Марина Самарина – История Наташи (страница 14)

- Вы удивительно практичны и лишены всяких глупых женских измышлений.

- Не лишена, не надейтесь, - я невольно улыбнулась, - но, да, я способна понять необходимость неприятных вещей.

- Вам неприятно быть моей любовницей?

- Считаться, Тор, считаться. Хотя, говорят - уж лучше быть, чем слыть, но в моём положении выбирать не приходится. "Быть", я бы не согласилась никогда, а "слыть" - придётся.

- Я понял, - подхватил он, предложенный мной формат. По голосу я услышала, что он тоже улыбается.

- Скажите, Тор, - почему-то мне было приятно произносить его имя, - много ли прислуги в доме?

- Не много, всего девять человек. Все они надёжные люди, служащие у меня много лет. К тому же в столицу они выбираются крайне редко. Что вас беспокоит?

- Две вещи. Первое - слуги всегда всё знают о своих хозяевах, и я уверена, что очень скоро будет обнаружено, что мы не спим вместе.

- Об этом не волнуйтесь - у нас с Вами будут смежные спальни и общая ванная.

- Хорошо, - согласилась я, - с ванной как-нибудь разберемся.

Я услышала тихий смех:

- Всё-таки Вы неподражаемы! А вторая вещь?

- Я сейчас Вам расскажу одну шпионскую теорию, только не отрицайте её сразу, обещайте отнестись серьёзно и подумать.

- Обещаю.

- Так вот, если бы я была главой какого-нибудь шпионского ведомства, то непременно завела бы "спящих" агентов.

- Ну-ну, продолжайте, - я слышала в его голосе явный интерес. - Что такое - "спящий" агент?

- Например, я беру своего человека - сообразительного, молодого, здорового, простого происхождения и даю ему задание - поехать в Анеру и найти способ наняться в дом младшего родственника короля. Быть хорошим слугой, не шпионить, не вызывать нареканий, даже быть верным хозяину. То есть просто жить и никогда не связываться со мной. Может быть даже много лет. Но с одним условием - однажды, десять, двадцать или тридцать лет спустя, мой человек получит определённый сигнал, который разбудит спящего и будет означать, что он должен или начать шпионить и предоставлять мне сведения по интересующему меня вопросу, или кого-то убить.

- Вы говорите ужасные вещи, Наталия! И как бы Вы разоблачили такого шпиона?

- Такого шпиона разоблачить почти не возможно, если, конечно, он не попадётся с поличным.

- Почти?

- Да, почти. Чтобы человек пошел на преступление через много лет, у меня должен быть большой крючок, на котором он висит. Обычно это семья, любимые люди и чтобы понять, есть ли среди Вашего окружения "спящий" надо выяснить всё про всех. Не только про конкретного человека, но и про его семью.

- Это очень изощрённая мысль для столь юной особы, Наталия. Откуда Вы знаете такие вещи?

Я фыркнула:

- Не спрашивайте, всё равно не скажу. Кстати, если "спящему" сменили личность - место рождения, имя и так далее, то выявить его не получится.

За такой вот милой беседой я и не заметила, что экипаж замедлил ход и вскоре остановился. "Мы прибыли", - сказал Тор и выскочил из экипажа. Он подал мне руку и помог спуститься со ступеньки. Наверняка он почувствовал, даже сквозь две пары перчаток - его и мою, как дрожит моя рука. Наверное поэтому, он не отпустил меня, а так и повёл в дом, беззаботно болтая о том, как красивы здесь закаты и пышен парк в цветении. Отвлекшись на минуту, он дал распоряжение дворецкому и снова обратился ко мне, обещая скорый отдых и поздний ужин. У двери моей будущей спальни он не остановился, а вошёл вместе со мной. Я хотела было возмутиться, но наткнулась на его насмешливый взгляд и обиженно фыркнула:

- Вы меня подловили!

- Подловил, - согласился он и прошёл к пылающему камину, где уселся в кресло:

- Наталия, если Вы не очень устали, давайте обсудим Ваши занятия.

Я решила не обращать внимание на такое хамство (лишь приподняла брови) и расположилась напротив:

- Слушаю Вас, Тор.

- Я полагаю, что никакого представления о магии у Вас нет?

- Правильно полагаете.

- Поэтому, начиная с завтрашнего утра, к Вам будет приезжать гер Эрис Лагэн и заниматься началами. Не рассчитывайте просто прослушать курс - всё будет, как у студентов: лекции, письменные работы, экзамены. Экзамены мы с гером Лагэном будем принимать у Вас вместе.

Я молча кивнула, подумав, что никогда не собиралась на старости лет вновь пойти учиться, впрочем, какая старость - здесь я как раз студенческого возраста.

- А что скажут слуги на открытие в Вашем доме ответвления академии?

- Ничего не скажут, просто потому что не узнают. Мы с ректором всё же маги и вполне способны скрыть его посещения от посторонних глаз. К тому же слугам запрещено появляться в этой части дома без специального приглашения.

- Запрет можно обойти.

