачем мы здесь?

Мадриф, который все это время жадно ловил эмоции на моем лице, усмехнулся.

– Думаешь, я не могу тебя заставить делать то, что мне нужно, Алмаз? Ты сильно ошибаешься.

Он схватил меня за руку и потащил вниз по ступеням. Кто-то оборачивался нам вслед, кто-то кричал скабрезности. Но все расступались, стоило увидеть моего проклятого спутника, похоже, в этой клоаке Мадриф обладал непререкаемым авторитетом.

– Ты что это задумал? – начала я упираться, поняв, что гад тащит меня в самый низ, туда, где прутья расходились грубым входом.

Мадриф, не отвечая, что-то на ходу бросил худому мужику в засаленном кафтане, а потом… решетка распахнулась – и меня втолкнули внутрь! Туда, где был светлый песок арены, пятна крови и запах чужой боли. Рядом упала кривая сабля.

– Ты сдурел? – Я вцепилась в прутья загрождения. – Выпусти меня отсюда!

– С арены нельзя уйти, не сразившись. – Кривая усмешка Мадрифа в свете факелов напоминала оскал. – Ты очень строптива, Алмаз. Но я найду управу и на тебя. Многие пытались перечить мне, но в итоге каждый ломался. Если хочешь выйти оттуда – сразись и победи.

Что?

От желания свернуть чертову придурку шею зачесались руки. Но увы, между нами были толстенные прутья решетки и натянутая железная сеть, за спиной Мадрифа маячили фигуры охранников, закутанные в черные тряпки, а позади меня…

Кстати, а что позади меня?

Я медленно обернулась.

Рогатый монстр, подняв над головой окровавленный топор, как раз уходил с арены – с другой стороны круглой площадки поднялась литая железная дверь. Второго – зеленого – унесли на носилках. Я даже не поняла, какого пола было это существо. Я вообще не желала думать о том, что только что увидела!

– Круг Третий! – взвился над амфитеатром гнусавый голос распорядителя. – Алмаз против Сокрушителя Песков! Делайте ставки, милорды!

Толпа на ступенях зашевелилась, задвигалась, забурлила. По рядам понеслись чумазые мальчишки с вертелами истекающего соком мяса и кувшинами воняющего спиртом горячительного, за ними двигались девушки в шароварах и с оголенными грудями. На шее каждой виднелся ошейник. Рабыни несли подносы, быстро заполняющиеся бумажными огрызками, а то и просто каким-то мусором – деревянными кругляшами, камушками и бусинами. Но судя по улыбкам наложниц, такие подношения их вполне устраивали и имели свой смысл. А я догадалась, что бандиты делают ставки. То есть тут еще и тотализатор? Хотя чему я удивляюсь!

Интересно, и на кого же ставят в Третьем Круге?

Ответ я получила почти сразу. У прутьев решетки остановился толстый, словно раздувшаяся лягушка, мужик, с ног до головы увешанный блестящими побрякушками. На жирных пальцах сияли десятки самоцветов, голову оттягивал высоченный белый тюрбан.

– И что еще за Алмаз? – неожиданно тонким голосом протянул он. – Девчонка? Вот эта? Мастер, верно, издевается над нами? Поставь все на Сокрушителя, Выпь.

Прислужник в сером халате послушно кивнул, но осмелился переспросить:

– Вы уверены, мой пресветлый высокочтимый лорд?

Я едва не прыснула с этого напыщенного обращения.

– Ее привел Мадриф, мне доложили… Не разумнее ли подстраховаться и распределить ваше золото?

Толстяк бросил еще один взгляд сквозь прутья и цокнул языком.

– Вот эта красотка против чемпиона Арены? Да ты сдурел, Выпь! Ты посмотри на нее! Тонкая как прут! Ни мяса, ни силы! Одно лишь смазливое личико да сладкие губки! И как она сражаться будет? Глазки строить и задом вертеть, ха-ха? – толстяк мерзко причмокнул, облизал влажные губы и захохотал. – Жаль, что девчонка сразится не с домом Черепа, у них всегда интересный финал! Ох, я бы посмотрел, как эту милашку поставят на колени, то-то она заголосила бы! Готов поспорить, это были бы сладкие вопли и знатное развлечение для благородных милордов! А Сокрушитель ее просто сожрет, да и все дела. И минуты красотка не продержится. Видали мы таких… И где только Мадриф поймал ее?

