Марина Комарова – Кобра. Аска из клана змей (страница 28)
Харука успела отбиться от моего снаряда. Мисаки не зевала и лупила снежками по всем подряд.
– Стреляй в Аску! Пусть покажет, за что ей Ячихаро отметку хорошую поставил! – звонко крикнула она.
– Стреляю! – неведомо откуда донесся голос Сату, и весомый снежок понесся прямо в меня.
Я присела, пульнула свой вперед, не целясь.
– Прибыло подкрепление! Окружай коварную Шенгай! – завопил кто-то из свиты Сату.
А ну да, вот ее подружайки прибыли. Станет старше – далеко пойдет, вон как ловко девиц вымуштровала. Прямо завидно немного, талант!
Пока я отвлеклась, снежок прилетел прямо мне в лоб. В голове загудело, я шлепнулась на землю.
– Аска! – вскрикнула Мисаки.
Дождавшись, пока картинка перед глазами восстановится, я сгребла рядом снег и затаилась. Сату, иди-ка сюда. Или кто там так хорошо целится?
Девчонки начали переговариваться. Кажется, они не ждали, что я так рухну и не буду двигаться. Все равно им видны только мои спина и затылок.
– Дура! Ты же в голову попала! – послышался крик Харуки.
– Да я-то что?
О, дорогая Кёко, так это ты меня так приложила. Запомню, что не стоит крутиться рядом, когда ты кидаешься чем-то тяжелым. Голова мне еще пригодится, как и другие части тела. Слава Плетунье, удар оказался не таким сильным, поэтому я была вполне готова к новой атаке.
Едва девчонки подошли ближе, я шустро вскочила на ноги и запустила порядком подтаявшим снежком в девчонок. Только внезапно снежный ком вспыхнул фиолетовой рёку и помчался с такой скоростью, что все стоящие на его пути отлетели в разные стороны.
В этот момент открылась дверь, и у ступенек появился учитель Коджи.
Снежок несся прямо в него.
«Капец тебе, Аска», – промелькнула мысль, и стало дурно.
Догнать не успею, разве что рухнуть и притвориться спящей. До весны. Как медведи, которые живут в лесу и не любят, когда их тревожат праздные гуляки.
Коджи, не отрывая взгляда от раскрытой книги, вскинул руку. Снежок разлетелся на тысячи снежинок, закружившихся в воздухе. Я раскрыла рот, девчонки дружно охнули.
– Аска, если хочешь меня убить, то придумай что-то поизящнее, – сказал Коджи невозмутимо.
А потом поднял на меня взгляд. В черных глазах плясали насмешливые искорки. Нет, не так. Азартные и насмешливые. Я поздно сообразила, что надо было быть настороже, потому что через мгновение обзор закрыл не пойми откуда взявшийся снежок, летящий мне в лоб.
Взвизгнув, я выставила руку, ударяя кулаком со вспыхнувшей рёку по снежку. Последний почему-то не разлетелся во все стороны, а помчался назад к Коджи. Тот, в свою очередь, отправил его ко мне одним четким ударом ребром ладони. Я сориентировалась и быстро начертила кандзи «Отражение». Снежок влепился в него, кандзи засверкал фиолетовым светом. Миг – от снега ничего не осталось.
Никто так и не произнес ни слова.
Зато уголки губ Коджи подрагивали в намеке на улыбку. И это было чем-то новеньким. Что его так позабавило? Наша возня на снегу или же самому стало скучно, поэтому решил проучить Аску, расшвыривающуюся снегом где попало?
– Реакция неплохая, – наконец произнес он. – Но тренироваться надо. Тогда будете ловить все, что к вам летит, сразу и не дожидаясь, пока стукнет по голове. Посмотрите на кандзи Аски. Он должен был отразить снежок, но вместо этого уничтожил. Какие ваши мысли?
– Аска плохо пишет кандзи, – буркнула Сату, не глядя на меня.
– Не пошла правильно подпитка рёку? – осторожно предположила Мисаки.
– Аска отлично пишет кандзи, – все же улыбнулся Коджи, только мне захотелось спрятаться за спину какого-нибудь цуми. Ибо цуми и то милее будет.
Правда, радовало, что Коджи смотрел не на меня, а на Сату. Надо ей отдать должное, не струхнула и не попятилась, а стояла словно струна. И на лице была такая невозмутимость, что ух! Я даже позавидовала. Ибо в его интонации явно читалось: «Не то что ты, ученица Икэда».
Коджи тем временем повернулся к Мисаки.
– А вот твое предложение уже ближе. – И тут он посмотрел на меня. – Нельзя забывать о правильном порядке начертания кандзи. Именно так рёку втекает в каждую черту. Если последовательность черт перепутана, то кандзи изначально получается со смещенным вектором, и результат получается совсем не тот.
– А вы и каллиграфию ведете? – восхищенно спросила Чоу.
Ну да, ему еще только каллиграфию вести. Но Чоу только на первом курсе, она могла банально не интересоваться именно предметом Коджи. Возможно, им самим заинтересовалась только после нашей поездки в Нодзу.
