Марина Межидова – Обрати на меня внимание (страница 5)

– Ну, вы поцеловались. Да, я поняла, – ее спокойствие и понимание стали для меня спасением. Я и представить себе не могла, что мое беспокойство было настолько велико. В ее словах не было ни осуждения, ни упрека, ни зависти. Я ощутила такую благодарность, что не могла всю дорогу нарадоваться простоте ее слов и ее добросердечности в мой адрес. Мне очень повезло с подругой, думала я.

Мы с Лией сильно отличались друг от друга и были полными противоположностями даже внешне. Что до характера, то Лия была спокойная, наблюдательная и всегда, всегда видела ситуацию чуть иначе, чем другие. Мне все в ней нравилось, долгое время мы, как я думала, души друг в друге не чаяли: я знала ее, а она знала меня. Так время и шло. Казалось, что помешать нашему взаимопониманию не может ничто, но любым отношениям случается забыться и увясть, или взорваться яркой вспышкой на темном небе и засиять в последнем прощальном танце. Мы с Лией попробовали и то, и другое, как ни странно. Но обо всем по порядку.

***

Зима понемногу стягивала свое ледяное одеяло с замерших улиц. Земля нагревалась под первыми теплыми лучами солнца. Едва заметные зеленые листочки уже украшали ветки деревьев, сияя, быть может, даже ярче, чем гирлянда на новогодней елке. Людям тоже больше не было нужды греться друг о друга, с этим вполне справлялась погода за окном, весна ступала на улицы города. Так было хорошо, так был свеж и чист воздух, еще с утра прохладный, но уже вкусно пахнущий. Я была рада наступлению весны. Наконец-то, мы могли сбросить груз со своих плеч в виде тяжелых пуховиков. Правда, я, как оказалось, должна была взвалить на себя более тяжкую ношу.

Быть третьей всегда тяжело. Сложно дружить втроем, сложно идти по тротуару втроем, сложно готовить проект на троих. Каждой твари по паре – это не столько необходимая мера на ковчеге, сколько необходимость за его пределами. Самое странное, что в глубине души я всегда представляла себе этот сценарий, ровно с этими героями, но только с приходом Габриэля в мою жизнь все худшие сценарии вдруг начали сбываться. Знаете, идешь себе по улице и думаешь: «да не страшно, никто не заметит зацепки на колготках». Но не успеваешь ты зайти в помещение, как кто-то бросает в твою сторону бестактный комментарий и все твои мысленные утешения выглядят простодушными. Вот так же и здесь. Я думала: «не может все случиться именно так, я все надумываю», но, когда Габриэль скрыл Лию из своих друзей, я поняла, что все, чего я боялась уже происходит. Вот как это произошло.

Не прошло и пары дней после моего разговора с Лией, как Габриэль подошел ко мне в коридоре университета во время перемены. Он только что вышел из аудитории и все еще был сосредоточен, не расслаблен до конца. Его строгое выражение лица напоминало мне статую, казалось, она не должна говорить, но все равно говорила.

– Напомни мне номер свой группы, – произнес он, и я продиктовала, хотя и удивилась его просьбе. – Ха, – усмехнулся Габриэль, вдруг снова став похожим на парня с озорством в глазах. – Я буду вести у тебя предмет ближайший месяц.

Я удивилась новости, даже слишком. Это больше расстроило, чем натолкнуло на мысли о большем количестве встреч с ним. Но несмотря на его уверенный тон, я решила, что могла произойти путаница. В моем расписании вообще не было предмета, который он мог вести, так что это больше походило на недоразумение.

Только речь шла не о французском языке, как оказалось, а о временном замещении преподавателя по Международной журналистике. Изучив внесенные изменения и расспросив парочку работников администрации, уже к вечеру я получила достоверный ответ, который совпадал со словами Габриэля.

Что теперь будет… Как это будет выглядеть? Он ведь теперь, по меньшей мере, мой преподаватель. В голове была каша, я была рада его присутствию в моей жизни, даже больше взволнованна, но тем не менее, видела риски. Я боялась стать шуткой, боялась осуждения знакомых за спиной, хотя отношения между студенткой и преподавателем были вовсе не новостью для моего учебного заведения. Скандал гремел на весь город за пару лет до моего поступления, но кто мог подумать, что новой причиной для скандала могу стать я! Я чувствовала себя дурацким клише, сюжетом для тупого романа. Все это несмотря на то, что внутри меня уже успели зародиться смешанные чувства к Габриэлю.

Как это часто бывает, ты почти не слышишь ничего, что тебе бы хотелось, но все равно не уходишь, потому что всякий раз надеешься, что потенциал вот-вот раскроется. Это что-то из мультфильмов, которые скармливают девочкам с раннего возраста. Вот еще немного осталось целовать лягушку, я уже близка к обличию принца, осталось потерпеть совсем чуть-чуть и....

