Марина Чигиринова – Колесница Аполлона (страница 5)

– Какая старая книга 1913 года, еще до революции! Фантастика! – искренне восторгалась Светка.

– Если хочешь, я тебя познакомлю с необыкновенным человеком, только сначала спрошу у нее разрешения, и мы сходим к ней. Пойдем? – Анфисе не терпелось поделиться со Светой той особой атмосферой, атмосферой ушедшей эпохи в квартире Лилии Францевны. – Она была знакома с Анной Ахматовой!

– Конечно, пойдем! Только сдадим истмат. Так боюсь провалить! Читаю, читаю, и даже повторить не могу, – жаловалась Света.

Анфисе исторический материализм давался легко, поэтому, спустя неделю после Нового Года, она снова собралась к Лилие Францевне, купив в Метрополе булочки со сливками, ее любимые.

Настроение было прекрасное, и она быстро поднялась по лестнице на четвертый этаж и остолбенела, увидев, что дверь в квартиру приоткрыта. Может Лилие Францевне плохо, и она вызвала скорую? В квартире у нее телефон последнее время, как на беду, был сломан и, может быть, у нее кто-то ждет скорую, например, соседка. Но никого не было слышно. Анфиса нерешительно постучала и медленно зашла в квартиру, которая поразила ее какой-то мертвой тишиной.

– Лилия Францевна! Это Анфиса! – голос раздался гулко в прихожей, но ответа не последовало.

Анфиса медленно прошла по длинному коридору в гостиную и распахнула двух створчатую дверь – никого. Страшный беспорядок вокруг! Ящики письменного стола выдвинуты и валяются на полу. Цветы в горшках разбросаны по полу, книги и одежда исторгнуты из чрева шкафов, как потроха из брюха мертвого кита.

– Лилия Францевна! – снова позвала Анфиса. Ее голова независимо от нее выдвигала разные версии «Что-то искала и убежала», «Был обыск и арестовали», «Похитили»…

Она снова вышла в коридор и пошла во вторую комнату, в которой она ни разу не была. Распахнув дверь в спальню, она увидела на широкой кровати хозяйку квартиры в белом кружевном белье. Можно было бы подумать, что она спит, если бы не сбитое постельное белье и неестественная поза – поперек кровати. Лицо ее казалось спокойным и каким-то умиротворенным. Глаза открыты. «Может, она еще жива?!» Анфиса, встав коленями на высокую кровать, почему-то пыталась ее приподнять. Но почувствовав холод, исходящий от тела, и увидев пятно крови на простыне, поняла, что жизнь покинула это тело уже давно.

Странно, что слез не было, ее охватил ужас и полная растерянность. Она застыла, так и стоя на коленях на кровати. Тут же ее посетила мысль, что убийца может еще быть в квартире, и она медленно сползла с кровати, нарушив ее белоснежный порядок, оставив на простыне борозду как на той снежной горе, где она любила кататься на лыжах. Пятясь спиной к выходу и не отрывая взгляда от жуткой картины, величественностью напоминающей пышные надгробия, она больно ударилась об дверь, что привело ее в чувство. Выбежав на лестницу, она стала кулаками барабанить сначала в соседние двери, а потом спускаясь все ниже, с этажа на этаж. Раздался грохот открывающихся дверей.

– Пожар?

– Что случилось?

– Кто ты?

– Чего надо?

Небольшая горстка соседей собралась на лестничной площадке возле открытой двери. Более активные граждане пытались пройти в квартиру, остальные с любопытством заглядывали в темный проем открытой двери.

– Лилию Францевну убили. Пожалуйста, у кого есть телефон, вызовите скорую и милицию, – твердо, взяв себя в руки, попросила Анфиса, перегораживая дорогу самым ретивым и любопытным, – Ничего здесь не трогайте! Вы хотите, чтобы вас обвинили в убийстве?

Любопытствующая публика попятилась, но не расходилась, обсуждая событие.

– Ой, горе-то какое! – заплакала какая-то старушка, прикрывая рот.

– У нас ведь уже такое было! Помните – из подвала все дрова растащили? Так и не поймали никого! – торжествующе выпятила грудь маленькая востроглазая брюнетка, как будто ее достижением было то, что никого не поймали.

– Ну при чем здесь это? Дрова! Убийств у нас не было! И обокрали, небось? Надо посмотреть все ли на месте! – с любопытством заглядывал в дверь щуплый мужичок в полосатой пижаме с профессорской бородкой клинышком, – Лиличка была не бедной дамочкой.

– Дамочка? Уфф. Старушка! – не унималась брюнетка.

– Барышня, если вы ее родственница, вам придется с милицией описать все имущество и выявить краденое! – вставил свое мнение осанистый, с объемным животом и залысинами гражданин, явно из номенклатуры, обращаясь к Анфисе. И все с любопытством уставились на нее, как будто ожидая от нее каких-то действий прямо сейчас.

– Нет, я не родственница. Знакомая. А милиция, думаю, сама разберется, что нужно делать! – уверенно ответила Анфиса, что удовлетворило публику, и внимание всех переключилось на подъехавшую милицию.

