Марина Серова – Лепестки алой крови (страница 12)

– И напишите на ней же номер телефона, – попросила я. Павел Олегович кивнул, наконец-то пригласил меня пройти в комнату дочери, так как пока что мы беседовали в коридоре, просторном, широком, с минимумом мебели и идеально чистом.

– Люда в спальне, – пояснил Сафронов. – Напилась успокоительных и уснула. Я, к сожалению, не могу все время рядом с ней находиться – работа, хотя я подумываю взять отпуск, чтобы заниматься розысками дочери. Но даже не знаю, с чего начать – мог бы поднять кучу своих знакомых по бизнесу, но это опасно. Вдруг Алису похитили мои недоброжелатели? У меня, увы, много завистников и конкурентов, поэтому можно предполагать что угодно. Откуда растут корни у этого преступления – не пойму. Уже дохожу до того, что подозреваю всех подряд.

– Понимаю вас, – кивнула я. – Но для того вы и обратились ко мне, чтобы я помогла вам разобраться. Вы не возражаете, если я задам вам по ходу дела некоторые вопросы? Вам могут они показаться странными, но поверьте, я не любопытства ради интересуюсь. Ваши искренние и подробные ответы помогут найти вашу дочь как можно скорее.

– Спрашивайте что угодно! – махнул рукой Павел Олегович. – Вот, кстати, комната Алисы.

Сафронов открыл белую дверь и галантно пропустил меня вперед. Сам зашел следом, закрыв за собой дверь. Я внимательно оглядела помещение.

Комната дочери Павла Олеговича была весьма просторной и светлой. Судя по всему, здесь сравнительно недавно делали евроремонт, как и во всей квартире. В глаза сразу бросались большие панорамные окна, которые гармонировали с общей планировкой помещения. Видимо, основной задачей мастеров по ремонту являлось сделать комнату как можно светлее, поэтому и окна, и большая стильная люстра были как нельзя кстати. Светлые обои без рисунка, такая же светлая мебель в тон, грамотная расстановка мебели – во всем чувствовались вкус и изысканность. Не скажу, что мебели было мало, но размещение ее было настолько гармоничным, что сохранялось ощущение простора. Платяной и книжный шкафы, туалетный столик с косметикой, просторная кровать, белый письменный стол с ноутбуком – в этой комнате можно было как работать, а точнее, учиться, так и отдыхать. При всем этом комната не казалась безликой: на стене, к которой была приставлена кровать, я увидела большую розовую картину, точнее, не картину, а нечто вроде этакой инсталляции. На розовом фоне – два силуэта, большая черная лошадь и человек в каске, которые как нельзя лучше олицетворяли увлечение Алисы конным спортом. Правда, никаких украшений на стенах больше не было: ни картин, ни панно, которыми обычно любят декорировать помещение. Рядом с кроватью лежал небольшой палас, такой же стильный и элегантный, как и все прочие детали комнаты. Белый фон и черные круги – выглядело весьма лаконично и в то же время ярко.

– Мы не стали с Людой ничего трогать в комнате, – пояснил Павел Олегович. – Обычно дом убирает Нина Ивановна, но так как она уехала, извиняюсь за беспорядок.

– Беспорядок? – изумилась я. – Что вы, по-моему, здесь ни соринки, ни пылинки. Трудно поверить, что это комната молодой девушки. Если, конечно, она не перфекционист в отношении уборки и чистоты.

– Алиса вечно разбрасывает свою одежду. – Павел Олегович кивнул на стул возле письменного стола с компьютером, на котором лежали джинсы и белая футболка. Не слишком хорошо разбираюсь в брендах одежды, но, похоже, Алиса носила только джинсы от-кутюр – качественные вещи видны сразу. Хотя джинсы были простые, безо всяких страз и украшений, но я сразу поняла, что куплены они в самом лучшем бутике, а отнюдь не в обычном магазине. То же самое можно сказать и о футболке – издалека было видно, что ткань, из которой сшита вещь, очень дорогая и качественная. Уверена, что в шкафу дочери Сафроновых нет дешевой, посредственной одежды. Все вещи, видимо, девушке покупают в интернет-магазинах за границей или, на худой конец, в дорогих бутиках Тарасова.

Не буду перечислять все марки парфюмерии и косметики на туалетном столике девушки – могу вкратце сказать, что все весьма дорогое, элитное и качественное.

Я бегло осмотрела письменный стол – ноутбук гораздо новее, чем мой, и тоже последней марки, уверена, сверхбыстрый и мощный. С краю сложены аккуратной стопкой тетради и учебники, рядом – стопка повнушительнее с женскими и молодежными журналами. Наверное, только журналы в этой комнате были недорогие – имелось всевозможное популярное чтиво. Я открыла тетрадь, лежавшую сверху. Обычная школьная общая тетрадка по литературе. Остальные тоже были посвящены разным предметам, поэтому вскоре я потеряла к ним интерес. Все равно никаких пометок или личных записей – только школьные конспекты да решенные задачки. Однако я не поленилась – осматривала каждую тетрадь, методично пролистывая все страницы. Павел Олегович, наблюдавший за моими действиями, пояснил:

– Алиса занималась с репетиторами по алгебре, русскому и английскому. Нам с Людой всегда казалось, что лицей, где она учится, хоть и считается очень хорошим, но все равно дает недостаточно знаний. А с математикой у дочери с младших классов проблемы – она ведь гуманитарий.

