Марина Мельникова – Тайны времени (страница 14)

— Скажи, охрана в замке есть?

— Есть, но небольшая, дворяне уехали с герцогом в монастырь.

«Стрелять в спины? Нет, не могу. Надо продвигаться в сторону замка, а там посмотреть, что к чему…»

Надев на предплечье белую повязку, Жан направился к выходу, держа руку с излучателем в кармане. Обезумевшая толпа с факелами, бросающими свой мерцающий свет на мечи, пики и топоры, бежала в сторону замка, сметая на своем пути все. Жан буквально сразу же оказался в самой гуще тяжело дышащих и орущих людей. Пока их объединяла эта белая повязка на левом рукаве. В воротах замка началась неуправляемая бойня. Кровь, вопли и стоны. Сняв белую повязку и став плечом к плечу с оборонявшимися, он отстреливал повстанцев одного за другим. Не ожидавшие появления такого магического подкрепления повстанцы пришли в замешательство, но их было гораздо больше замковой охраны. Применять другой, более эффективный режим стрельбы Жан не мог: враждующие стороны перемешались, как карточная колода, свои…чужие… Повстанцы, поняв, что главной причиной их неудачи явился высокий незнакомец, валивший одного за другим неведомым оружием, бросили все силы на его нейтрализацию. Жан отстреливался и отступал.

«Одно хорошо, заряд не заканчивается! — с иронией подумал он. — Интересно, как долго мы еще продержимся? Судя по количеству белых повязок, поток повстанцев не убывает».

Ему уже приходилось уворачиваться от рубящих ударов мечей, спасала реакция спортсмена. Было бы проще при свете дня, а не в мерцающей полутьме. Уникальная футболка под плащом не справлялась с отводом пота, однако плащ защищал от серьезных повреждений, как кольчуга. Жан знал, что, если останется жив, все его тело будет представлять собой сплошной саднящий синяк. Кольцо повстанцев сжималось вокруг него. Неожиданно рядом оказался рослый воин с мечом, казавшимся змеей в его руке. Молниеносно рассекая воздух, он косил тела врагов как траву.

— Отходи к стене, — крикнул он, — подкрепление близко.

Но не успел он произнести эти слова, как в ворота влетела конная гвардия с гербами де Фабре на плащах, оставляя за собой, справа и слева обезображенные трупы. Только сейчас, когда появилась возможность осмотреться и осознать масштаб битвы, в которую он был втянут провидением, Жан обомлел. Приторно-сладкий запах крови, пота и еще чего-то мерзкого были разлиты в ночном воздухе. Став участником средневековой бойни, он явственно ощутил всю зыбкость самой жизни.

— Ты здорово помог нам, — сказал ему рослый воин, отсалютовав.

— Что с ними будет?

Жан движением головы указал на группы людей, взятых в кольцо стражами замка.

— Да ничего особенного, — пожал плечами воин, — строптивых — повесят, а остальные опять присягнут на верность, отстоят свадьбу и по домам.

— Как просто у вас тут, — усмехнулся Жан. — Как зовут-то тебя?

— Можешь звать меня Клеман, отдыхай, да…Алисе ничего не говори… — ответил он и скрылся в толпе.

Глава 9

Молодой человек не помнил, как дошел до таверны и поднялся в номер, как рухнул на кровать и уснул. Его окутали туман и ощущение неимоверной усталости. В полдень он с усилием разлепил веки. Тело обрушило на него мышечную боль, саднили царапины, тупо болели синяки и ушибы. Одной рукой Жан нащупал спасительный рюкзак, где на все случаи жизни были припасены волшебные таблетки. Выбрав нужную и проглотив, он опять закрыл глаза. Мышцы расслабились, кровь веселее побежала по венам, а сон опять смыкал веки. Последним проблеском сознания была мысль: «Как там циркачи?»

Разбудили его трубные звуки и голоса глашатаев, возвещавших о начале торжественных мероприятий по случаю скорого венчания их дражайшего синьора. Жан с радостью ощутил, что силы к нему возвратились. Держа на подносе горячую аппетитно пахнущую еду, в комнату вошла Инес.

— Фея, ты исполнила мое самое заветное желание! — с непроизвольным стоном произнес Жан, каждой клеточкой тела ощущая неистовую мышечную боль.

Инес весело рассмеялась.

— Как меня только не называли, но звание феи особенно приятно. Ты проспал сутки…

Жан, перебив ее спросил:

— Все ваши целы?

— Слава богам, — ответила она и подняла глаза к небу, — нас вовремя предупредили, но найти тебя мы так и не смогли. Поешь, мы будем ждать тебя во дворе. Аугусто и Алисия вернулись домой, надо разведать, что да как…

Выйдя на улицу, он был поражен тем обстоятельством, что ничего не напоминало о минувшей бойне.

Ничего! Будто просто приснился ночной кошмар. Все было чинно и благородно, как в первый день их прибытия в вотчину де Фабре. Дойдя до замка, Инес махнула в сторону парка.

