Марина Ружанская – Хрустальное королевство леди-попаданки (страница 41)

Стэн лишь криво усмехнулся, уголок рта поднялся в надменной, самодовольной гримасе. Он сделал вид, что поправляет манжет, наслаждаясь моим замешательством. Промолчал. Развернулся, собираясь уйти и оставляя меня в ледяном ужасе неопределенности.

- Стэн?! - Я рванулась вперед, забыв про цепи. Острая боль резанула запястья, когда я натянула их до предела. - Я никогда никому не говорила, что мы забрали второго элементаля из шахты! Откуда ты знаешь?! - Крик был полон отчаяния и зарождающейся ярости. - Это… это твоя шахта?! Хайнц был лишь управляющим, правда?! - Куски головоломки с грохотом вставали на место. - И мои стеклянные шары… Ты был в мастерской в тот день, когда я варила шихту! Когда ты так рьяно набивался ко мне в женишки! Ты добавил толченый огненный камень! Сознайся! Будь мужиком хоть раз в жизни!

Кузен замер у двери. Его спина напряглась. В свете факела я видела, как сжались его пальцы на рукояти. Молчание было красноречивее слов. И тут, как вспышка молнии в кромешной тьме, пришла новая, ошеломляющая догадка.

- Лили Уорнс! - выпалила я, чувствуя, как кровь приливает к лицу. - Ее ребенок… от тебя, да?! Она говорила, что отец малыша “очень большой человек”! И это был ты! - Отвращение подкатило к горлу. - И это ты написал письмо в королевскую канцелярию! Черт! Она ведь даже писать не умеет! - Яростное понимание жгло изнутри. - Чем ты ей угрожал, чтобы заставить свидетельствовать против меня?!

Стэн медленно обернулся. Его лицо больше не выражало насмешку. Теперь это была холодная, расчетливая жестокость хищника. Ухмылка была оскалом.

- Конечно тем, что убью ее маленького выродка, - произнес он четко, смакуя каждое слово, глядя мне прямо в глаза. - Алвар был прав - ты очень умная. Даже жаль… - Он сделал театральную паузу. - …что тебе никто не поверит, правда? Ты сгниешь в этом подвале, а твой принц… - он подчеркнул слово с издевкой, - …со своим верным дружком героически погибнут, пытаясь спасти земли Севера от злобных элементалей, которые вырвались из Огненной горы. Погибнут от этих самых тварей, которых ты так… обожаешь. - Он фальшиво вздохнул. - Какая ирония.

- К-какой еще принц? - прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног уже в который раз. Алвар? Принц?

Стэн рассмеялся, коротко и зло.

- Алвар, конечно! Ты до сих пор так и не поняла, дурочка? Он же наследный принц - Его Высочество Алвар, сын короля Хэлвира! Неужели он так тебе и не сказал? - Наслаждение от моего потрясения светилось в его глазах.

Вот так, не одна я пользуюсь поддельными именами. «Герцог» Алвар Крэйн оказался принцем. Смешно, да?

Мысли смешались. Да какая теперь разница, кто он! Важно, что он там, в смертельной опасности! Важно, что этот монстр…

- Ах, ты - сукин сын! - закричала я, вся трясясь от бессильной ярости, цепь злобно звякала. - Думаешь, король спустит с рук гибель сына?!

Стэн нагло ухмыльнулся, как будто я сказала что-то наивно-глупое.

- Почему нет? - пожал он плечами. - Кому мстить-то? Его убьют элементали. Так что это будет всего лишь несчастный случай. Еще один. Как тот, который случился с твоим папашей. - Он сделал паузу, наслаждаясь эффектом. Его глаза сверкали в полумраке. - Знаешь, я ведь тоже там был. Когда он погиб.

Слова ударили, как молот по наковальне. Мир сузился до его лица, до этой жуткой улыбки в пляшущем свете факела.

- Ты… ты убил его тоже?

- Конечно, я, - согласился он легко, будто говорил о раздавленной букашке. - А ты думала на моего папашу? Барон Хьюго - старый слизняк. Беззубый. - Он презрительно махнул рукой.

- Зачем?! - Голос сорвался на крик, полный непонимания и лютой ненависти. - Зачем тебе это все?! Просто убей меня! Если меня не станет, король обещал передать Дейнкурам титул и земли. Ты получишь все, что хотел. Только не надо больше смертей.

- Вот именно «если», - резко перебил он, его лицо на мгновение исказила злоба. - К тому же, Алвар со своим дружком могут прийти к таким же выводам, как и ты. Я не люблю рисковать. Они слишком много видели и слышали. Мне не нужны лишние свидетели. - Он снова усмехнулся, уже отходя к двери. - Спокойной ночи, кузина. Наслаждайся покоем. Он будет долгим.

Он ушел, а я бессильно прислонилась к ледяным камням. Прикрыла глаза и почувствовала, как апатия сменяется яростью.

Ах, если бы не эти цепи и решетка!

Волна леденящей апатии накатывала на меня раз за разом. Он убил отца Оливии - графа Глассер. Убьет Алвара. Уничтожит все.

Горечь и отчаяние заполняли рот, как пепел.

Да еще толчки становились все дольше и чаще. Раз за разом

Но затем… из самой глубины сознания поднялась ярость. Неистовая, всепоглощающая. Она сожгла апатию дотла. Она текла по венам вместо крови, горячая и ядовитая.

