Марина Джокович – Косовский пион (страница 1)
Косовский пион
Если Косово не является нашим,
почему они просят отдать его? Если
Косово их, то почему они его
отнимают? Если же они могут его
взять, то что же им мешает?
От автора
Сюжет основан на реальных событиях. Действующие лица и персонажи вымышлены. Автор осуждает курение, употребление алкоголя, прием психотропных средств. Мнения героев не отражают позицию автора.
В оформлении обложки использовано изображение, созданное при помощи нейросети Кандинский (платформа Fusion Brain).
Предисловие
***
Спина затекла. Но двигаться не хотелось. Одолевала дурнота. Наваливался сон. Неманя сидел на полу, прислонившись к стене. Руки безвольно повисли на сутулых плечах. За то время, что его держали в старом сарае, мышцы стали дряблыми. Сам он потерял килограмм десять веса. Но возвращаться в плен к албанцам парень не собирался ни при каких обстоятельствах. Да и нового плена, в сущности, не предвиделось. В лучшем случае они доживут до утра, и их пристрелят на месте. А в худшем... Неманя не хотел даже думать об этом.
Он оторвал взгляд от пола. В полумраке можно было разглядеть как слева, у окна с выбитой рамой, полицейский готовит наблюдательную позицию, из которой ему будет удобно стрелять. Перед ним стояла коробка, куда он собрал всё оставленное в здании и найденное ими оружие. На столе покоился раскрытый чемодан переносной радиостанции. Ни выйти в эфир, ни поймать чью-либо передачу им не удалось. Чуть дальше, лицом к противоположной стене, склонив голову под иконой святого Лазаря, усердно молился священник. Вероятно, в этот момент Бог был единственным, кто мог их услышать.
Неманя посмотрел за окно. Было видно, как освещённая последними лучами солнца дорога уходила в поля. Здесь, на юге, настала пора цветения пионов. Повинуясь ветру, который ночью дул с гор на границе, крупные головы цветов медленно качались. Потоки кроваво-красных на освещенных участках и тёмно-малиновых в тени цветов, казалось, стекали со склонов в долину. Даже издали своим разбитым носом парень мог чувствовать их сладковатый молочный аромат. Сердце переполняла трепетом и тоской живая рана их земли – Космет.
***
Космет, Косово и Метохия, – историческое название края на юге Сербии, который является колыбелью сербской государственности и одним из центров балканского православия. В национальном самосознании край стал символом народной трагедии, когда в 1389-м году объединенное войско сербов и боснийцев потерпело на Косовом поле поражение от турок, после чего Балканы на пять веков попали под власть Османской империи. При коммунистах полное название региона, в переводе «Метохия» означает «церковная земля», по понятным причинам было изъято из официального обращения и сокращено до Косово.
Во время Второй мировой войны Косово находилось под властью итальянских фашистов. Их лидер Бенито Муссолини отдал территорию края соседней Албании. Исторически албанцы проживали в Косово, но не составляли существенной части населения. С переходом территории к Албании этнический состав края начал меняться. По Косово прокатилась волна карательных операций. Многие сербы были вынуждены бежать, вместо них на эти земли массово переселялись албанцы.
После окончания войны к власти в Югославии, получившей федеративное устройство, пришёл Йосип Броз Тито. Он был настроен примирить сербов с албанцами, по некоторым сведениям намереваясь включить Албанию в состав федерации. Но после его смерти в стране обострились межнациональные и религиозные противоречия.
О выходе из состава Югославии объявили сразу четыре из шести республик: Словения, Хорватия, Босния и Герцеговина и Македония. К концу апреля 1992 года в Союзную Республику Югославию (СРЮ) входили Сербия и Черногория. Албанцы в Косово также хотели отделиться, но поскольку край никогда не имел статуса республики, то независимости не получил.
Однако, косовские сепаратисты не оставили идею об отделении, создавая в крае параллельные албанские структуры власти. Ещё в 1991 году в Косово был проведен нелегальный референдум, по итогам которого албанские националисты провозгласили непризнанную «Республику Косово», избрав президентом Ибрагима Ругову.
В 1996–1997 годах ситуация в Косово и Метохии усугубилась. На территории края стали активно действовать вооруженные албанские группировки, провозгласившие себя «Армией освобождения Косова» (сокращённо АОК или УЧК от алб. Ushtria Çlirimtare e Kosovës, UÇK). Боевики держали в страхе местное сербское население, занимаясь погромами и убийствами, вынуждая людей покидать свои дома, а также нападали на югославскую полицию. Террористические акты АОК спровоцировали ответные действия югославских сил правопорядка, что к февралю 1998 года вылилось в крупномасштабные кровопролитные вооруженные столкновения.