– Идут, идут! – сказала маленькая старушка в папильотках, стоящая у окна. Она поднималась снизу, так и осталась стоять между этажами.

Анфису удивило, что кучка народа стала стремительно таять, только двери хлопали. Кроме Анфисы остались только двое – осанистый господин и молодая, но какая-то бесцветная, похожая на домохозяйку, женщина от которой сильно пахло жареным луком, видно она что-то готовила, когда ее отвлекли.

3. Кладоискательницы

Неделя минула с похорон Лилии Францевны, а Анфиса никак не могла сосредоточиться на учебе и все думала о несчастной женщине. Кто мог убить ее, пережившую революцию, репрессии и блокаду? Такая несправедливая судьба! Анфису очень удивило, что бабушка довольно спокойно отреагировала на смерть подруги: «Всем нам скоро туда собираться. Жалко Лиличку!» – и все. Больше она переживала за Анфису, которую мог увидеть убийца. Анфиса вспоминала их новогодний праздник, Лилия Францевна как будто чувствовала, что смерть близко. Может она знала, что ей что-то угрожает?

В тот злосчастный день Анфиса много времени провела в милиции, давая показания. Потом ее еще пару раз вызывали для уточнения фактов и, как показалось Анфисе, дело застряло на месте, как телега в весеннюю распутицу. Выяснилось, что у умершей было много ценных вещей, никто не мог сказать каких именно, и если бы это были грабители, забрали бы все, а квартира ломилась от дорогих картин, мебели и ценных «безделушек». Скорее всего это не ограбление.

– Понимаешь, Света, у нее не было ни родственников, ни врагов. Может ее убили по ошибке? – делилась Анфиса с подругой.

– Скажи еще, что ее перепутали с толстым начальником, который жил напротив? Ха! – ерничала Света. Глаза ее горели, ее очень заинтересовало это из ряда вон выходящее событие. Она представляла себе, как они с подругой сами вычислят преступника и помогут милиции. – Может, украли что-то одно, маленькое, конкретное? Кольцо с огромным бриллиантом? Или в ее шкафчиках есть секретная полка, где хранились письма императрицы? Ведь ты говорила, что ее двоюродная тетушка служила фрейлиной…

– Ну ты, выдумщица!!! – смеялась Анфиса, и вдруг осеклась. – Письмо!

– Что письмо? Императрицы?

– Нет, конечно! Письмо, которое она отдала мне за ненадобностью. Помнишь, я его тебе показывала! Оно на французском. Лилия Францевна его пересказала, но нам нужен точный перевод. Попросим бабушку. Хотя она и так сильно волнуется за меня, а в письме речь идет о кладе! Боюсь, что она без практики совсем забыла французский. Лучше бы перевести самим! – перешла на шепот Анфиса.

– Давай попросим Юрку, помнишь, из параллельной группы? У него бабушка учительница французского. Думаю, ей нетрудно перевести для нас страничку. Скажем, из книги списали… – фантазировала Света.

– Нет, про это не поверит, но мысль правильная. Вряд ли старушка заинтересуется чужими тайнами. Надо еще подумать, – хмурилась Аня.

На следующий день они с трудом отыскали долговязого Юрку, который курил, прячась в тупичке лестницы у чердака. Занятия уже начались, но он явно не собирался идти на живопись.

– Юр, у нас к тебе дело. Может ли твоя бабушка помочь нам с переводом? Там совсем немного, всего пара листиков, а то и меньше. Поговоришь с ней, поможешь? – сразу же, без предисловий выпалила Светлана и состроила жалобную мордашку. Света чем-то была похожа на Мальвину, кукольным личиком и огромной копной вьющихся светлых волос.

– Это, смотря как вы меня задабривать будете, – хитро ухмылялся он, глядя на девчонок и растирая по полу окурок ботинком видавшим виды.

– А что тебе надо? Боюсь и представить, – спросила Анфиса.

– У меня хвост по философии. Напишете за меня контрольную? Там не много, всего пара листиков, – очень похоже он скопировал интонацию Светы.

– Ну ладно, договорились, напишу, – согласилась Анфиса.

– Листик у вас с собой? Давайте, отнесу, – с готовностью протянул руку Юрка.

– Нет, письмо ценное, мы хотели бы сами поговорить с твоей бабушкой. Пригласишь в гости? – напирала на него Света.

– Ну, это я поговорить с ней должен. Завтра встретимся, все скажу. Или позвоните, у вас есть мой телефон? Дать? – едва успел договорить Юра.

– Юрка, ну, сколько можно ждать? – снизу по лестнице через две ступеньки поднимался Дима, черноволосый, с копной вьющихся волос. – Так я и знал – с девчонками застрял! А мы там его ждем! Пошли скорее, Сеня и Миха уже на улицу вышли.

– Пока девчонки! А то пошли с нами? – бросил, не оборачиваясь, голенастый несуразный Юра и вместе с Димкой поспешил вниз.

– Договорились? Нам на начерталку еще надо, – крикнула вслед Света, не надеясь получить ответ, но Юра крикнул уже снизу: