Марина Самарина – История Наташи (страница 6)

Книжки хозяйские я глотала без разбора - мне было всё равно, что читать - любовные романы или описание путешествий. И то, и другое давало представление о местном обществе и укладе жизни. Между прочим, такое несистемное образование позволило мне понять, как строятся отношения между разумными в этом мире.

Все страны и расы стремятся балансировать и не доводить дело до войн, хотя время от времени они и случаются (тут я предположила, что если нет явных войн, то как пить дать, процветают тайные схватки). Такая политика не даёт какому либо государству вырваться вперёд и сильно прирастить территорию или влияние. Если же такие желающие появляются, остальные быстренько собираются и бьют выскочку.

Отношения между полами похожи на земные, с расовыми особенностями, конечно, но всё в пределах того, что можно понять и принять. Все расы могут скрещиваться (хотя это совсем не приветствуется храмами), однако полукровок нет. Не в смысле того, что в смешанных браках не рождаются дети, наоборот, очень даже рождаются, только получаются они или в папу, или в маму. Отчего зависит выбор ребёнком расы, я не поняла. Зато поняла, почему тут давно все не перемешались - дети у смешанных пар рождаются с полным отсутствием магии и ужасно некрасивыми, причём по меркам любого народа. В одной книге, описывающей расы, я даже видела изображение такого разумного и прочла рассказ его о несчастной судьбе. Бесталанный мальчик-гном, родился от союза человека и гномки, но к ужасу родственников со стороны мамы, нос у него получился, как кнопка, а когда он вырос, выяснилось, что у него совсем не растёт борода. Его все жалели, но не нашлось ни одной гномки, которая согласилась бы выйти за него замуж. Ведь гнома украшают не только способности рудознатца, но и борода, и крупный нос (я бы даже сказала - "рубильник"). Вот тут-то я и вспомнила бедолагу-принцессу, которая точно знала, что родит уродца. М-да, дорого же ей обошёлся мир между государствами.

Из книжки для малышей я выяснила, что год здесь длится двенадцать кругов (месяцев по нашему), круги делятся на четыре погодных сезона, в каждом сезоне, соответственно, по три круга, но так как климат мягкий, межсезонные границы весьма размыты. В каждом круге тридцать оборотов (суток). Местное светило называется Ангрин, а планета - Талан. На Талане всего два континента и куча островных групп. Континенты достаточно большие - каждый, размером с половину нашей Евразии. Расположены они довольно близко друг к другу и климатически особо не различаются. Называются они тривиально - Рассветный и Закатный. Все расы живут на обоих континентах, например на нашем - Рассветном, есть одно человеческое государство (оно самое большое), два гномьих, одно эльфийское, одно орочье и три небольших княжества крылатых. Один эльф-путешественник очень интересно объяснил именно такое количество стран. По его мнению, люди могут жить везде, но всегда стремятся друг к другу, к тому же, обильно плодятся, поэтому у них самое большое королевство. Гномам нужны подгорья, а нужных горных массивов на нашем континенте два, поэтому и подгорных королевств тоже два, Светлый Лес на Рассветном один, поэтому эльфийское государство только одно. Орки предпочитают степь - это их территория, а крылатым нужны особые места - горные долины и скалы, таких мест на континенте три, ну и соответственно княжеств крылатых тоже три. Впрочем, никто не ограничивает разумных, заставляя жить только в своей стране. Как я поняла, на Закатном картина примерно такая же.

Религия здесь несложная - есть четыре бога, они воплощение стихий. Каждый из богов имеет своих последователей и храмы, но бог основы почитается, как старший. Кроме этих богов есть Создатель всего сущего. Ему не поклоняются и не ставят храмы - его храмом называют Талан, а светильником веры - Ангрин. Государства и храмы внешне, никак не пересекаются, а как на самом деле - неизвестно. Хотя, здесь, в королевстве Анегур, корона спонсирует храмовые школы (начальное образование для народа).

Прошло уже полтора года моей жизни в столице и я постепенно пришла в себя: мой экзотический акцент практически исчез, я отъелась - кости перестали торчать в ненужных местах. Спокойная, размеренная жизнь и ежедневная физическая нагрузка, более или менее, упорядочили не только здоровье, но и психику. Я никогда не ввязывалась в неизбежные внутридомовые свары, не примыкала к партиям, большей частью молчала и тихо улыбалась (стараясь при этом не разжимать губы). Ко мне привыкли и считали безотказной мышкой. Я стала настолько привычной фоновой деталью, что окружающие просто не замечали происходящих со мной изменений, но я их отслеживала очень внимательно. К моей печали, я постепенно превращалась в красивую девушку - зубы выросли и белели правильным перламутром, кожа очистилась - от хорошего питания она стала просто сияющей. Под "удачно" подогнанной одеждой пока удавалось прятать стройную и гибкую фигурку, а под неизменным чепцом - белые, густые, начавшие почему-то кудрявиться и уже прикрывающие шею, волосы. Но я понимала - скоро кто-то обратит на меня внимание и мои хорошие дни закончатся - меня уволят. Денег я не тратила вовсе - ела в доме, одежду носила форменную. Из своего, у меня было только одно дешёвенькое платье, да ещё те обноски, в которых я пришла в столицу. Так что денежки копились, но на что-то серьёзное (вроде своего бизнеса) моих запасов конечно не хватило бы.

