Марина Медведева – Ведьма Долины Роз. Потерянная во времени (страница 10)

Лорелея выпалила все одним духом и вздохнула. Зачем она рассказала это едва знакомому мальчику?

– Ты такая смелая, – Грегуар бросил на девочку восхищенный взгляд. – И отлично дерешься. Знаешь, из нас выйдет неплохая команда. Я колдую, ты сражаешься. Куда бы мы ни направились – будем иметь успех.

– Для этого надо вырасти, – возразила Лорелея. – Мы — еще дети, и нас никто не будет воспринимать всерьез.

– Это же здорово! – хитро улыбнулся Грегуар. – Детей никогда не воспринимают всерьез, а они подчас умеют много больше и лучше взрослых.

Время пролетело быстрой стрелой, и дети с сожалением поднялись и направились обратно к порталу. Лорелея подобрала и надела брошенные сапоги и привычно взялась за левую руку Грегуара. Когда-нибудь они вернутся в Сумрачный лес. Непременно.

– Все молодцы! – хвалила учеников мистресса Элена. – Кроме Фунчика, который, как обычно, не смог пересилить свой страх и весь урок просидел возле портала.

Фунчик, щуплый тролленок, грустно вздохнул, тряхнув кудрявой головой:

– Мы, тролли, не прыгаем в порталы. Нам и на земле неплохо, – ворчал Фунчик, когда они втроем уже бежали по коридору. – Я много раз пытался объяснить это Элене, но она до того упрямая. И слышать не хочет об особенностях троллей. Будто не понимает: если полезу в портал, со мной непременно случится что-то плохое. Колдовское окно убьет меня или забросит так далеко, что ни один маг не сыщет.

Лорелея поискала глазами Айвену и увидела, что та оживленно болтает с красивым людом в дорогой одежде. Парень был старше, высокий и крепкий. На смуглом, южном лице ярко блестели синие глаза, опушенные длинными ресницами. Густые брови почти сходились на переносице, отчего казалось, что он хмурится. Стройное, упругое тело красиво обтягивал синий камзол, расшитый серебром. Горячий взгляд Айвены был устремлен на лицо парня, его же лицо выражало холодное равнодушие.

– Кто этот люд? – спросила Лорелея у Грегуара. – Ну, тот, на которого пялится Айвена.

Грегуар наморщил длинный нос и презрительно хмыкнул:

– Патрик Валлентайн из Озерного Края. У его родных куча золота, и он вечно задирает нос. С такими, как я или Фунчик, даже разговаривать не станет. Впрочем, и Айвена для него лишь игрушка. Ее семья разорилась, а Валлентайны никогда не вступают в союз с нищими.

– Потому они и богаты, – пожала плечами Лорелея и вновь глянула на красавчика Патрика. Ей не понравился его напыщенный вид. Будто гусь на урожайной ярмарке. Глядя, как Айвена крутится перед ним, заискивает, пытается привлечь внимание, Лорелее захотелось как следует врезать Валлентайну, чтобы сбить с него спесь.

– С ним лучше не связываться, – зашептал Грегуар. Видно, перехватил недобрый взгляд подруги, брошенный в сторону Патрика. – Его родители жертвуют много золота Облачному Пределу. Ты же знаешь, что Предел существует только за счет пожертвований. Валлентайн постоянно обижает учеников, и его ни разу за это не наказали. Таких лучше обходить стороной.

– Не собираюсь обходить его стороной, – фыркнула Лорелея. – Как он смеет так относиться к другим? Знатный род – не оправдание. Сам-то он еще ничего не стоит. Как у него насчет магии?

– Не очень, – довольно хмыкнул Грегуар. – На слабом бытовом уровне. Видела, что он вошел в портал вместе с Айвеной? В одиночку он и крошечную дырку в пространстве не осилит.

– Кажется, он и в драке не блещет способностями, – Лорелея вспомнила, как неуклюже Патрик обращался с деревянным мечом. – Победить такого – легче некуда.

– Даже не думай! – предостерег Грегуар. – Мессиры тут же вступятся за него и в качестве наказания посадят тебя в темную келью.

– Что за темная келья?

– Каменный мешок без звука и света. Когда попадаешь туда, кажется, что ты умер. Жуткое место!

Судя по дрожащему голосу парня, ему уже довелось побывать в темной келье.

– Тогда нужно действовать хитро. Поверь, у меня хватит ума и ловкости, чтобы обдурить этого зазнавшегося гуся. Айвена не должна так унижаться перед ним. Ее род не менее знатен.

Наступило время обеда, и все ученики повернули к трапезной.

– Я голоден, как тролль после битвы, – пыхтел на бегу Грегуар. Лорелея спешила за ним и недоумевала: зачем торопиться?

– Стой, не беги. Разве еды на всех не хватит?

– Те, кто придут последними, будут убирать со столов.

Лорелея встрепенулась и тоже перешла на бег. Убирать со столов не хотелось.