В сентябре 1998-го года обострившееся противостояние привлекло к себе внимание ООН. Совет Безопасности ООН одобрил резолюцию №1199, которая требовала от властей Югославии и руководства косовских албанцев обеспечить прекращение огня в Косово и незамедлительно начать переговоры.
В октябре 1998 года в Белград прибыл специальный американский посланник Ричард Холбрук. После нескольких дней переговоров президент СРЮ Слободан Милошевич согласился на перемирие, которое предусматривало вывод из Косово части югославских военных и полицейских сил, введение в край наблюдательной миссии ОБСЕ1[1], а также давало НАТО право патрулировать Косово с воздуха. Наблюдательную миссию возглавил американский дипломат Уильям Уокер, тесно связанный с ЦРУ.
В последующие месяцы заключённое перемирие нарушалось обеими сторонами. А дальнейшие переговоры, которые проходили во французском Рамбуйе, зашли в тупик. Президент СРЮ Слободан Милошевич, отстаивавший целостность и суверенитет своей страны, отказывался подписать соглашение, которое предполагало введение войск НАТО, фактически поддерживавших террористическую организацию албанского меньшинства, на территорию Югославии.
Немаловажно, что Милошевич также отказался открыть на территории Косово, в городе Урошевац, на 40 км южнее Приштины, военную базу, предложение о строительстве которой он получил от США ещё в 1998-м году.
А 1999-й год должен был стать для Североатлантического Альянса юбилейным. Блок отмечал 50-летие своего существования. Руководству во что бы то ни стало требовалось продемонстрировать жизнеспособность организации особенно на фоне разворачивавшегося в Белом Доме скандала. Общественный резонанс вызвал роман, случившийся в 1998 году между 49-летним президентом США Биллом Клинтоном и 25-летней сотрудницей Белого дома Моникой Левински. Расследование привело к попытке импичмента президента Клинтона Палатой представителей Конгресса США.
Глава 1. Неманя
– Ристич! Подожди, иди сюда! – по коридору второго этажа здания Республиканского геодезического управления почти бежал плотно сбитый мужчина.
Была уже половина шестого, и рабочий день завершился. Неманя Ристич зашёл в Управление только чтобы сдать отчётные документы по выездам и оставить в лаборатории пробы, взятые их рабочей группой за сегодня. Он поднялся в здание как был: в верхней одежде. И теперь ему было жарко, и он хотел поскорее выйти на улицу. А оттого ещё более досадно было услышать голос начальника третьего отдела. Неманя обернулся:
– Господин Марич?
Мужчина шумно выдохнул. То ли потому что запыхался во время бега по коридору, то ли от облегчения, что парень остановился, и теперь какая-то проблема отдела будет решена. Ничего не говоря, инженер Златан Марич махнул рукой, чтобы сотрудник следовал за ним в кабинет.
В кабинете пахло пылью. Со стола начальника отдела было убрано всё, кроме листка с записью, сделанной от руки. Это намекало на то, что Марич тоже уже собирался уходить, но что-то заставило его задержаться. Мужчина пропустил Неманю внутрь и закрыл дверь, хотя на этаже к этому времени всё равно никого не оставалось.
– Ристич, выручай, – сказал начальник третьего отдела, предлагая сотруднику присесть, хотя сам остался на ногах. – У нас завтра запланирован выезд группы в Косово и Метохию. Местное бюро попросило помощи, сами не справляются со своим кадастром... – по интонациям Марича было вполне ясно,
И Неманя подумал, что по большому счёту всем должно быть без разницы, знает ли он какого-то Агима или нет.
– Чтобы, если вдруг придется с албанцами взаимодействовать, было бы с языком попроще, – продолжил свою мысль Марич: вроде бы пояснил, а вроде бы и запутал. – Так он сегодня не вышел на работу, взял больничный! – хлопнул внезапно пухлой ладошкой по столу начальник отдела.
Неманя понял и то, что этот хлопок, такой резкий, относился вовсе не к больничному, а выдавал какую-то иную обеспокоенность Марича, которую инженер держал в себе.
– Кем его прямо сейчас заменить ума не приложу, а заказ очень важный... – тут Златан Марич уперся кулаками в столешницу, нависнув над собственным столом, и заглянул в лежавший на нём листок.