– Девушка не похожа на рабыню-кочевницу, – задумчиво глядя на меня, произнес Выпь. – Я не видел таких как она. Ее волосы словно серебро…

– Наверняка осветлили мочой верблюдов, – отмахнулся толстяк. – Все знают, что светловолосые бойцы стоят на Арене дороже. На них лучше видна кровь! Говорю же: девчонка не продержится и пары минут. И зачем только полезла на белый песок? Лучше бы развлекала своего господина телом – прожила бы дольше! Верно, провинилась, вот Мастер ее и…

Толстяк отошел, продолжая бубнить. Выпь все еще смотрел с сомнением, но его господин уже потерял ко мне интерес. Парочка двинулась наверх, к мягким подушкам на высоких местах.

– Третий Круг! – с ударом гонга снова ожил распорядитель. – Алмаз против Сокрушителя Песков из Гнезда! Ставки сделаны! – Еще один удар гонга. – Арена приветствует вас, бойцы! И пусть сильнейший выживет, а кровь проигравшего станет платой червям! К бою!

Трибуны взревели.

Я нервно обернулась, не зная, что делать. Дурная шутка Мадрифа явно затянулась. Или это вовсе не шутка?

– Сокрушитель! Сокрушитель! Сокруууушитель! – скандировали бандиты.

С лязгом дрогнула и поднялась дверь напротив. В черном зеве ворочалось что-то огромное. Я напряглась. Истиннодух и все святые! Что это?

С тихим шелестом на песок выбрался… паук? Огромный, черный, с ужасающе длинными и тонкими лапами, покачивающимся брюшком, на котором краснели пятна, с жуткими выпуклыми глазами и отвратительными жвалами. Монстр величиной с корову миг постоял, словно осматриваясь. «Сокрушитель!» – выли трибуны. Между раздутым брюшком и головогрудью я заметила белую металлическую полосу, что-то вроде… ошейника? Выходит, паук – это тоже чья- то собственность, что-то вроде приручённого питомца-убийцы? Пока я думала, по ошейнику проскочила синяя искра, ударила в брюхо паука, и тот дернулся, а потом яростно клацнул жвалами и выплюнул в меня комок слизи. Я отпрыгнула в последний момент. И тут чудовище бросилось в атаку с такой немыслимой скоростью, что я едва успела откатиться. Вжииик! Железные прутья заскрежетали от удара длинной черной лапы! Каждая паучья конечность заканчивалась чем-то, весьма похожим на остро отточенный клинок!

Я кувыркнулась по песку, вскочила, но монстр уже был совсем рядом. Я увидела фасеточные глаза, в которых не было ни капли разума, лишь обжигающее желание убивать и жрать! Загнутые жвала блестели сочащимися каплями. Одна упала на песок и тот зашипел. Яд? Кислота? Явно то, от чего стоит держать подальше!

Я снова откатилась, когда в меня метнулась лапа, следом полетела новая порция слизи и тянущейся паутины!

Вот же дьявол! Да эта тварь просто спеленает меня как мотылька, а потом подтянет к пасти и сожрет! Теперь понятно, о чем говорил толстяк. Жуткий паук был не только невероятно быстр, но еще ядовит, а также вооружен когтями-клинками! Да это тварь – просто машина для убийств!

Но и я не кочевница, украденная бандитами. Не испуганная девчонка языческого племени и не робкая пленная дева.

Я Кассандра – единственная и неповторимая!

Небрежно брошенная для меня сабля так и осталась лежать на песке.

Шипящий ядовитый сгусток шлепнулся совсем рядом со мной. Сокрушитель и правда быстр. Но я – быстрее. Изогнувшись мостиком, я встала на руки, потом снова на ноги. Разбежалась и, не останавливаясь, взлетела на копья, окружающие арену. И понеслась по ним. Плевки паука теперь летели со скоростью пулеметных снарядов, металл за моей спиной шипел и плавился. Кто-то, сунувшийся слишком близко, даже заорал, получив ожог от кислотных брызг. Но я уже не думала о зрителях. Сила притяжения не владела мною, я неслась по вертикальным прутьям, словно по тропинке в лесу. Паук вертелся, пытаясь уследить за мной, но он был слишком огромен. Я спрыгнула позади него и, кувыркнувшись, пролетела прямо под брюхом Сокрушителя. Сверкающий белый меч вспыхнул в ладонях и прочертил полосу на подбрюшье. Тело монстра тоже оказалось бронебойным, вряд ли я сумела бы ранить его обычным оружием. Жесткий хитин оказался прочнее стали. Но в моих руках было не просто оружие. В них сияло атмэ! Я прокатилась под лапами паука и, легко вскочив, обернулась в тот миг, когда чудовище завизжало. Высокий до невыносимости звук ударил по ушам так, что завопила вся арена. Надутое черное брюхо лопнуло, и из него полилась зловонная слизь.