А ещё на меня стал накатывать страх, что в монотонности будней я забуду кто я и откуда, забуду родной русский язык. Такому состоянию стала сопутствовать жесточайшая ностальгия. Я часто стала вспоминать Землю, свою жизнь, родных и близких, даже пела про себя песни, когда занималась уборкой господских покоев. И неизбежное случилось.

В то утро хозяина не было дома и отсутствовать он обещал до обеда следующего дня, поэтому доми Эшта объявила общую уборку (это что-то близкое к генералке, но меньших масштабов). На мою долю выпала чистка гостевых спален и библиотеки. Когда я добралась до библиотеки моё настроение можно было описать словами "весёлая жара". Наверное поэтому я, утратив осторожность, открыла окна и прикрыла двери, стащила чепчик, чулки и балетки, взлохматила свою супер блондинистую шевелюру и принялась специальным перьевым веничком смахивать с книг пыль. Как обычно, я пела про себя и пританцовывала под знакомые хиты. Постепенно, пение выбралось наружу. То есть, я и не заметила, как запела вслух и по-русски: "Ты сними, сними меня фотограф... Чтоб никто и не подумал, чтоб никто и не поверил, в то, что очень одиноко мне..." Всё это, естественно, сопровождалось уж очень земными танцевальными движениями, которые здесь, наверняка, были за гранью приличий, а веничек превратился в микрофон: "Ну давай, давай, снимай, фото-ограф, будто б я окружена друзьями, будто б я довольна этим миром... Снимай, снимай!" Последние па я выдавала совсем уж распоясавшись - задрав платье выше колен и кружась, воображая себя на фотосессии у крутого мастера. И вот, когда я застыла в нарочитой позе, приставив к затылку этот злосчастный веничек, до меня донеслись чьи-то одинокие аплодисменты и весёлый смех:

- Это было неподражаемо! Кто ты?

У распахнутой библиотечной двери стоял незнакомый гер. Он был высок, строен, аристократичен и чертовки привлекателен со своими каштановыми волосами, заплетёнными в сложную косу. Его длинные, узкие синие глаза так искрились, что казалось будто воздух подле него дрожит лазоревыми всполохами. Я не смутилась, нет - я испугалась, потому что поняла - меня застукали.

- Я горничная гера Венпела, гер. Он сегодня отсутсвует. Могу я пригласить к Вам дворецкого?

- Пригласи. А как тебя зовут?

- Таша, гер.

Да, здесь я назвалась сокращённым вариантом своего имени. На Земле меня звали Наталия, но в этом мире простолюдинка не может иметь в имени больше четырёх букв.

- Что это была за песня, Таша? На каком языке ты её пела?

Я похолодела:

- Не знаю о чём Вы говорите, гер. Никакой это не язык - я просто придумала эту тарабарщину, простите.

Он молча кивнул, а я, стремительно напялив чепчик, убежала за дворецким. Вечером, после ужина, я как бы ненароком, осведомилась, что за человек приходил сегодня в дом. "О! Это очень важная персона, девочка - это младший родственник нашего короля, гер Тор Вэнар. Он глава секретной службы". Тут дворецкий сделал страшные глаза, а я с тоской подумала: "Вляпалась! Ни один разумный ФСБшник не пропустит мимо ушей чужую речь в доме важного аристократа", - и приготовилась собирать манатки для тюрьмы. Позже, в тот же вечер я спросила своих девчонок, что значит "младший родственник короля". Они ответили, что это сын младшего брата отца, а я только через пару минут сообразила, что это двоюродный брат по-нашему.

К моему удивлению, в тюрьму меня не потащили ни на следующий день, ни через декаду. В душе затеплилась робкая надежда, что может быть всё и обойдётся, но не с моим счастьем рассчитывать на такое. В один, далеко не прекрасный, вечер к нам на кухню влетел личный лакей хозяина и, найдя меня взглядом, прошипел, что меня срочно вызывают в малую гостиную к геру Вэнпелу, так как его гости хотят на меня посмотреть.