Марина Бойко – Ненавидеть или полюбить? (страница 30)

— Что ты так смотришь? Глаза сломаешь.

— Не сломаю, — он усмехнулся. Показались ямочки в уголках его губ.

— Зря ты такой самоуверенный.

— Почему зря?

— Знаешь, веди машину молча.

— Я просто хотел спросить, понравилась ли тебе наша прогулка? Мы можем повторить если что. К примеру, завтра поехать в цирк или в ледовый городок еще можно съездить.

— Детям понравилась. А я не хочу с тобой никуда ездить, — отвечала я ему грубо и смотрела совершенно в противоположную сторону.

— Зря ты, так себя грубо ведешь. Я хотел договориться с тобой мирно.

— О чем ты хотел со мной договориться?

— Да так, не о чем.

— Сначала заинтриговал, а затем в кусты…

Наш разговор явно не клеился. Я не понимала, что он от меня хотел, возможно, сильно устала. Все же день у меня оказался насыщенным. На его слова я так и не обратила никакого внимания, а утром меня ждал очередной сюрприз.

Глава 23

На следующее утро Игнат явился с молодой особой. Длинноногая блондинка, одетая в откровенную белую блузу и короткую черную, кожаную юбку. Настолько короткую, что было видно ее кружевные черные чулки. Я просто обалдела, когда вышла из своей комнаты сонная и потрепанная в теплом махровом халате и увидела, как Игнат помогает снять ей легкое пальтишко, предназначенное, совершенно не для зимы, а для поездок на машинах. Самое главное, чтобы дети этого не увидели. На проститутку она конечно не совсем похожа, но чем-то смахивает. Вот эти силиконовые губы, наращенные ресницы, волосы, а возможно и попа. Мягко говоря — попа. При виде этой особы у меня сразу возникла одна единственная мысль, зачем Игнат ее сюда привез? В моей голове крутился, всего один ответ: ему нужна баба. Не может же такой самец, постоянно на сухом пайке. Ну и вез бы ее в гостиницу. Должен адекватно оценивать ситуацию. Нет, здесь что-то другое…

— Здравствуйте! — сказала, она своим писклявым голоском и поправила свои хорошо нарощенные волосы.

— Здравствуй! — ответила я ей и поставила руки в боки. В этом теплом халате я, скорее всего, выглядела, как панда, которая только что вывалилась из своей берлоги. Нужно скорее ее выпроваживать. Не нужно, чтобы мои дети видели эту силиконовую куклу.

— Дорогой мой муженек. А ты разве не забыл, что тебе нужно детей в садик отвезти? Да, да и мне, своей законной супруге, ты обещал, что завтра мы всей нашей дружной семьей поедем в цирк?

— По-моему цирк устраиваешь ты прямо здесь и сейчас, — сказал Игнат мне, когда незнакомка сняла свои дорогие лабутены и прошла в направлении его комнаты. Она совершенно не обратила внимания на мои слова, как будто ей было совершенно все равно.

Так значит, она еще и знает куда идти, значит, она тут не впервые. Вот поддонок! Вот сволочь. У меня просто нет слов. Увидев мой задумчивый взгляд, Игнат добавил:

— Ты не о том подумала. Это моя сотрудница по работе.

— Да кому ты тут заливаешь, а? Сотрудница…Знаем мы таких сотрудниц. А должность у нее случайно не стриптизерша? А может буфетчица-мин…, - он не дал мне договорить и резко перебил меня:

— Замолчи! Не позволю так тебе говорить! Я что-то не понял, ты ревнуешь?

— Я? К кому к тебе? Ты совсем что ли! Просто я не хочу, чтобы ты водил сюда всяких баб, — сказала я это едва слышно, так как боялась, что дети могут проснуться раньше положенного времени.

— По-твоему красивая женщина сразу распутная женщина?

— Кто? Она красивая? Она же ходячий силикон!

— Не твое собачье дело. — Больше мне он ничего не ответил. А тоже сняв верхнюю одежду, прошел за своей пассией.

Я никак не могла поверить, что это его сотрудница по работе. Не совсем я дура. Я стала метаться по комнате. Что же делать, что делать… Нужно это срочно присечь. В данный момент разум мой почему-то отключился, и мною управляло, лишь чувство злости и обиды.

Пройдя на кухню, я увидела оцинкованное ведро. В этом самом ведре сотрудник ЖЭКа приносил мне землю для рассады цветов. Требовалось мне земли много, так как пальма, растущая у нас на лоджии, вымахала так быстро, что ее срочно нужно было пересаживать в большой цветочный горшок. А этот самый сотрудник, в ядовито-оранжевой жилетке, утверждал, что он накопал отличного чернозема. Нет, на самом деле земля оказалась нормальной, пальма, как росла, так и растет, но вот ведро я так ему и не отдала. Оно так и продолжало стоять у окна. Я мигом схватила это ведро, которое никак не гармонировало с моей современной кухней. После чего я побежала в кладовую, я знала, там лежит канатная веревка. Я налила в ведро воды, привязала один конец веревки к ручке ведра и направилась в прихожую. То, что я задумала, мне понравилось, хотя, то, что я делала — не совсем правильно и разумно. Я собралась привязать ведро с водой таким образом, что когда будет Игнат открывать дверь со своей силиконовой пассией, оно упадет на них. Желательно на Игната. Он уже один раз искупался под холодной водичкой, так я ему напомню. Так сказать, освежу его память.

