Марина Дамич – Русалка для прокурора (страница 11)
Пока она приводит себя в порядок после заплыва под водой, я заказываю доставку еды в ресторане греческой кухни, которая пользуется особой популярностью в Сочи.
Снимаю с себя свитер, оставшись в темно-серой футболке. Жарко. На улице тепло по московским меркам, еще и отопление работает на полную мощность. Не выдерживаю и включаю кондиционер.
Больше всего меня подогревает мое живое воображение, как Афина стоит под душем и…
Так, надо себя держать в руках и контролировать свои желания. Если эта женщина должна остаться со мной, и я уже крестных нашим детям подбираю, то я постараюсь сделать все, чтобы ей было комфортно со мной.
Бутылка красного вина, купленная мной еще по приезду в Сочи, дождалась своего часа. Достаю его из холодильника, чтобы чуть нагрелось к моменту, когда привезут еду.
Очень странное ощущение. Будто мне не тридцать пять. И я не взрослый мужчина, который продумывает все шаги наперед. Я привык, что даже самый хреновый план лучше, чем его отсутствие.
Но Афина…
Непредсказуемая, взбалмошная, пугливая, и в то же время задорная.
Меня она не боится, а вот мою власть – очень даже.
Пока я хожу в смятении по квартире, пытаясь придумать способы уговорить Афину остаться со мной, она выходит из душа. Вода перестает шуметь, но она включает фен. Не привыкла общаться с мужчиной не во всеоружии?
Ее красота – это и правда оружие. Яростное и убийственное. Я смотрю в ее бирюзовые глаза каждый раз и тону, будто в море. Много времени я работал над собой, чтобы контролировать свои эмоции, быть беспристрастным и расчетливым.
Но Афина все во мне переворачивает…
Я уверен, что любую проблему можно решить. Я с огромным удовольствием помогу ей. Правда, хочу, чтобы сама рассказала. Пришла ко мне. Нет, меня просить не нужно. Я хочу лишь доверия с ее стороны.
Фен затихает, но Афина не сразу выходит из ванной.
Я устраиваюсь на большом диване, включаю приглушенный свет, потому что вечер приносит с собой сумерки и сгущающуюся тьму.
Делаю вид, что сижу в телефоне, хотя я бессмысленно листаю ленту в соцсетях. Я слышу, как открывается дверь и с трудом подавляю желание встать, схватить Афину и утащить ее в спальню. Пусть рассказывает о себе, пока я наслаждаюсь ее потрясающим телом.
Поднимаю глаза на нее. Она умудрилась в походных условиях мягкими волнами уложить волосы и нанести макияж. Замечаю, что она ставит достаточно большую сумку знаменитого парижского дома моды на свободное кресло. Сама стоит передо мной, уперев руки в бока. Джинсы и водолазка идеально сидят на ее великолепной фигуре.
Значит, в сумке располагается ее походный набор – что объяснимо ее работой. Но хуже всего то, что эта сумка стоит несколько сотен тысяч рублей. И нет, Афина не будет ходить с подделкой.
Очень интересно.
– Сейчас привезут ужин, – откинувшись на диване, я с вызовом улыбаюсь. Мне ничего не стоит дернуть ее на себя, усадить к себе на колени… Но пусть, пожалуй, подумает пару минут, что у нее все под контролем. Расслабится и…
– Я с тобой спать не буду сегодня. У меня критические дни начались, – сбивает мой настрой Афина, обыденно и пошло сообщая мне о своей физиологии. Точно, пытается строить из себя проститутку. Она реально думает, что меня это остановит или отвратит от нее?
– Афина, я не понимаю, зачем ты так себя ведешь. Мы вполне можем поужинать вместе и узнать друг друга чуточку лучше. Нам очень нужно поговорить.
Я встаю. Ей приходится сделать шаг назад, потому что мне не хватает места – я притяну и прижму ее к себе.
– Отпусти меня. В последний раз тебя прошу. И это закончится для нас обоих хорошо, – тихо просит она, когда я сокращаю расстояние между нами.
– Нет, – шепчу, наклоняясь к ее губам.
– Ты хочешь проблем? – робеет Афина, но все же старается сохранять лицо. Маска стервозности и статусности не помогает спрятать ее природное любопытство и страстную натуру.
– Я не хочу, чтобы наши отношения заканчивались, – беру ее руки в свои. В квартире жарко, но ее ладони влажные и ледяные. – Не бойся меня, Афина.
– У нас отношения и не начинались, – парирует, искренне так думая.
Она сопротивляется до последнего, но я касаюсь губами уголка ее чувственного рта. Ее губы покрыты вкусным фруктовым блеском.