Но сейчас, стоя перед ним и тихонечко отряхивая снег с волос и одежды, я искренне радовалась, что у нас этот предмет читала Тэхико.
– Демонологию, – ответил Коджи. – Встретимся на третьем курсе, ученица Чоу.
Та разве что не зарделась. Кажется, в армии влюбленных учениц стало на одну больше. Ну или девочка просто смутилась, а я – язва.
– Аска, что ты скривилась так, будто слопала медового колобка, а в нем оказалась начинка из лимона? – спросил Коджи, даже не поворачиваясь ко мне.
– Ничего и не кривилась! – возмутилась я. – Просто думаю о том, как… как…
– Как будет прилежно учить демонологию ночами и днями, – хмыкнула Харука.
Ах ты ж! Ну подстава!
– А дополнительные занятия будут? – тут же оживилась Сату, почувствовав свободу для маневров с подколками. – А то некоторые ученицы не способны сразу усвоить материал.
– Будут, – невозмутимо ответил Коджи. – Особо одаренных мы сразу выводим к цуми. Так можно очень быстро сдать практические занятия и даже получить возможность не сдавать экзамен.
Все резко побледнели.
Я сглотнула. Что-то как-то мне не нравятся эти практические занятия. Лучше я буду теорию зубрить. Ибо давно известно, что знания – багаж невесомый, много не тянет. Поэтому обойдусь как-то стандартной программой.
Коджи хотел еще что-то сказать, но вдруг резко нахмурился и сунул руку в карман штанов. Спустя секунду на его ладони оказался один из тех черных кристаллов, которые стояли в кабинетах и, как оказалось, носили учителя. Средство для связи: вкладываешь свою рёку, передаешь мысль – кристалл получателя вибрирует, и при касании можно считать послание. Только сейчас кристалл полыхал раскаленным рубином.
Коджи тихо ругнулся и метнулся назад в школу.
Мы только успели переглянуться.
– Что могло его так всполошить? – задумчиво спросила я.
Но лучше бы не спрашивала.
Глава 4
Огонь факелов бросал отблески на наши хмурые лица. Небо давно потемнело, но звезд не было – его полностью затянуло тучами.
Всё оказалось плохо.
Ученик школы Токугава пропал в лесу. Ушел вчера вечером. А два часа назад над черными вершинами елей вспыхнуло алое зарево. Зарево, окруженное пляшущими рубиновыми огнями.
Нас собрали в кратчайшие сроки, разделили на отряды, снабдили оружием и кристаллами.
– Смотреть в оба, – отрывисто, по-военному четко, давал распоряжения директор Тэцуя, глядя на нас. – Если находите что-то подозрительное, тут же сообщаете другим. Кристаллы связи сработают безотказно, даже если окажетесь под землей.
Он указал на красную часть неба, инородную и жуткую, будто какой огромный монстр разверз пасть.
Я невольно вспомнила мадо-норои и передернула плечами. Об этом думать буду потом.
– Это – ритуальное жертвоприношение. Пока сложно понять, кто именно им занялся, но расслабляться не стоит. Мы должны найти Аки, в прошлом члена клана Икэда. Четвертый курс, рост выше среднего, черные волосы, шрам на правой щеке, хромает. Он может быть цел и невредимым, может быть ранен. Красный цвет показывает, что жертвоприношение рассчитано на сутки. При таких сразу… – Он поджал губы, на мгновение запнувшись. – При таких человека сразу не убивают.
Мы это знали. Классификацию жертвоприношений, ритуалов и прошений богам, основанных на человеческой крови и плоти, проходили на первом курсе. Потому что это то, о чем не хочется думать, но обязательно нужно знать. Есть люди, которые ходят в храм и молят богов о помощи. А есть те, кто взывает к темным сущностям, и те откликаются очень быстро. Беда, что среди богов тоже есть темные сущности. И прячутся они очень умело.
Хорошо, что кто-то из учителей школы Токугава увидел алые искры и сразу кинулся к директору. А тот уже поднял тревогу и отправил запрос о помощи в школу Годзэн.
– Если видите что-то подозрительное – не лезть на рожон. Один в поле не воин, – снова повторил Тэцуя то, что говорил сразу после построения. – Все поняли?
Раздался нестройный хор ответов.
В какой-то момент я поняла, что директор смотрит прямо на меня. Оставалось только кивнуть. Не собираюсь я никуда лезть! Но, кажется, там нас спрашивать не будут.
Сейчас каждая ученица прекрасно понимает, что кроме твари, которая устроила жертвоприношение, двуногой и чокнутой, есть еще другие: рогатые и с черно-багровой кожей. Цуми ошалеют от счастья, когда в лес ломанется столько народу. Правда… учитывая, что каждый будет защищаться зубами, то легкой добычи не будет.
– Сначала пускаете рёку, потом идете сами, – тем временем продолжал Тэцуя. – Сила предупредит вас о возможных ловушках. Кто-то призвал темноту и расшатал Границу. Цуми теперь легче выбраться из своих нор. Вопросы?