Я спешила совершить свой план. Хотя я действовала и быстро, но старалась не шуметь, все же дети еще спали. Будет знать, как водить сюда своих баб. Мало, что я его терплю, а он еще себе такое позволяет. Совсем уже совесть потерял! И пусть мне потом что-то еще и скажет.

Подставив табуретку, я кое-как установила полное ведро с водой на слегка приоткрытую дверь и привязала его к турникету, который был расположен чуть выше. Все равно, чтобы пройти им в прихожую, нужно открыть дверь и тогда ведро упадет и польется вода. Из этой двери мог выйти только Игнат, так как комнаты детей и моя комната, находились по ту сторону квартиры. Грубо говоря, дверь, на которой я еле-еле установила ведро, разделяло квартиру на правое и левое крыло. Левое крыло у Игната, правое у нас.

Я продолжала стоять на скамейке и устанавливать ведро с водой так, чтобы оно упало в нужный момент. Я не знала, где я этому научилась, и как получилось так, что эта мысль пришла мне в голову. Я просто хотела отомстить. Я просто хочу, чтобы Игнат понял, что хозяйка здесь я. На самом деле, мне не понравилось, что он привел сюда женщину. Если она является его сотрудницей, пусть в едет ее в кафе, разговаривает на работе, да где угодно, только не здесь. Мой муж Толик никогда не позволял себе водить в дом своих знакомых, друзей или просто сотрудников по работе. Я старалась поступать точно также. Дом — это моя крепость и в эту крепость я приглашала лишь самых близких. И я призадумалась. Гости в нашем доме, действительно, очень большая редкость. Даже когда Лара настаивала прийти к нам в гости, я противилась. И когда Соня просила устроить на ее день рождение праздник, пригласить одноклассников, к нам домой, я отказалась и перенесла его в детское кафе. Иногда я разрешаю, чтобы к Соне приходила ее подружка Настя, но и то, это лишь по той причине, чтобы она лишний раз сидела дома, особенно в холодную погоду. Оказывается, я такая противница, чтобы у меня дома, в моей квартире, на моей территории, кто-то был. Только я и мои дети, но и еще и Толик. Теперь я понимаю, почему я веду такую активную борьбу с Игнатом. Я никак не могу примириться, что он так нахально вторгся на мою территорию. На ту самую территорию, где я годами, создавала уют, берегла очаг и все такое. Еще и позволяет водить сюда баб.

Хоть я старалась не шуметь, но дети все же проснулись.

— Мама, что ты делаешь? — сказали они, когда увидели меня не в совсем нормальном виде. В этот самый момент я стояла на скамейки и пыталась подвесить ведро, наполненное водой.

Я обвернулась, скамейка пошатнулась, и это чертово ведро чуть на меня не упало. Еще немного и я бы сама попалась в свою ловушку.

— Дети, почему вы не спите? — ответила я, когда смогла сохранить равновесие и заново поставить ведро на место.

— Мы проснулись.

Дети выглядели сонно, но удивленно. Их помятые пижамы, с цветочками у Сони и машинками у Марка, говорили о том, что они только-только в стали со своих кроваток. Они никак не могли понять, что я делаю. Первым о моем поступке спросил Марк:

— Мам, что это?

— Это сюрприз для дяди Игната, — тихонько ответила я, так как услышала шорохи на территории своего, так сказать соперника. По все видимости они вышли из комнаты и направлялись в нашу сторону:

— Я говорил, что эта дистрибьюторская компания не в силах помочь…, - доносился голос Игната.

— Идут! — тихо воскликнула я и тут же слезла с табуретки. Привязанное ведро с водой так и продолжало стоять в нужном мне положении. Я убрала табуретку и подбежала к детям. Мы встали напротив этой самой двери и ждали, когда все произойдет.

Спустя мгновение дверь открылась, привязанное ведро упало, вода разлилась прямо на голову пассии Игната, так как она выходила первой.

Она дико завизжала, когда большой массив воды обрушился на нее. Раздался хохот детей. Мне тоже стало смешно, и я слегка подсмеивалась. Ее отлично уложенная прическа превратилась в мокрую тряпку. Вода испортила и ее макияж, а также какие-то белые бумаги, которые она держала в своих руках. Большая лужа образовалась под ней.

— Игнат! Что это? — воскликнула она, когда поток воды закончился. — Как теперь я поеду на конференцию!? В таком виде? И документы, они все промокли.

— Не беспокойся, документы еще распечатаем, одежду я сейчас съезжу куплю новую. Все будет нормально, — успокаивал он ее и принялся собирать белые листы.