Стэнли. Чертов ублюдок!

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, почувствовав острую, ясную боль.

Как там говорил Алвар - сила мага в его эмоциях?

О, так этого добра у меня сейчас завались! Даже могу раздавать по воздуху, как вайфай. Бери, не хочу.

Я сосредоточилась на кандалах. Грубое, холодное железо, впившееся в запястья. Тысяча градусов, даже чуть больше. Цифра всплыла в памяти из далекого прошлого, из учебников "того" мира. Температура плавления чистого железа.

Моя магия была огнем - чистым, живым, он не обжигал меня. Но металл… металл другое дело. Он станет проводником жара, раскаленной ловушкой.

Неважно.

Я закрыла глаза, отгородившись от давящей тьмы. Внутри - только белый шум ярости. Гнев на Стэна. Гнев за Алвара, идущего в ловушку. Гнев за свое беспомощное положение. Гнев за Лили и ее ребенка.

Эта ярость была гигантским маховиком, раскручивающимся внутри. Я сбросила все тормоза. Я впустила его. Позволила ему заполнить каждую клеточку, превратиться в сконцентрированную энергию, бьющуюся о стенки плоти, ищущую выход.

Точкой выхода стали запястья. Мои руки.

Сначала - тепло. Приятное, как солнечный свет. Но оно нарастало. Стремительно. Через секунду стало горячо. Еще через мгновение - обжигающе. Железо кандалов начало ворчать, тихо поскрипывать. Потом - зашипело. Я почувствовала, как металл мягчает под пальцами, как его структура теряет жесткость.

Но вместе с этим пришла и боль. Настоящая, физическая, чудовищная боль.

Раскаленный металл прожигал ткань рукавов в мгновение ока. Потом он коснулся кожи.

Резкий, пронзительный укус, как от острого ножа.

Я вскрикнула сквозь стиснутые зубы. Запах… запах горелой ткани и паленой кожи ударил в нос, смешиваясь с сыростью подвала.

Боль была невыносимой.

Она рвалась наружу криком, но я сжала зубы до скрежета.

Слезы выступили на глазах, но тут же испарились от жара, который шел от меня.

Железо должно стать жидким. Должно! Я снова сконцентрировалась на ярости. На лице Стэна. На его словах: "Сгниешь в этом подвале". НЕТ! Я вдавила всю ненависть, весь страх, всю отчаянную волю к жизни в точку контакта с металлом.

Пш-ш-ш-ш!

Адская боль охватила запястья, будто кто-то влил туда расплавленный свинец. Да так оно и было.

Я завыла, не в силах больше сдержаться. Но все равно толкала огонь, заставляя его работать и плавить оковы. Кожа горела. Я чувствовала, как она пузырится и обугливается под раскаленным железом. Голову заливали волны тошноты от боли и запаха собственной плоти.

И вдруг - звяк! Один браслет, размягченный докрасна, не выдержал напряжения моей попытки рвануться, и его дужка лопнула! Раскаленные брызги металла шипя упали на мокрый камень пола. Одна рука свободна! Огненная агония в запястье достигла пика, но это был знак победы. Я перенесла всю концентрацию, всю ярость, всю нечеловеческую боль на вторую манжету. Еще несколько секунд нестерпимого ада… и второй кандал сдался.

Я рванула руку, отшвырнув прочь кусок докрасна раскаленного, деформированного металла. Он упал с глухим стуком, остывая в темноте.

Я стояла, тяжело дыша, трясясь как в лихорадке. Руки горели невыносимо, запястья были покрыты ужасными ожогами, боль пульсировала в такт бешеному сердцу.

Мои руки свободны.

Но я все еще была в каменном мешке. Передо мной - массивная, окованная железом дверь с решеткой. Расплавить ее? Я едва стояла от боли и истощения.

Отчаяние вновь стало наваливаться невыносимым грузом. Неужели зря?..

И вдруг - шорох в темноте коридора! Тихий, осторожный звук…

- Олли?! - прошептал знакомый, дрожащий от страха и надежды голосок.

- Риз?! - выдохнула я, не веря.

- Тссс! Батя, она тут! - шепот стал громче.

В проеме за решеткой, заливая подвал тусклым светом фонаря, стояли Риз, вся перемазанная сажей и с глазами, полными слез, и ее отец, массивный, хмурый, с набором отмычек в руке.

- Дерьмовый замок, - пробурчал басистый голос Ральфа Мингуса. - Позор кузнечному цеху. А вот решетка ничо такая. Сам ставил. Ну-ка, доча, свети сюда.

Послышался звук вставляемых в скважину инструментов - не ключа, а каких-то металлических штуковин. Ральф что-то бормотал себе под нос, его сильные руки работали точно и уверенно. Щелчок! Скрип! И… ура!

Дверь со скрипом приоткрылась. Кузнец быстро окинул меня взглядом, его глаза остановились на моих обугленных запястьях, на сброшенных кандалах. В его взгляде мелькнуло нечто - ужас? Уважение?

- Дела-а-а… Но хорошо, что без них. Их так не вскроешь, как дверь.

- Олли, твои руки! - вскрикнула Риз, бросаясь ко мне, но Ральф остановил ее.