Марина Серова – Империя обмана (страница 29)

Извини, заболтал тебя совсем, ко мне редко забегают гости. Больше старые товарищи, кто еще в живых. Ты проходи вот сюда за шторку, здесь у меня такой маленький архивчик. Иногда заходят люди, просят найти чье-либо фото, на памятник или надгробие. Вот ведь родственники не сохранили память о близких, а у меня здесь они остались – улыбаются, женятся, детей заводят, живут, одним словом. Кто тебе нужен?

– Зовут Ирина Бородина. Она жила здесь лет десять назад, в общежитии. Вот есть фотография, может быть, так вспомните. – Я показала старому фотографу на телефоне снимок старой фотографии веселого застолья, где в огромном кресле сидели два подростка. Старик внимательно посмотрел на картинку через очки, потом без них:

– Помню эту девочку, сейчас найду. Держи-ка обратно свою игрушку. – Он начал методично открывать ящички, где хранились плотно запечатанные конверты с пленками и фотографиями. – Вот эти фотографии. Со свадьбы. Как сейчас помню тот день.

Старик бережно вытянул толстый конверт из ящика и понес в ателье, поближе к окну и солнечному свету.

– Помню эту девочку, у них была свадьба. Я тогда уже умел по лицам жениха и невесты понимать, будет ли счастливым брак и долго ли протянется их семейная жизнь. Когда она зашла в ателье, я сразу увидел, что это короткий брак, уж слишком они разные. И ведь попал в точку, они даже не забрали свои свадебные снимки, так быстро отношения начали разрушаться. – Старик вытащил из конверта и отдал мне толстую кипу цветных снимков. – Фотограф ведь видит внутреннюю красоту человека, а у этой девочки она была. Знаете, когда женщина не милая, большеглазая и нежная. Эта девочка была воительницей, с четкими чертами лица, угловатой резкой мимикой. Внутри нее была огромная сила, только глаза пока оставались детскими, с открытым взглядом. Она выглядела такой хрупкой и при этом полной энергии на фоне своего увальня-жениха, что сразу было видно, кто в их паре главный, кто сильнее, чем скала. Она напомнила мне реку, скованную льдом, когда под прозрачной угловатой внешностью скрыта мощь невероятного потока, который может преодолеть любое препятствие.

Я внимательно рассматривала свадебные фотографии: на красном фоне совсем юная Ирина сжимает букет и крепко держится за руку мужа, у нее серьезный взгляд и резкие черты лица, скулы выпирают на впалых щеках, а вся фигура замерла в грациозном напряжении. Жених на фотографии старше ее, он улыбается пухлыми губами, но маленькие глубоко посаженные глазки не вторят этой улыбке.

Старый фотограф поправил очки на носу.

– А ведь был прав насчет скорого развода. – Он снова скрылся за шторкой в задней комнатке. – Сейчас я покажу вам этого жениха снова, на других фотографиях.

Я прочитала надпись на конверте: Свадьба. Сусляковы.

– Вот, нашел. – Старик протянул мне еще один конверт, с надписью: «Свадьба, Сусляковы», но датированный на год позже. Из конверта я достала фотокарточки, на которых застыли в улыбках жених Ирины Бородиной и Анжела – моя напарница, бизнес-тренер «ВФБ», красавица со смоляными кудрями, которая сейчас лежит мертвой куклой под кучей капельниц, без надежды вернуться к нормальному состоянию. Все кубики встали на свои места, и сложилась картинка, настоящая картинка реальной жизни.

Я с удивлением рассматривала вторую пачку фотографий. На них жених в том же костюме, с той же широкой улыбкой и скрытой тревогой в глазах, но рядом в качестве невесты теперь стояла Анжела. Она выглядела совсем юной, практически ребенком. Наряд у невесты был простенький – короткий сарафанчик и белые босоножки, никаких украшений, а в руках она держала букет из обычных ромашек.

– Извините, а могу я у вас купить эти фото? – удивила я старого фотографа неожиданным предложением. – Мне необходимо все вместе с конвертом и пленкой, на память о подруге. Сколько это будет стоить?

Старик растерялся, он поправил очки и снова стянул их на кончик носа:

– Забирайте бесплатно. Не пригодились молодоженам, хоть вас порадуют. Мне приятно было с вами поболтать, сюда нечасто теперь заглядывают красивые молодые девушки.

– Тогда, может, сфотографируете меня? Сделайте портрет! Хочу, чтобы вы и во мне увидели внутреннюю красоту.

Фотограф расцвел, усадил меня на высокий стул, включил прожектор. Он щелкал камерой, восхищался моей позой и умением держать осанку, просил повернуться то в профиль, то анфас. Съемки нам обоим доставили удовольствие, а мне было вдвойне приятно отблагодарить старика за то, что он сохранил в своем архиве кусочки прошлого, следы давних ошибок, которые невозможно исправить или улучшить компьютерными технологиями.