— Алисия в своем палисаднике, собирает лекарственные травы, так что удачи.

Сказав это, она повернулась и через минуту исчезла, как будто растворилась в воздухе.

С замиранием сердца Жан отправился в указанном направлении. Злость на Алису временно отошла на второй план. Приятный аромат трав и цветов возвестил о том, что цель близка. Едва перед ним предстала женщина в простом платье и высоко стянутым на затылке конским хвостом светлых волос, Жан понял — его старания вознаградились. Это, несомненно, была Алиса, склонившаяся над грядкой, спиной к нему. Жан хотел было окликнуть ее, но медлил. Сомнения начали терзать его со страшной силой.

«А если она, как и Марта, меня не вспомнит?..»

Он стоял бы долго, не решаясь заговорить, но появившаяся девочка с плетеными корзинками, предназначавшимися для собранной Алисой травы, заставила девушку распрямить спину и обратить внимание на замершего мужчину.

— Мать моя, мамочка, — прошептала по-русски Алиса, — ущипните меня.

Несколько человек подбежали к ней выполнять приказание. Она запищала, уворачиваясь от услужливых рук.

— И когда же ты успела научить их русскому? — со смехом проговорил молодой человек.

Опешившая Алиса не могла сдвинуться с места. Она, словно завороженная, не сводила глаз с мужчины, вызывая тем самым недоумение слуг.

— Ты что, увидела привидение? — не выдержал Жан. — Это же я, а не черт с рогами.

Алиса, вышедшая из транса, подбежала к молодому человеку, встряхивая в возбуждении головой:

— Не может быть, этого не может быть…

Слезы радости брызнули из ее глаз. Она стояла перед ним такая же, как он ее запомнил: открытый взгляд темно-серых, как у отца, глаз, точеный носик, острый подбородок. Светлые волосы изрядно отросли и в хвосте были перевиты жемчужными нитями.

— Не может быть, — все повторяла она, уткнувшись в грудь молодого человека.

— Хватит, ну хватит, иначе и я сейчас разревусь, — растерянно пробормотал Жан, не зная, что делать с плачущей девушкой.

Женские слезы всегда вводили его в состояние ступора, он боялся их, как черт ладана.

— Я уже и не думала, и не предполагала, что когда-нибудь… что кто-нибудь… — шмыгала она носом.

Ее хрупкие плечи тряслись, выдавая рыдания. Жан сжал их ладонями.

— Все хорошо, я пришел за тобой, — вполголоса проговорил он, — попозже мы отправимся домой! Только вначале вымыться бы, хм… чешусь.

Алиса отшатнулась:

— Я прикажу истопить баню.

— Баню?

Она рассмеялась:

— Ну, не ходить же тебе грязным!

— Логично, ну а домой-то ты собираешься?

— Подожди, я не могу вот так сразу…

Жан рассмеялся:

— Ну, мать, ты даешь! То чуть с ума не сошла от радости при встрече, теперь тебе нужно еще о чем-то думать! Вы все, очевидно, тут свихнулись. Точно свихнулись! — Жан снова начал раздражаться. — С вами, с женщинами, нужна железная выдержка…

Через какое-то время чистого, как младенца, Жана проводили к Алисе в большой сводчатый зал с арочными окнами и колоннами посредине. Помещение производило грандиозное впечатление. Мебель из драгоценных пород деревьев, тяжелые мраморные вазы с пышными белыми цветами, гобелены ручной работы, словно из кинофильмов о средних веках. Жан видел слуг в темных одеждах, разносивших канделябры, серебряную посуду, стопки белья с пучками базилика и мяты поверх них. Он испытывал странные чувства, очутившись в Зазеркалье. С одной стороны, ему казалось, что он попал в приветливый дом, где большая радушная семья собирается вместе у камина. А с другой, он чувствовал себя некомфортно в мире, где история и культура смешивались так непредсказуемо, что о безопасности не могло идти и речи. И глядя на этот богатый средневековый замок, Жан ощущал себя не в своей тарелке.

Вечеринка для путешественника во времени обещала быть на славу. Огромный стол, способный вместить роту солдат, ломился от обилия свежих, ароматных блюд. Запеченная индейка, небольшие булочки с маслом, горкой возвышавшиеся на круглых блюдах, тускло подсвеченные пламенем огня изящные бокалы с вином, тонко нарезанные овощи, жареная рыба неизвестных сортов, украшенная веточками зелени. Во главе стола сидела Алиса, сменившая простое платье на роскошное голубое — настоящее произведение портновского искусства. Высокая прическа была искусно уложена и задрапирована жемчужной сеткой.

— А ты цветешь, — констатировал Жан, подойдя ближе.

— Стараюсь, — Алиса пожала плечами.

— Я в этом мире недавно, но уже заметил, что здесь, как в калейдоскопе, все смешалось. Древнеримские боги прекрасно соседствуют с католическими священниками. Народ молится в церквях и одновременно приносит жертвы в языческих храмах. Что происходит?

— Ты прав. У меня сложилось такое же впечатление.