Марина Гостневская – Клиника доктора Паркинсона (страница 4)

Навстречу ей попалась миссис Моррис.

– Ах вот ты где! Ну что, освоилась?

– Да, тут очень чисто и красиво.

Про жуткое видение в душевой, девушка, естественно, промолчала. Еще не хватало, чтобы ее приняли за душевнобольную. Да и не было там ничего, просто мыло попало в глаза и вызвало странную галлюцинацию.

– Хозяин любит чистоту, – светилась счастьем миссис Моррис.

– Хозяин? – переспросила девушка и прикусила язык. Может у них так принято? Но обычно руководителей подобных заведений называют главврачом или директором.

– Главного врача и, по совместительству, учредителя клиники, зовут мистер Паркинсон. Но иногда за глаза мы называем его Хозяином. Он очень великодушный человек, его все здесь очень любят. Уверена, что Вам он тоже понравится, – расплылась в улыбке старшая сестра.

– Это разве клиника? – снова спросила девушка.

В объявлении заведение значилось, как хоспис. Для клиники у Милы не хватит опыта, ведь она мало что умеет в качестве профессиональной медсестры.

– По документам это хоспис, – поджала губы миссис Моррис, – но мистер Паркинсон предпочитает называть его клиникой. Он считает, что даже самому безнадежному больному необходимо оставить шанс на выздоровление. Мы сейчас как раз идем к профессору, он всегда беседует с новичками, независимо от должности, на которую их принимают. Мы здесь все, как одна большая семья.

Мила вежливо улыбнулась, а внутри напряглась. А вдруг она не понравится главному врачу? Или не сможет ответить на какой-нибудь сложный вопрос из области медицины? И мистер Паркинсон решит, что она не обладает должной квалификацией, чтобы работать в таком пафосном заведении. А ей совсем некуда идти и даже не хватит денег на обратную дорогу. Но делать нечего, девушка вздохнула и направилась следом за старшей сестрой.

Хоспис и правда выглядел круто. Широкие мраморные лестницы, современный ремонт, просторные холлы с мягкими диванами, повсюду множество цветов и кадки с фикусами. А на стенах в местах общего пользования висят большие плазменные панели.

– Это зоны отдыха, – на бегу комментировала миссис Моррис, – на первом и втором этажах палаты для больных, в отдельной пристройке кухня и столовая. Но многим пациентам мы приносим еду прямо в комнату. Вот там процедурная, смотровой кабинет, скоро сами все увидите. Кабинет мистера Паркинсона и его ассистента, доктора Боуви находится на втором этаже.

Несмотря на полное телосложение и немолодой возраст, миссис Моррис неслась по лестнице, как молодая лань.

Коридор, где располагались кабинеты руководства выглядел еще богаче – на полу наборный паркет из ценных пород дерева. Мила видела такой, когда ходила в музей. На стенах старинные картины в добротных рамах, большинство сюжетов на библейскую тематику, темные двери с позолоченными ручками. Миссис Моррис постучала в одну из них.

– Войдите, – послышался глухой голос.

Видимо двери хорошо подавляли звуки.

– Мистер Паркинсон, позвольте представить. Это наша новая медицинская сестра, Мила Эванс.

Девушка вежливо поздоровалась и замерла у двери.

– Проходите, не стесняйтесь, – улыбнулся профессор и указал на стул.

– Я Вас оставлю. Если понадоблюсь, позовите, – и миссис Моррис вышла в коридор.

– Расскажите мне о себе, – профессор сцепил руки в замок и посмотрел на Милу внимательными голубыми глазами.

Он был немолод и напоминал доброго доктора из детского мультика. Пухленький, беленький, с аккуратной седой бородкой, на носу очки, которые делали его взгляд немного рассеянным.

– Не стесняйтесь, мы все здесь, как одна большая семья. Не сомневаюсь, что Вам у нас понравится, – доктор подбодрил оробевшую Милу.

Девушка начала рассказывать свою нехитрую биографию: где родилась, где училась. Назвала и последнее место работы.

– Родственники есть? Братья, сестры?

– Только мама.

– Ну и отлично, – профессор остался доволен собеседованием, хотя совершенно не поинтересовался ее навыками и умениями.

– Я хочу немного рассказать Вам о нашей клинике. Я не очень люблю слово «хоспис», от него веет какой-то безнадежностью, не находите?

Мила послушно кивнула.

– У нас проживают люди разной возрастной категории, все они очень больны. Но я считаю, что у каждого человека есть шанс на выздоровление. Так что мы лечим всех, несмотря на смертный приговор, который подписали им другие врачи. Наши пациенты дали согласие на альтернативное лечение, но этот вопрос будет вне зоны Вашей ответственности. Вы просто будете ухаживать за пациентами, давать им лекарства, ставить капельницы в соответствии с лечением, которое назначу я или мой ассистент, доктор Боуви. Между прочим, очень талантливый молодой человек, без него я бы не справился.