– Ты можешь ничего не бояться рядом со мной, – мягко убеждаю ее.
– А кто меня защитит от себя? – шепчет она, обвивая руками мою шею.
Я нетерпеливо вдыхаю запах Афины и раскрываю ее губы. Мягкие, чувственные, ранимые. Она достойна нежности и любви, но целуя ее, я примеряю и ощущаю ее горечь от предательства. Кончиком языка обвожу ее губы,
– Не бойся, – тихо прошу ее, надеясь, что она послушает меня.
Но она снова делает шаг назад.
А в квартире раздается звонок домофона.
Глава 13. Афина
От губ Ивана и его слов мое сердце порхает, как птичка. Но от звонка домофона пульс ускоряется еще быстрее.
Я не могу это контролировать. Это сильнее меня. Вжилось буквально под кожу и управляет мной.
Первые мысли, которые возникают при этом – меня нашли, за мной пришли, и я сейчас сполна отведаю кровожадной мести.
– Еду привезли, – улыбаясь, объясняет мне Иван.
Я невольно ловлю его за руку и пытаюсь удержать.
– А вдруг не еда? – не контролируя себя и свой страх, беспокоюсь.
Иван застывает и вмиг становится серьезным. Тут же делает шаг назад, ко мне, и хватает меня за плечи.
– Так, все! Хватит! – сурово рычит на меня. – Я сейчас заберу еду у курьера, и за ужином ты мне все расскажешь.
От его интонации и выражения лица у меня мороз по коже. Куда подевался красивый и заботливый мужчина? Вместо него передо мной представитель власти, требующий чистосердечного признания. Меня потом ждет жесткий приговор, и я…
Иван, вопреки своим словам и металлу в голосе, прижимает меня к себе и ласково гладит по голове. Я не могу сдержать слез, но прячу их, уткнувшись в его плечо.
Звук домофона раздражает нервную систему похлеще страшной музыки из триллеров.
– Задолбали, – ругается Иван и неохотно отпускает меня, чтобы ответить и впустить курьера в дом. Он нажимает на кнопку на домофоне в стене у двери и на небольшом дисплее появляется видео. И правда курьер. Молодой паренек с логотипом ресторана на куртке.
Мне стыдно за свою паническую атаку. Я вытираю рукавом непрошенные слезы, размазывая макияж. Я так старательно его наносила в ванной, чтобы быть красивой. Зачем? Произвести впечатление на мужчину?
Кажется, он и так в полном офигевании от происходящего. На месте Ивана я бы бежала от такой как я. Причем, как можно быстрее.
Ведь и правда – он может найти себе любую девушку. Вообще. Уверена, в Москве за ним, наверняка, толпа охотниц бродит.
Интересно, его бывшая жена совсем не в себе?
А, может, он раскидывает носки по квартире? Или храпит громко?
Нет, точно нет.
– Нет, Афин, даже не пытайся сбить с толку меня своей очаровательной улыбкой, – хмуро предупреждает Иван. – И чего ты там улыбаешься?
Он стоит возле двери, как жесткий цербер, недовольно нахмурив брови и скрестив руки на груди. Нет, сейчас он не тот холодный тип, рычавший на меня.
Я позорно шмыгаю носом от четкого осознания – я наконец-то нашла мужчину, от которого бабочки порхают в животе и искорки взрываются в груди. Вопреки здравому смыслу и моему сопротивлению, мне хорошо с ним и… правда, как будто опасность перестает висеть над моей головой.
Но это всего лишь иллюзия. Правда же?
Именно с Иваном я заполучу так много проблем, что я не выберусь из них никогда. Мне нельзя быть с ним. Ни в коем случае.
Вопреки здравому смыслу я продолжаю бессовестно пялиться на него, любуясь его широкоплечей и стройной фигурой. Я помню, ох, как хорошо помню его тело без одежды. Иван, наверное, из тех, кто спорт не пропускает даже по праздникам.
С виду он одет просто, но простота эта весьма дорогая – я хорошо в этом разбираюсь. Может, и правда занимает какую-нибудь должность? Но через что он прошел, чтобы в молодом возрасте добиться высокого звания и ранга?
Когда дверь открывается, я убегаю из зоны видимости коридора на просторную кухню, объединенную с гостиной и столовой.
Раздается писк терминала, через который Иван расплачивается за еду. Чековая лента рвется с характерным звуком. Шум пакетов – Иван забирает заказ. Курьер желает хорошего вечера, а Иван благодарит за доставку.
За время моих игр в прятки, я прекрасно натренировала все органы чувств. Я верю не только глазам, но и запахам, звукам. По мимике лиц определяю степень агрессии и намерений у окружающих меня людей.
Я в постоянном напряжении.