Мы говорили, переписывались, виделись, пересекались, и ко всему прочему, вокруг даже мир перестраивался, чтобы этих встреч было как можно больше. А я все повторяла себе: «Тебе кажется» . В один из вечеров, когда привычное общение с Габриэлем зашло в тупик он вдруг попросил «спросить у него что-то компрометирующее». Я впала в ступор. Что это значило? Что вообще принято спрашивать у парней? Я была в замешательстве. Подумав над ответом, кажется, дольше, чем требовалось, я пришла только к вопросу о количестве девушек. Вопрос скорее должен был утолить его голод, чем мое собственное любопытство, потому что я не могла представить себе, чем эта информация может быть для меня полезна.

Мы говорили, переписывались, виделись, пересекались, и ко всему прочему, вокруг даже мир перестраивался, чтобы этих встреч было как можно больше. А я все повторяла себе: «Тебе кажется». Однажды мне показалось, что он делится чем-то личным, хотя, его слова и вызывали у меня вопросы, я решила их не задавать. Габриэль написал в одном из сообщений, что он «потерял свою невесту». Что ж, особого труда не составит представить, что эта фраза сделала с жалостливым сердцем молодой девушки. Что значило «потерял»? Она погибла? Ушла к другому? Лишилась рассудка? Вопросов была уйма, самый главный – можно ли верить этому? Во мне были сомнения, но я решила идти по пути жалости. Бедный, несчастный влюбленный! Ему что-то пришлось пережить, а значит его сердце не каменное, оно живое!

А в один из вечеров, когда привычное общение с Габриэлем зашло в тупик он вдруг попросил «спросить у него что-то компрометирующее». Я впала в ступор. Что это значило? Что вообще принято спрашивать у парней? Я была в замешательстве. Подумав над ответом, кажется, дольше, чем требовалось, я пришла только к вопросу о количестве девушек. Вопрос скорее должен был утолить его голод, чем мое собственное любопытство, потому что я не могла представить себе, чем эта информация может быть для меня полезна.

Цифра 8. Восемь девушек, в которых он был влюблен? Восемь девушек, с которыми он спал? Восемь девушек, с которыми он встречался? Мое упрямство и гордость не позволили меня расспросить об этом побольше. Наверное, он выдумал ее, решила я. Тем временем его вопросы обретали новую для меня форму, а его присутствие, в комнате или онлайн, поднимали бабочек у меня в животе. Недобрый знак, сказать по правде. Но некоторое время назад это еще продолжали считать за признак влюбленности. Я была влюблена, а его вопросы прямо или косвенно говорили мне, что он – нет.

«Ты девственница?»

Я оторопела. Да, знала, что придется отвечать на этот вопрос рано или поздно, но лучше бы еще спустя какое-то время. Я бросила взгляд на молитвенник, смиренно лежащий на прикроватной тумбе. Затем посмотрела на часы. В это время я обычно откладываю все дела и берусь за чтение молитв. В тот вечер я отошла от правил, коснувшись всего трех клавиш: «да» и отправить.

Ему пришелся по душе мой ответ. В скором времени переписка искрилась его вниманием ко мне и чем ближе я была к Габриэлю, тем дальше к себе. Я ложилась спать, отвернувшись от своей прикроватной тумбы, и от слов, которые хранила книга на ней. Теперь если я и молилась, то только прося не о том, чтобы Бог обратил на меня свой взор, а чтобы его обратил его раб.

***

Мама шумела на кухне, когда я вошла в квартиру. Ароматы запеченной курицы с картофелем витали по всему дому. Возможно, именно они притянули меня с порога на кухню, а, может, и мое желание поделиться чем-то личным. Наверное, я была в приподнятом настроении, раз пошла на такое, или, как тогда со мной случалось часто, я хотела услышать мнение со стороны. Услышать подтверждение от кого-то еще, что Габриэль… стоит того количества чувств, которые я уже испытывала за пару месяцев знакомства с ним.

– Мам, привет, – я бросила сумку на угловой диван и продолжила стоять, пока мама заметила мое присутствие.

– Маруся, ты вернулась? – ласково спросила мама.

– Ага. Слушай, мам…

– Вкусно пахнет? – она перебила меня и продолжила заниматься своим делом.

– А? Да. Да, очень. Ма, я хотела рассказать тебе кое-что… – мама не оборачивалась, продолжая сосредоточенно тыкать вилкой в курицу.

– Вроде готова, – проговаривала она себе под нос. – Можно доставать уже.

Я уже сдалась и схватилась за ручку сумки, чтобы унести подальше и ее, и себя, но мама, наконец, обратила на меня внимание.

– Что ты говорила? – ее простодушное выражение лица ставило меня в тупик. Эта женщина могла напрочь игнорировать мое существование, а затем так наивно хлопать глазами, когда я начинала сердиться.