Договорившись заехать через пару дней за готовыми фотографиями, я покатила на машине в супермаркет, закупаться конфетами и шоколадками для работников школьного образования. Интуиция мне подсказывала, что сегодня из архива мне принесут пыльные, но очень ценные сведения.

В департаменте образования миловидная девушка в обмен на шоколадку показала мне пухлую папку с документами, на обложке которой от руки был выведен шифр из цифр и букв:

– Кое-как нашла. Вы можете все посмотреть, сфотографировать или копии сделаю, только выносить нельзя, это документы. Хотя, конечно, за столько лет, кроме вас, никому не понадобились, но такие правила.

– Спасибо. Мне только кое-что проверить, сейчас быстро пролистаю. Можно я здесь на уголке стола расположусь? – Я поставила сумку на стул, за соседними столами сотрудниц не было видно.

– Да, присаживайтесь. Меня час не будет, будете уходить – я в соседнем кабинете. Празднуем там немножко день рождения у девочки. – Сотрудница департамента образования поправила прическу и упорхнула из помещения.

Серая казенная папка ждала моего внимания, дешевая бумага, все документы написаны от руки или набраны на пишущей машинке. Расписание, ведомость с оценками, план занятий. В ведомости с оценками напротив фамилии Бородина И. стояли дружным строем тройки, подпись внизу документа принадлежала учительнице 3-го класса «Г» Акимовой М.А.

Я старалась листать документы спокойно, это всего лишь совпадение, ведь М это может быть и Мария или Маргарита. Последними в стопке листов лежали характеристики на каждого ученика, мельком пробежавшись по парочке заключений, я удивилась, ученики получались все как на подбор – неспособные, ленивые, с отставанием в развитии и отсутствием тяги к знаниям. Среди вороха серых листков нашлась и характеристика маленькой Ирины Бородиной, помимо стандартных грехов учитель указала в характеристике замкнутый характер и массу дисциплинарных нарушений. Внизу размашисто было подписано: Акимова Марина Александровна, учитель начальных классов. Я потянулась за телефоном, но ответ был уже в голове, Киря лишь подтвердил его:

– Марина, мошенница твоя? Которая в психушке? По паспорту она Акимова Марина Александровна. В себя, кстати, пришла, ее перевели в Тарасов. Голоса отпустили ее, но нервный срыв обеспечен, ближайшие полгода проведет в больничке, а там уже суд решит, куда дальше ее направить.

– Володя, я, кажется, нащупала кое-что важное, можем мы поговорить вечером?

– Любой другой день, завтра хоть в пять утра я у тебя. А сегодня никак, у меня свидание романтическое. Так что терпи, – довольно сообщил подполковник.

– Свидание?! – Я была ошарашена, Кирьянов всегда был верным семьянином, все свободное время посвящал близнецам и жене и никогда не отличался тягой к адюльтерам.

– С красоткой одной, огненная дамочка, – казалось, Киря сейчас замурлыкает от удовольствия.

– Ты чего, перегрелся от жары? – разозлилась я выкрутасам приятеля.

Владимир расхохотался от моей возмущённой реакции:

– Вот завелась! Да с женой свидание! Все тренинг ваш, работаем над супружескими отношениями, вспоминаем молодость. Так что близнецы в гости к тетке с ночевкой, а мы в ресторан.

– Пиво только не заказывай, Володь, угости даму шампанским или вином, – выдохнула я с облегчением. – Шутник. Завтра заезжай, я пока подумаю, как бы нам разобраться с этим клубком.

За два дня расследования представление об Ирине у меня изменилось. Если раньше я воспринимала ее как женщину, которая стала жертвой мошенников, всю жизнь страдала от отсутствия внимания и любви, то сейчас я задумалась о том, что все обидчики Ирины: любовница мужа, первая любовь и учительница-тиран лежат в больнице или находятся в тюрьме; их жизни, здоровье и мечты разрушены. А ведь в школьные времена Ирина пыталась стать моей подругой, войти в круг общения, но только оказывалась в унизительном проигрыше при сравнении. Так что скандальная статья, которая могла повлиять на мою репутацию и разрушить карьеру частного детектива, тоже выглядела как спланированная месть.

После долгого дня возни со старыми документами из архива департамента образования, со старыми фотографиями из фотоателье мне хотелось выдохнуть в этой гонке. Началась она как погоня за биржевым мошенником, но сейчас все перевернулось с ног на голову, и жертва стала подозреваемой. Только вот подозреваемой в чем? Неужели скромная, незаметная Ирина смогла организовать продуманную месть Марине, Анжеле и Кириллу?

Я вспомнила одноклассницу на встрече в школе и во время нашей беседы в квартире – серая мышка в огромных очках, всегда в растянутой одежде, которая скрывает фигуру, опущенные уголки губ, нервные и смятые движения. И меня одолели сомнения, может быть, все факты не более чем совпадение. В конце концов, у нас не столица, жителей не миллионы, может быть, такая невезучесть у женщины, что все так сошлось в этой темной истории, все обидчики оказались в ней замешаны…