- Нельзя, - мягко возразил он. - Сейчас я Вам покажу. Видите, ручки на дверях Вашей спальни украшены прозрачными камнями?

Я подошла к двустворчатой двери и внимательно осмотрела одну ручку - на её навершии, действительно был закреплён красивый, затейливо огранённый, прозрачный голубоватый камень. На другой ручке был такой же камень, только красноватый.

- Да, вижу. Интересное украшение.

- Это не совсем украшение. Такие камни есть во всех покоях в этом крыле, в том числе и в библиотеке, где будут проходить занятия, и в коридоре, где похожие двери отделяют нас от остального дома. Я сегодня же произведу настройку камней на Вас. Запомните, все остальные могут попасть сюда только в присутствии трёх человек: Вас, меня или Берта - моего камердинера. Сразу говорю, что Берт не может быть "спящим", - Тор ехидно прищурился, - его семья много поколений живёт в моём родовом поместье, его жена здесь, с ним - она повариха и экономка, их взрослые дети тоже служат у меня.

- Понятно. Но что означает "в присутствии"?

- Это означает, что каждый раз, когда Вы захотите кого-то провести в помещение с такими камнями, Вы должны будете лично открыть дверь и держать её открытой, пока нужный Вам человек не пройдёт во внутрь.

- А при выходе из комнаты тоже нужно такое сопровождение?

Тор одобрительно кивнул:

- Тоже. Пока у нас есть время до трапезы, давайте переоденемся и настроим на Вас хотя бы несколько дверей. Остальные пройдём после ужина.

- Скажите, а если на человека будет настроена только часть дверей, он что не сможет открыть остальные?

- Разумеется. Один раз произнесённое заклинание - одни двери

Настройка была интересной только в первый раз, а потом превратилась в рутину. Тор подвёл меня к двери, сказал наклониться и подышать на голубой камень. Затем он уколол мне прокалённой иглой палец и велел помазать кровью красный камень, который будто слизнул мою кровь со своей поверхности. Далее он принялся что-то тихо говорить на незнакомом языке, тщательно выговаривая очень заковыристые слова. Длилось это недолго, может минуты две, а после, мы перешли к другим дверям. В общем, до еды мы успели совершить примерно треть необходимых манипуляций.

Ужин нам накрыли в малой столовой - в том же крыле, только на первом этаже, рядом с библиотекой. По дороге я спросила:

- Это была магия воды?

- Не только. В этом заклинании задействованы несколько стихий. Разработано оно было очень давно, одним из моих предков - магом воды и воздуха, вместе с другом - гномом, который, как Вы понимаете, владел магией руд, а значит и камней. Кстати, часть заклинания, принадлежащая воздуху, не позволит злоумышленникам воспользоваться мёртвой рукой человека, имеющего доступ.

Я немного подумала над сказанным и уважительно покивала на такую паранойю - сегодня такой подход к безопасности был мне близок, как никогда.

- Весёлые времена были у Вашего предка, если существовала вероятность ТАКОГО способа проникновения.

- Времена всегда весёлые, - хмыкнул Тор, - но Вы правы - время тогда было опасным - междоусобица, бунты и заговоры.

В столовой горел камин, задёрнутые портьеры создавали некую камерность и стол был накрыт, но никого не было. Уловив моё удивление, Тор сказал, что не хотел меня смущать этим вечером наличием прислуги, так что ужинали мы без лишних глаз. После еды, мы завершили настройку на меня входных артефактов и совершенно вымотанные, побрели спать.

Постель была в меру мягкой, бельё свежим, комната проветренной и уютной, несмотря на явную роскошь, поэтому, с приправой усталости, спалось мне просто превосходно. Не слыша привычных рассветных звуков своего дома, когда начинают топать мои котищи, хлопать двери чёрного входа, впуская кондитера, не различая звона колокольчика на шее маленькой, коренастой лошадки молочника, я бессовестно дрыхла, не желая открывать глаза. Я бы и дальше сладко спала, но в дверь, отделяющую мою спальню от спальни хозяина негромко, но требовательно постучали. Помня вчерашнее предупреждение о личном открывании дверей и начисто забыв, кто спит в соседней комнате, я сползла с кровати, нацепила пеньюар и сунув ноги в любимые тапочки с помпонами, потащилась открывать. Я вообще по утрам плохо просыпаюсь и терпеть не могу бодрых людей, которые громко разговаривают и вываливают на мою сонную голову кучу своего мерзкого позитива. Так что, дотащившись до двери с полузакрытыми глазами, я с трудом нащупала ручку и потянула её на себя. Как всякий нормальный человек, открывший дверь, я ожидала, что мне скажут что-то типа: "Приветствую Вас, - или там: - Ясного утра". Но мне никто ничего не сказал. Моё сонное сознание пробурчало: "Никого нет". И я потащилась обратно. Не снимая пеньюара я заползла в постель, привычно взбрыкнула ногами, скидывая тапки и счастливо вздохнув, принялась было уплывать в сонные грёзы.