Марина Эльденберт – Спящее пламя Ферверна. Книга 2 (страница 10)

Я представила, как отец заходит и видит… то, что видит, и кашлянула. М-да, Вэйду здорово повезло, что у него все еще есть отец.

— И вам с этим было окей? — уточнила я у Танны.

— Да, я привыкла. Если бы мы дрались всякий раз, как мой муж объяснял актрисам, певицам и остальным, как работает шоу-бизнес, и как вывести зрителя на эмоции, Вэйда бы не было.

— Я все еще здесь, — напомнил Вэйд.

— Конечно, ты здесь. Все потому что у меня просто шелковое терпение.

Отец Вэйда издал странный звук, что-то среднее между смешком и попыткой виара срыгнуть шерсть.

— К моей семье нужно привыкнуть, — наградив мать тяжелым взглядом, сообщил Вэйд.

— Зато теперь я знаю, почему ты вырос таким.

Уверена, если бы я сказала нечто подобное в кругу собственной семьи или у Вайдхэнов, меня бы не поняли. Но здесь меня поняли прекрасно, больше того, судя по тому, как дрогнул уголок губ у Джермана, вообще сочли комплиментом.

— Продолжай в том же духе, и станешь частью нашей семьи раньше, чем успеешь вздохнуть, — сказала Танна.

— Мам!

— Все в порядке, — фыркнула я. — У меня отличное чувство юмора.

— А я не шучу. Мне, между прочим, внуков хочется.

— Мам! — Рука Вэйда под моей стала просто каменной.

— Что это была за постановка? — перебила я опасную тему, в которую мы все влетели как-то ну очень остро. — Та, которая так и осталась проектом?

— Мы называли ее Ильеррская Севера, — хмыкнул Гроу.

— Не может быть! Вы собирались ставить шоу по истории Райяори Ламеррской?

Отец Вэйда посмотрел на меня еще чуть более пристально.

— Да. А что?

— Просто я писала по ней курсовую, и мой танец… — я осеклась. — Мое последнее выступление было о ней.

Договорить у нас не получилось: флайс пошел на снижение, наш основательно удлиннившийся кортеж — Халлораны, Вайдхэны, мы, все наши безопасники — заходили в воздушный коридор над зданием Совета Правления один за другим.

Мы опустились на верхнюю стоянку и в сопровождении Халлоранов первыми выдвинулись по зеркальному рукаву перехода в здание.

— Нас ждет предварительное внутреннее разбирательство, — произнес Дархарр Халлоран, — и по его результатам мы уже будем решать, что делать дальше.

— Допросите меня, — предложила я. — С помощью приказа.

— Если на вас действительно воздействовали отложенным приказом, это может вас убить. — Правящий и Председатель совета Аронгары посмотрел на меня в упор. — Или полностью разрушить ваш мозг и ваше сознание. Вы не знали об этом, ферна Ландерстерг?

Я вздохнула. Конечно, я знала. Я знала это все, но…

— Сделайте вид, что хотите меня допросить.

Халлоран сдвинул брови, а я продолжила:

— Я не могу выдвинуть встречное обвинение против Роархарна Вайдхэна. Потому что все, что я сейчас скажу, будет воспринято как действие под приказом и невменяемость. Но если он действительно что-то со мной сделал, он себя выдаст.

— Это…

— Отличная идея, — перебил сына Рэйнар Халлоран. А после обратился уже ко мне: — Как далеко вы готовы зайти, ферна Ландерстерг?

Я спокойно встретила его взгляд и ответила:

— Не дальше, чем зашел он.

Халлоран-старший прищурился, как будто меня изучал, но я уже привыкла к подобным взглядам. Такое было в порядке вещей с самого детства, когда я для начала стала той самой диковинкой — иртханесса, дочь сильнейшего иртхана, но без пламени. Потом это перекочевало во взрослую жизнь, когда я давала интервью, все пытались рассмотреть во мне что-то, невидимое глазу. Но почему-то именно сейчас я ощутила, что меня рассматривают на равных.

Халлоран-старший уже не правил, но он был легендой Аронгары, да и всего мира, пожалуй, и сейчас он смотрел на меня, как мог бы смотреть на правящего, с которым ему предстоит диалог. Осознание этого отозвалось внутри тонкой звенящей струной беспокойства, но я ее легко остановила. В конце концов, меня готовили к работе в дипломатическом корпусе. Не зря же я потратила столько лет на обучение и столько нервов на подготовку к экзаменам.

— Дархарр, — он кивнул сыну, и тот отдал приказ вальцгардам:

— Сопроводите Гранхарсенов в комнату ожидания.

Вэйд снова посмотрел на меня.

— Мне кажется, я заново узнаю тебя каждый день, Ятта Хеллирия Ландерстерг.