На обед ученикам подали густой тыквенный суп, кусок баранины и горбушку черного хлеба. Лорелея быстро съела свою порцию и принялась разглядывать других учеников. Напротив нее за столом сидела девочка-гном с кудрявыми волосами пепельного цвета. Бледное лицо и прозрачные голубые глаза делали ее похожей на небесную фею, посланницу Ламелии, покровительницы Шалрейна. На девочке было белое платье и тонкая золотая цепочка с кулоном в форме полумесяца.

– Я – Лорелея из клана Яновира, – она через стол протянула соседке руку.

Девочка задумчиво посмотрела на нее и тихо ответила:

– Я – Фэйрла Вэнс. Моя семья владеет рудниками на юге Зубастых гор. Ты на какой ступени?

– Точно не знаю. Я совсем не владею магией.

– Тогда что ты здесь делаешь? – Фэйрла удивленно подняла тонкие светлые брови.

– Сама не знаю. Кажется, я – пленница мессира Януара.

– Ты его видела? Сам мессир Януара удостоил тебя аудиенции? – лицо Фэйрлы оживилось, глаза блестели любопытством.

– Да, в первый день мы виделись. С ним и с мессиром Вильгельмом, который привел меня сюда.

– Тогда ты – важный гость. Я учусь на второй ступени и ни разу не встречала мессира Януара. Он не общается с учениками и подолгу не выходит из своих покоев.

Лорелея вдруг вспомнила, как мессир Януара назвал ее «Дитя Вне Времени». Что это значит? Она – особенная? Может, ему было любопытно взглянуть на нее. К тому же, он знал, что эльфы – ее приемная семья. А что, если его интерес вызван тем, что она – дочь людской ведьмы? Лорелея почувствовала, как рубашка на ее спине взмокла от пота.

Вдруг Януару нужна ее мать Лилли, а она, Лорелея, лишь приманка? В тот день, когда Лилли затянуло в портал, она сделала что-то неординарное, непостижимое даже для магов. И они во что бы то ни стало хотят узнать, как у нее получилось. Лорелея знала, что Лилли далеко от нее и не может сюда вернуться. Ведь если бы могла, уже вернулась бы. Она верила, что Лилли крепко любит ее, свою родную дочь, и ни за что не оставила бы ее, будь на то ее выбор. Лорелея не забыла, что Лилли уже бросила ее, новорожденную, десять лет назад. Просто она задвинула это на задворки своей памяти туда, куда она не любила заглядывать, чтобы не было больно.

После обеда Айвена позвала ее погулять в Ледяном Саду. На сегодня уроки закончились, и ученикам полагалось провести остаток дня в магической библиотеке, либо занять его иными полезными делами. Девочки прошли несколько коридоров и лестниц, полных учеников, и свернули в широкую ледяную арку, которая светилась мягким голубым светом.

Лорелея вошла и восхищенно ахнула. Своды ледяного зала устремлялись ввысь. С округлого потолка тянулись ажурные сосульки, мерцающие серебром, а все пространство заполняли прозрачные ледяные фигуры, настолько прекрасные, будто их изваял скульптор-маг. В центре возвышалась статуя Небесной Хранительницы с развевающимися за спиной ледяными волосами и строгими глазами. По сторонам виднелись статуи Ламелии, хранительницы эльфов, магистра Ясина и других знаменитых магов и покровителей. Лорелея бродила меж скульптур, пытаясь отыскать Первых Магов, статуи которых видела в городском совете Шалрейна, но так и не нашла. Либо скульптор придал им другие, незнакомые ей черты. Кроме статуй в саду были деревянные скамейки, окруженные ледяными деревьями с прозрачными листьями.

– Кто сотворил эту красоту? – спросила она Айвену.

– Думаю, тот, кто это сделал, воспользовался магией, – вздохнула эльфийка. – Посмотри, какие тонкие, изящные листья у этого клена. Разве может смертный создать такое дерево?

Лорелея бережно прикоснулась к кленовому листу и даже лизнула его языком. Обычный лед, но ведь как чудесно!

– Я люблю приходить сюда, – сказала Айвена. – Здесь холодно, и ученики не часто посещают это место. Предпочитают каминный зал, где можно играть в карты, рисовать на стенах магические картины или тайком попивать украденное на кухне медовое вино.

– Значит, ты любишь одиночество? – Лорелея присела на скамью и тут же вскочила – холодно.

– Учись, как надо, – усмехнулась Айвена. Она сбросила с плеч куртку, постелила ее на скамью и села. Лорелея поступила так же, но при этом поежилась. Без куртки мерзли плечи и руки, а на головой скамье попа.

– Иногда мне хочется побыть одной, вдали от шума и издевательств. А в келье меня вечно кто-то отвлекает, зовет куда-то. Грегуар считает, что может входить ко мне, когда вздумается. Я выросла в одной комнате с братом и с детства мечтаю пожить одна.

– Тебе повезло – у тебя есть брат, – возразила Лорелея. Ее зубы немного стучали от холода. – Я – единственное дитя и жила со взрослыми. Каждый из них вечно норовил поучать и воспитывать меня.

Лорелея посмотрела на Айвену. Эльфийка сидела прямо, как натянутая струна, с высоко поднятым подбородком. Ей, вдруг, захотелось, уколоть девочку и она насмешливо спросила:

– Видела, как ты смотрела на того красавчика Патрика. Он тебе нравится?