Марина Джокович – Косовский пион (страница 4)

Что скрывалось в Косовска-Митровице за выражением «землеустроительная экспертиза», группа смогла прочувствовать, когда микроавтобус остановился на выезде из Винарце. Неманя даже не сразу понял, где их объект. Однако, выйдя из машины, увидел на отшибе небольшую каменную церковь. Чтобы подобраться к ней, пришлось идти через строительный мусор и колючую сухую траву, пережившую зиму. Тропинка, если здесь когда-то и была, то оказалась давно не хоженой. Друг за дружкой члены группы дошли до строения. Вблизи обнаружилось, что церковь покинута: место пролома в области дверного проёма было аккуратно заколочено.

– Разрушена в ходе Второй Мировой войны, зарегистрирована как «народное достояние», – прокомментировал из-за спин работников Синиша, шедший последним.

– И что нам тут делать? – покосился на начальника Неманя, озвучив вопрос, возникший у всех.

– Ты же слышал – это «достояние», – Синиша посмотрел на церковь и перекрестился. – Значит, надо замерять, собирать точные данные о расположении объекта, оформлять технический план, потому что если даже при строительстве тут какие-то документы и были, то всё давно уже утрачено.

– То есть всё по полной? – на всякий случай уточнил сотрудник четвёртого отдела, которого, как выяснилось за завтраком, звали Срджан.

– А как вы думали? Всё по-взрослому, – Николич подмигнул и отправился обратно к машине, чтобы достать привезённое с собой оборудование.

– А название? – крикнул ему вслед Неманя.

Глава группы обернулся.

– Не сохранилось названия, – потёр затылок Синиша. – Но я выяснил, что в Винарце слава3[3]– Никольдан. Значит, можно считать, что и церковь была святого Николая.

Всё с этим рассуждением согласились. И принялись за работу, потому что было её немало. Хорошо, что погода выдалась ясной. Даже не ясной, а... Неманя посмотрел на небо: оно было синим, но всё в таких полосках облаков, как будто пересекалось в нём множество следов от самолетов. А солнце пробивалось сквозь них и смотрело на крышу церкви и на маленьких людей, приехавших сюда выполнять работу, которая была такой же как они маленькой частью какого-то большого неизвестного им плана... Потом Неманя ещё не раз вспоминал это небо, но тогда он и не догадывался, что оно могло знаменовать.

Вторым объектом для экспертизы и пунктом назначения группы из Белграда в тот день стала также разрушенная во время Второй Мировой войны, но восстановленная после церковь за кладбищем Жеровницы. И не была она зарегистрирована ни как церковь, ни как здание. Вообще никак.

Но здесь, хотя бы было понятно, что за зданием и за территорией следили и по праздникам вели службы. На входе была табличка, оповещавшая, что храм носит имя святого Саввы.

– С чего будем начинать? – посмотрел на Синишу Николича Неманя.

Перед тем как ответить, руководитель группы выдохнул и обвёл взглядом всех своих подчинённых:

– Здесь понадобятся не только замеры, но и полная юридическая регистрация. Сделаем так, – почесал он затылок, – Неманя и Лейла выполняют топографическую съемку и замер фасада. Заполнением документов для оформления занимаются коллеги из четвёртого отдела. Срджан и Милютин как раз специалистами по кадастру, правильно я говорю?

Мужчины дружно кивнули.

– А я пока спрошу у соседей, знают ли откуда приезжают проводить службу, – закончил распределение обязанностей Николич.

Но идти мужчине далеко не пришлось. Активное движение незнакомых людей возле храма привлекло внимание местных жителей. И по направлению к группе, прибывшей из Белграда, уже двигался мужчина в рясе. Синиша, как глава группы, поприветствовал его:

– Добрый день, моя фамилия Николич, нас направили из геодезического управления, – он протянул своё удостоверение. – Приехали, чтобы зарегистрировать здание храма. Это вы здесь служите?

– Отец Харитон, – протянул руку священнослужитель, даже не взглянув на удостоверение. – Я из прихода в Баньской, но и тут службы периодически провожу. Очень уж местные просят.

– Тогда, может быть вы знаете, – уточнил Николич, – сохранились ли где-то записи относительно этой постройки?

– Есть некоторые документы, – подтвердил отец Харитон. – Но мы их здесь не оставляем. Знаете, всякое бывает, – он не стал уточнять, что именно.

И Синиша Николич как будто бы и так знал, о чём речь. И остальные воде бы даже если и не знали, то чувствовали, что происходящее тут было странным. И, наверняка, это слово «всякое» должно было всё объяснить, но...

– Если хотите, я попрошу, чтобы их принесли, – предложил священнослужитель.

– Вы нам очень поможете, – поблагодарил Николич.

