Марина Серова – Лепестки алой крови (страница 27)

– Новые люди! – Он так же приветливо кивнул мне. Я ответила ему самой обворожительной улыбкой, на какую только была способна.

– Я Татьяна, – представилась я. – А вы?..

– А меня все зовут Жгутом, – проговорил тот. – Настолько приклеилось ко мне это прозвище, что уже не помню собственного имени. Татьяна – прямо как из «Онегина», надо же!

Глупая попытка показать свою начитанность. Я же не полная тезка пушкинской героини, поэтому сия фраза звучит весьма нелепо. Наоборот, у собеседника возникает ощущение, что Жгут ничего, кроме программного письма Татьяны, в жизни не читал. Но вслух я не стала критиковать его слова, только скромно потупила глазки.

– Ну, до Татьяны мне далеко, не хватает Онегина. А вам недостает чудесной девушки из Зазеркалья и Страны Чудес!

Моя колкость оказалась куда изощреннее, однако задела почему-то не Жгута, а Пелимова. Пельмень нахмурился еще больше, но ничего не ответил. Что-то он скрывает, это явно видно. Только что? Придется мне как-то выведать, и чем скорее я это сделаю, тем лучше.

– А, вы про Алису говорите? – дружелюбно уточнил Жгут. – Вы с ней знакомы?

– Да, я ее хорошо знаю, – кивнула я. – Только в последнее время ее что-то не видно. Вы с ней общаетесь?

– Еще бы! – воскликнул тот. – Алиса – моя девушка. Она сейчас уехала, у нее путевка. Вот жду с нетерпением, когда вернется.

– Путевка? – изумилась я. – И когда же она уехала? Куда?

– Ой, вроде на Гоа, но куда именно, точно не знаю, – проговорил Жгут. – Не слишком силен в географии. Она очень не хотела уезжать, но родители настояли, решили, что Алисе надо отдохнуть и развеяться. А она не привыкла им перечить, поэтому приходится мне ждать ее возвращения.

– Почему же вы не поехали с ней? – продолжала допытываться я. Жгут даже виду не подал, что мои расспросы ему неприятны, – только снова улыбнулся и пояснил:

– Понимаете, уважаемая Татьяна, родители Алисы еще не знают о наших отношениях. Они весьма консервативные люди и многих увлечений моей девушки не понимают. В частности, Алису заинтересовал страйкбол, но, увы, она так и не участвовала – только смотрела на игру. Мы с ней там и познакомились, на полигоне. Я тоже ее заметил – удивился, какая красивая барышня пришла смотреть на игру. В общем, вышло как в лучших романтических историях – герой и принцесса встретились на поле битвы. Видимо, для встречи с родителями Алисы придется мне сводить часть татуировок и приобретать смокинг – иначе они попросту не станут со мной разговаривать.

– И когда же уехала Алиса? – спросила я. Жгут ответил быстро.

– Шесть дней назад. Увы, я не смог даже проводить ее – она сама была против. Говорила, что не любит расставаний и попытается пережить эти две недели как страшный сон. Жаль, что на Гоа какие-то неполадки со связью. Вроде как курорт, странно. Но ее номер недоступен, не могу даже отправить ей эсэмэс-сообщение. Вот жду, когда наконец она вернется. Вроде как там она живет в пятизвездочном отеле, ничего такого плохого с ней случиться не должно… Но представляете, переживаю. Что поделаешь – от этого никуда не денешься.

– То есть Алиса должна вернуться через восемь дней, – уточнила я.

Жгут кивнул.

– Да, прилетает утром, в четверг. Представляете, мне ведь даже не удалось с ней попрощаться… Неприятная вышла история, ну да ладно, что я вам буду тут рассказывать. Лучше скажите, вы играете в страйкбол? Я вас что-то не припоминаю… Вы из какой команды?

– Я только недавно начала, – коротко пояснила я. – А что за история? Понимаете, я ведь подруга Алисы и тоже за нее беспокоюсь. Мне она про Гоа ничего не рассказывала. Просто исчезла, и все! Причем родители ее не в курсе, что она находится на отдыхе. А вы говорите, что это они купили Алисе путевку.

– Ну а кто же еще? – изумился Жгут. – Странно… Впервые слышу такое… Вы точно уверены?

– Абсолютно, – кивнула я. – Я знаю, что мать и отец Алисы сами хотят узнать, куда пропала их дочь. И ни на какой Гоа никто ее не отправлял.

– Выходит, Алиса врала мне? – Жгут нахмурился. – То есть… погодите, вы что-то путаете…

Краем глаза я видела, что наш диалог слушают только Оля и Пелимов – все остальные из команды разговаривали о чем-то своем, Соня потеряла ко мне всякий интерес, как только я переключилась с ее особы на других людей. Когда речь зашла об исчезновении девушки, Пельмень как раз отошел к бару – заказать себе что-то из выпивки. Я настороженно следила за ним, опасаясь, что данный субъект сейчас покинет клуб и мне придется прерывать свою беседу с молодым человеком Алисы. Но нет – Пелимов взял высокий стакан пива и вернулся за наш столик. Жгут опустился на свободный стул и внимательно посмотрел на меня.