– Скажите, как давно вы женаты с Людмилой? – неожиданно спросила я.

Сафронов слегка удивился моему вопросу не по теме, однако ничего не сказал – только на секунду задумался, потом произнес:

– Двадцать один год. В прошлом году мы отмечали с женой фарфоровую свадьбу. Так, для себя – без гостей, Люда не слишком любит шумные сборища и столпотворения.

– Простите за вопрос, который может показаться вам бестактным, но… супруга вам когда-нибудь изменяла? – поинтересовалась я.

Павел Олегович нахмурился.

– Это имеет отношение к исчезновению Алисы? Я имею в виду нашу личную жизнь с Людмилой? – посмотрел он на меня внимательно.

Я кивнула.

– Я вас предупреждала, что некоторые мои вопросы могут казаться вам странными. Но задаю я их не любопытства ради, поверьте мне на слово! Если хотите увидеть Алису как можно скорее, отвечайте на мои вопросы честно. Я вас шантажировать не собираюсь, мне это не нужно, о моих расследованиях и клиентах никто, кроме меня, не знает. Так что будьте любезны, ответьте прямо. Были ли в вашей совместной жизни измены? Со стороны Людмилы и вашей?

– Насколько мне известно, жена всегда была мне верна, – тихо проговорил Сафронов. – То же самое могу сказать о себе. Меня не интересуют любовницы, мне вполне хватает своей собственной семьи. Может, это вам покажется странным, но я не падок на молоденьких вертихвосток. Это женщины не моего уровня – с ними не о чем говорить, кроме внешности, в них ничего привлекательного. А картинки можно и в интернете посмотреть, если приспичит. Хотя я этим тоже не занимаюсь. Может, это выглядит старомодно, но я до сих пор считаю, что моя жена – самая красивая женщина. Иначе бы я на ней не женился.

– Что ж, я вас поняла, – кивнула я. – В Людмиле вы уверены на сто процентов? Что она вам верна?

– Конечно, – кивнул Павел Олегович. – У Люды на измены попросту нет времени. У нее есть работа, которая приносит ей удовольствие, и крепкая семья. До пропажи Алисы… Обо всех своих планах жена мне заранее сообщает, до агентства ее довозит шофер, но в основном она работает дома. Нина Ивановна – женщина строгих правил, если бы вдруг в мое отсутствие Людмила приводила кого-нибудь, будьте уверены, я первым бы об этом узнал. На лице домработницы все написано – сразу поймешь. Да и не такой Людмила человек, чтобы развлекаться с кем-то на стороне.

– А кем работает ваша супруга? – полюбопытствовала я.

– Она увлекается моделированием одежды, – пояснил Павел Олегович. – У нее есть собственное агентство, куда жена порой ездит отвозить эскизы. По образованию Люда экономист, но по специальности работала совсем немного времени, когда мы с ней познакомились. Потом ушла из своей фирмы – ей никогда не была интересна экономика. Люда увлекалась моделированием одежды с детства, но родители не отдали ее ни в художественную школу, ни на какие-нибудь уроки кройки и шитья. Шить жена не умеет, зато создавать модели очень любит. Когда мы с ней только поженились, у меня еще не было собственного дела, я был скромным служащим. Но наша свадьба все изменила. Во-первых, у меня появилась семья, а ее нужно содержать. Во-вторых, я всерьез подумывал над тем, как начать зарабатывать больше – текущее положение дел меня не устраивало. Пришлось пойти на риск, взять кредит, и Люда сперва очень переживала, что мы прогорим. Но жена ни разу не обвинила меня, не упрекнула. Она старалась во всем меня поддерживать. Мне кажется, благодаря ей я обрел уверенность в своих силах и, как оказалось, не прогадал. Вскоре мне даже удалось погасить кредит, я стал много зарабатывать. Людмила ушла в декрет, во время беременности рисовала в блокноте эскизы одежды. Уже когда появились компьютеры и интернет, она прошла онлайн-обучение на модельера, стала всерьез заниматься своим хобби. Я помог ей с агентством, и теперь она готовится, а точнее, готовилась к своему второму показу одежды. Увы, похищение дочери перечеркнуло все наши планы, это как гром среди ясного неба.

– Павел Олегович, хорошо подумайте, прежде чем отвечать, – попросила я, включая ноутбук Алисы. Все тетради и журналы я досконально просмотрела, теперь приступила к самому интересному – к личному компьютеру Алисы. – Есть ли у вас враги? Люди, которым вы серьезно насолили или кому помешал ваш бизнес. Кстати, чем вы занимаетесь? Я так и не спросила.