Отец Харитон махнул рукой парню с вилами, который остался стоять у своего двора, но наблюдал за разговором священника с приезжими, как и жители почти всех домов на окраине села. Когда парень приблизился, отец Харитон шепнул ему что-то и вслух добавил:

– Документы хранятся у одной из семей. Сейчас их достанут.

Пока парень бегал за бумагами, а глава группы беседовал с отцом Харитоном, Неманя установил треногу, а на неё тахеометр. Взглянув на скучающую Лейлу, он предложил:

– Хочешь потренироваться?

Девушка без особого энтузиазма кивнула и взялась за работу. Вопросов она не задавала, ничего не уточняла, и уж точно не собиралась заводить разговоров. Поэтому, постояв пару минут рядом, Неманя оставил её выполнять измерения.

Срджан и Милютин расположились чуть в стороне. Они готовили акт обследования, на основе которого с учетом данных собранных Лейлой, можно будет оформлять межевой и технический план. Им помощь тоже не требовалась. А солнце между тем припекало и, стянув с головы шапку, Неманя отправился к машине за водой. Но, не дойдя, остановился у разрушенной каменной кладки, на которой присели глава группы и священнослужитель.

– А как вообще такая ситуация сложилась, что церковь стоит, а на планах её нет? – спросил Ристич, обращаясь к тому, кто мог бы ему хоть что-то здесь пояснить.

– Церквей нет, значит это и не «метохия», – ответил отец Харитон. – Поэтому они и говорят про себя просто Косово.

Неманя задумался, не заметив, как сзади подошла Лейла.

– Я закончила, – сообщила она.

И Неманя не знал, слышала ли она заданный им вопрос, но подумал, что это названное вслух «они» наверняка её задевало.

– Отлично, – ответил девушке Синиша Николич и поднялся. – Если Срджан и Милтюн также заканчивают, то будем собираться.

Неманя перекрестился лицом к церкви и стал убирать оборудование в машину.

– … и чтобы не было больше неразграниченных участков и бесхозяйной недвижимости, – настаивал перед отъездом Синиша, и священник в такт его слов кивал, – мы не будем забирать у вас документы, но отнесите их в управление Косовска-Митровицы. Там снимут копии и приложат к той документации, что мы сегодня оформили.

Николич пожал руку отцу Харитону и полез в салон. А священнослужитель и парень с вилами стояли на дороге, пока микроавтобус не скрылся из виду.

К вечеру они вернулись в Косовска-Митровицу, и Николич всех распустил. За день работы на улице Неманя устал, но покидать город, совсем не осмотревшись, ему не хотелось. Всё же должны были быть какие-то плюсы в его работе. Знакомство с новыми городами, разве не плюс? Молодой человек был бы не против пройтись в компании, но глава группы отправлял факсы в Белград, коллеги из четвёртого отдела играли в бильярд, водитель Владан поехал заправлять автомобиль, а Лейла куда-то пропала.

В итоге Неманя пошёл один. Город жил своей обычной жизнью: на площадях возле баров, чувствуя приближение весны, собиралась молодежь, в кафе жарили мясо... Неманя пересёк жилой квартал и вышел на набережную Ибара. Не такую впечатляющую как Дунайская. Но всё же приветливую. Чистую. Со скамейками. Впереди у моста он заметил скопление людей. Молодому человеку стало интересно, и он двинулся в сторону столпотворения. С виду всё походило на мирную демонстрацию. Но уже на подходе появились полицейские. Они остановили молодого человека и настоятельно посоветовали уйти.

Любопытство Немани боролось с нежеланием быть случайно задержанным. В командировке это было лишним. Ещё минут двадцать Неманя простоял, глядя на происходящее издалека, но так толком ничего и не понял. И как-то в обход побрёл к памятнику царю Лазарю.

– Что происходит на набережной? – спросил Неманя у администратора, отвечавшего за проживание в апартаментах над рестораном.

– Всё то же, – неохотно ответил администратор.

И Неманя пошёл наверх в свою комнату.

На следующее утро Неманя уже без звонка спустился вниз. Синиша Николич вручил ему пакет с завтраком и сообщил, что через полчаса они уезжают в Приштину. Водитель Владан, сопровождавший их, отправился готовить микроавтобус. А остальные – собираться.

Группа как и прежде погрузилась в автомобиль. Каждый занял то же место, что и при первом долгом переезде. И микроавтобус, не привлекая постороннего внимания, покинул северную часть Косовска-Митровицы. Его провожали трубы предприятий промышленного комплекса «Трепча» – Владан поехал в объезд, чтобы не пересекать город, а сразу выбраться на шоссе. Погода, радовавшая накануне, испортилась. Было пасмурно, влажно и тоскливо. Капли тумана оседали на стекле. Неманя думал, что это странно, ведь уже готовились цвести сливы, но вдруг пришло это похолодание...