– Таня, вы уверены в том, что вы говорите? Понимаете, как это важно для меня? Я могу вам рассказать о случае накануне отъезда Алисы, но мне не хочется верить, что она из-за этого обманула меня.

– Так что же произошло до того, как Алиса отправилась на Гоа? – вкрадчиво спросила я Жгута. Тот нахмурился, потом произнес:

– Мы праздновали день рождения Кирилла. Алиса пришла вместе со мной, как всегда… Понимаете сами, вечеринка, выпивка, все такое… Я редко когда позволяю себе лишнего, но в тот вечер меня как с катушек сорвало. Зачем-то намешал кучу разного алкоголя, ну и… В общем, потерял над собой контроль. Со мной такое бывает очень нечасто, а с тех пор, как стал встречаться с Алисой, и вовсе не пью, разве что по праздникам. И то контролирую себя – вряд ли какой-либо девушке, а тем более Алисе, будет приятно общаться с пьяным типом. Я не хочу оправдываться, но, может, дело в том, что Алиса говорила мне про свое Гоа, что она не хочет туда ехать, и мне тоже не хотелось ее отпускать, вот алкоголем и решил тоску заглушить.

Ладно, что толку о причинах думать – в тот раз я как-то не рассчитал дозу алкоголя, а может, с непривычки она оказалась слишком большой для меня. В общем, расквасило меня, как подзаборного пьяницу, боюсь вспоминать… Да и вспоминается с трудом – но страшно представить, что подумала про меня Алиса. Наверняка она очень обиделась на меня за мое поведение, раньше-то такого не было. Как мне потом рассказывали, она поссорилась с Пельменем, просила меня отвезти ее домой, проводить хотя бы, но я ни черта не помню, что ей сказал, как себя повел… Боюсь, она во мне разочаровалась. Оля вызвала ей такси, она уехала. А я только утром вспомнил, что у Алисы путевка на Гоа и она уже улетела. Идиотизм полнейший! Наверное, решила со мной расстаться таким образом.

– Но раз путевка уже была приобретена до вечеринки, почему вы решили, что Алиса от обиды уехала на курорт? – спросила я. – Или она могла не ехать туда?

– Не в том дело, – покачал головой Жгут. – Алиса не могла препятствовать решению родителей. Но уехала она туда в обиде на меня, а значит, на курорте запросто может завести отношения с кем-то другим. Я люблю ее, и она вроде тоже ко мне хорошо относилась, но тот вечер все перечеркнул. В общем, я сам виноват во всем… И я ведь ни в чем не могу упрекнуть Алису, если она решит со мной расстаться, – нечего было мне нажираться до поросячьего визга.

– А почему Игорь Пелимов поссорился с вашей девушкой? – спросила я, кивая на Пельменя, который снова отправился к барной стойке. Видимо, надумал еще что-то купить себе.

– Да как бы вам сказать… – протянул Жгут. – Пельмень – человек очень… ну, он непростой. И когда у него неприятности, достается всем подряд – может сгоряча такого наговорить, что уши завянут. Но я был в невменяемом состоянии и плохо помню тот вечер, точнее, что было потом.

– Я же говорила, что Пельмень наехал на Алису по поводу того, что она дочь богатых родителей, – вступила в разговор Оля. – Он завидует ей, считает, что ей все просто так достается, доллары с неба падают. Точнее, из кошелька богатого папаши. А у Пельменя родители вообще малообеспеченные, ему ведь даже техникум пришлось бросить и пойти работать. Ну, понимаете теперь, что богатство Алиски для него как красная тряпка для быка. Вот он и сорвался тогда на днюхе Кирилла.

Постепенно мне все становилось ясно. Картинка наполнялась новыми деталями, и теперь я практически на все сто была уверена, что знаю, кто похитил Алису. Но у меня не было доказательств, а без них догадки и теории, какими бы они ни были правдоподобными, так и остаются беспочвенными. Поэтому я подождала, когда Пелимов вернется за столик – он взял себе пакетик чипсов, стоивший гораздо дешевле креветок, которые заказали все остальные. Смотрел он на всех по-прежнему хмуро, а сейчас и вовсе занялся своим заказом, ни на кого не обращая внимания. Странно, что в таком упадническом настроении Пельмень не занял свободный столик, подальше от остальных присутствующих.

Следующую фразу я произнесла, обращаясь к Оле и Жгуту, хотя на самом деле мои слова предназначались Пелимову:

– На мой взгляд, человек, которому от рождения дано все, включая материальное благополучие, сильно проигрывает перед тем, кто всего добивается сам. Богатство легко прокутить и растратить, а вот если знаешь деньгам цену, начинаешь относиться к ним иначе. Есть огромное множество примеров того, как люди из неблагополучных или бедных семей добивались огромного благосостояния только благодаря собственному уму и смекалке.