В том, что он вот так называет меня по имени — полным именем, было что-то особенное. Как и в том сумасшествии, что мы с ним разогнались от полного радиомолчания до чего-то… чему я и сама пока не могла дать определения за одни сутки? Справедливости ради, мы с ним общались и до вчерашнего дня, вот только наше вчерашнее общение я не помнила.

Но если бы мы были одни, я бы точно сказала ему, что рядом с ним я сама узнаю себя заново каждый день. Сейчас же просто коснулась его руки.

— Я пойду с ними, — произнесла Леона Халлоран, обращаясь больше к мужу, чем ко всем остальным. Я увидела, какими взглядами они обменялись, и поняла, что между ними все еще настолько же остро, как и было когда-то. И всю жизнь.

Когда я думала о своем союзе с Роа, я мечтала о чем-то подобном. Но чем взрослее мы становились, тем отчетливее я понимала, что мои чувства к нему никогда не перерастут наши обязанности. Я пыталась разбудить в себе что-то большее, но у меня не получилось. Наверное, это было к лучшему. Потому что если бы я испытывала рядом с ним даже десятую долю тех чувств, о которых грезила, его поступок превратил бы меня в пыль.

Хотя, если уж говорить откровенно, я бы точно не простила ему Нису. С такими чувствами измену простить нельзя.

Или можно?

Думать об этом сейчас было лишним, в особенности потому что мы с Халлоранами ушли в одну сторону, а Вэйд с семьей в другую. У нас забрали верхнюю одежду и выдали кольца с датчиками жизненных показателей и схемами здания Совета (на случай, если кто-то потеряется).

Мы свернули в сторону кольцевого коридора и оказались под куполом. Зимнее солнце лилось сквозь него, раскрашивая напольную фреску, изображающую совет правления древности и оборот дракона. Я не представляла, сколько ей лет (отец рассказывал о ней, еще когда я была маленькая), но фреска и впрямь выглядела впечатляюще.

Солнце падало на нее так, что оборот дракона казался реалистичным, как будто он вот-вот расправит крылья и взлетит. Долго на нее смотреть у меня не получилось, потому что Халлораны увели меня дальше, в один из коридоров-лучей, и спустя буквально пару минут мы оказались в кабинете-переговорной. Здесь солнце пробивалось сквозь жалюзи, строгая и лаконичная обстановка, количество стульев вокруг небольшого стола (всего четыре) говорили о том, что в этом кабинете проходят серьезные переговоры в очень узком кругу.

— Ферна Ландерстерг, — Дархарр отодвинул для меня стул, и я опустилась на него.

— Ятта, — Халлоран-старший посмотрел на меня. — То, что вы предлагаете — весьма опасный ход. Особенно учитывая, кто в этом замешан. Поэтому мне нужно знать все, что имеет значение, перед тем, как мы продолжим. Танна Гранхарсен обрисовала мне ситуацию в общих чертах, но мы сейчас балансируем на крайне тонком лезвии, с которого очень легко соскользнуть в бездну мирового конфликта.

— Особенно учитывая напряженность обстановки в целом, — поддержал отца Дархарр. Он смотрел на меня, и я встретила его взгляд прямым ответным взглядом в упор. Без тени стеснения.

— Я это понимаю. Но я вряд ли скажу что-то новое, кроме того, что вы уже знаете. Моя память и сознание сейчас не лучшие свидетели.

— И все-таки.

Я рассказала все, что смогла вспомнить. Начиная с нашей переписки с Вэйдом и заканчивая тем, что мне показала геолокация. Разумеется, это не было прямым доказательством причастности Роа, но это было хоть что-то. Он прекрасно понимал, на что идет, когда ломал мое сознание, поэтому, когда я говорила «не дальше, чем зашел он», я не кривила душой.

— Гранхарсен обвинил его в том же самом, — произнес Дархарр, когда я замолчала. — Точнее, он пришел с этим к его отцу. Но Вайдхэны сыграли на опережение.

— Не думаю, что сыграли все Вайдхэны, — сказала я.

— Почему вы так в этом уверены?

— Потому что я знаю эту семью.

— Вы знали, на что способен ваш будущий муж? — вопрос Дархарра прозвучал как выстрел в упор из лазерного пистолета. Меня поразил холод и жесткость в его голосе. Если не сказать жестокость.

— Нет, но я уверена, что Бенгарн Вайдхэн не из тех, кто станет такое прикрывать.

— Даже если ему придется оставить свой пост и поступиться своим мировым влиянием?

— Дархарр, — Халлоран-старший постучал пальцами по столу, привлекая к себе внимание.

Сын перевел на него взгляд такой же холодный, как фервернские многовековые льды.

— Нам осталось согласовать это с вашим отцом, Ятта, — произнес Рэйнар, — без его согласия мы, увы, не сможем этого сделать.

Дархарр коснулся коммуникатора.