– Вам здесь нравится? – неожиданно осведомился профессор.

– Да, очень, – искренне ответила Мила, – все очень чисто и красиво.

– Вот и чудненько! – обрадовался доктор, – для нас очень важно, чтобы персонал клиники чувствовал себя комфортно. Как вы заметили, мы живем на удалении от города и никаких особенных развлечений в округе нет. Не каждый захочет жить в полной изоляции от внешнего мира, так что мы стараемся сделать пребывание людей максимально удобным. То же самое относится и к пациентам. Не скрою, большинство из них действительно умирают, ведь их болезни неизлечимы. И даже если мы не сможем им помочь, то прикладываем все усилия, чтобы их последние дни были счастливыми. Вы готовы помогать этим несчастным вместе с нами?

– Да, конечно, – согласилась Мила. В муниципальном доме престарелых никто из врачей о таком даже не думал. А старшая сестра могла запросто пожелать кому-либо из пациентов сдохнуть побыстрее.

– Вы очень добрая и милая девушка. И я очень рад, что у Вас осталось сострадание. Сейчас это редкое качество для молодежи.

Профессор выдержал недолгую паузу и продолжил:

– Миссис Моррис введет Вас в курс дела. Если адаптация пройдет успешно, то месяца через три мы поднимем Вам зарплату еще на тридцать процентов.

Ничего себе! Да это целое состояние.

– Спасибо! – Мила была искренне благодарна доброму доктору.

– Изоляцию от общества и отсутствие развлечений надо чем-то компенсировать, – развел руками профессор и опять заулыбался. Около глаз собрались мелкие морщинки, – а то все кадры разбегутся. Если что-то понадобиться или возникнут вопросы смело обращайтесь ко мне или к доктору Боуви. Мы с радостью Вам поможем.

– Большое спасибо, – снова поблагодарила счастливая Мила.

Ей реально повезло. Жить в старинном особняке, пусть и вдалеке от города, не тратить деньги на еду и одежду, да еще получить солидную прибавку к зарплате! О таком можно было только мечтать! Надо приложить все усилия, чтобы остаться в клинике подольше.

Когда девушка попрощалась с профессором и собралась покинуть кабинет, мистер Паркинсон неожиданно ее остановил:

– Мила, перед началом работы, Вам придется подписать бумаги о неразглашении информации. Врачебная тайна, да и пациенты или их родственники не хотели бы утечки персональных данных. Я уверен, что это формальность, Вы порядочная девушка и просто так болтать не станете. Но все же документы необходимо подписать.

– Да, конечно, я все подпишу, – послушно пролепетала Мила.

– И еще. У нас есть отличная библиотека здесь на втором этаже. Я лично собирал все книги, так что можете читать, сколько угодно. Только большая просьба не выносить их за пределы помещения.

Мила в очередной раз поблагодарила мистера Паркинсона и выскользнула за дверь.

Глава 4. Мила. Особняк с секретом

Прошло почти три месяца с даты приезда Милы в загородный хоспис. Точнее клинику, как просил называть особняк профессор Паркинсон.

За это время девушка вполне освоилась со своими рабочими обязанностями, которые оказались не такими уж сложными. От нее требовалось вовремя дать пациентам лекарства, поставить капельницу, померить давление. Когда кому-то становилось плохо, девушка немедленно вызывала доктора Боуви или старшую сестру миссис Моррис, и они сами занимались сложным пациентом, а ее отправляли за дверь. Может оно и к лучшему, смотреть на агонию умирающего и понимать, что помочь ты не в силах для молодой девушки было бы тяжело.

Обычно в клинике проживало не более двадцати пяти пациентов. У каждого имелась отдельная комната, гораздо более комфортная, чем у персонала. Там стояла удобная кровать, телевизор, кресло, шкаф и комод. Некоторые постояльцы просили принести им письменный стол или просто украшали палату милыми сердцу мелочами – любимыми картинами, фотографиями в рамках, комнатными растениями или шторами с цветами. Так что клиника совершенно не напоминала казенное учреждение, скорее уютную гостиницу с медицинским обслуживанием.

Для такого количества пациентов в хосписе было много обслуживающего персонала – несколько медсестер во главе с миссис Моррис, два медбрата, повар с помощниками, несколько уборщиц и даже садовник, он же разнорабочий. А вот врачей в клинике проживало только двое – профессор Паркинсон и его ассистент, доктор Боуви. Но видимо, богатые люди привыкли, что вокруг них носится толпа людей, готовая выполнять их малейшие прихоти.

После ада в муниципальном доме престарелых, Миле показалось, что она попала в рай. Ну или в длительный отпуск. Конечно, некоторые пациенты были тяжелыми, счет их жизни шел на дни, если не на часы. Но большинство подопечных все же чувствовали себя неплохо, сами себя обслуживали, довольно шустро передвигались по зданию и даже гуляли в парке вокруг клиники.