Марин Монтгомери – Тайное становится явным (страница 84)
– Я не крала ваши часы! – орет Кортни.
– Итак, мой пистолет.
– Он лежал в бардачке. Вас тогда еще увел полицейский.
Я не верила Элизабет, но кажется, она и правда не брала его. Возможно, она заслуживает чуточку больше доверия.
– Почему ты его вообще взяла?
– Моя мачеха постоянно водит сюда мужиков, и иногда…
Кортни осекается, ее искалеченная губа начинает дрожать.
– Однажды один из них ворвался в мою комнату посреди ночи, – выдавливает она и поднимает руку, обрывая меня на полуслове. – Нет, ничего страшного не случилось. Может быть, он вообще просто был пьян или заблудился, но напугал меня до смерти. Я велела нашему ремонтнику врезать в дверь замок, но папочка психанул. Решил, что я собираюсь прятать наркотики или водить парней. Я взяла пистолет для самозащиты. Я не собираюсь ни в кого стрелять, но если бы у меня был пистолет, – она упрямо задирает подбородок, – они бы побоялись ко мне лезть.
– Ладно, – говорю я. – Но где ты взяла такую хорошую копию оружия?
– Помните, вы разговаривали с папочкой в кабинете? У него был сувенирный пистолет, он лежал там, на полке. Я просто взяла его и поменяла пистолеты местами. Друзья и клиенты постоянно дарят ему всякие безделушки, – в ее глазах зажигается интерес. – А вы откуда взяли пистолет?
– Не твое дело, – говорю я. – Подарок от старого друга.
Что-то в ее рассказе упорно не сходится.
– Твой отец ведет практику по уголовным делам, но у него нет оружия? А что, если в дом ворвется какой-нибудь сумасшедший, решивший отомстить адвокату?
– У нас первоклассная охранная система. Но вообще у него есть оружие, просто оно под замком. Если он уходит, то всегда закрывает свой кабинет. А оружие лежит в сейфе, чтобы мой брат до него не добрался.
Ладно, это имеет смысл.
– Давай подытожим. Ты признаешь, что взяла из моего бардачка пистолет, но ты не обсуждала ограбление с Элизабет и Джастином и никакого участия в нем не принимала?
Она кивает.
– Джастин просто увидел пистолет и попросил его одолжить.
– Громче. Я тебя не слышу.
Если точнее: мне нужно, чтобы она повторила это на микрофон.
– Шарлотта, вы мне нравитесь. Вы подвезли меня домой, и вы кажетесь – по крайней мере, казались – милым человеком. Я никого не просила вас грабить. Но да, я взяла ваш пистолет.
– Что-то не сходится.
– Что?
– Мои часы. Когда меня ограбили, они были на мне. Их украли. Если ты не при чем, то откуда они у тебя?
– Шарлотта, клянусь, я не крала ваши часы.
– Тогда как они у тебя оказались?
– Мы же с вами уже говорили.
История все еще не складывается, но на сегодня, пожалуй, достаточно.
– Пожалуйста, проводи меня до выхода.
– Естественно. Я вам не позволю тут шастать в одиночку, – она окидывает меня самодовольным взглядом. – Вдруг вы что-нибудь украдете.
– Раз уж мы об этом заговорили, может быть, ты вернешь мне мои часы? Можешь сама убедиться – они подписаны именем моей матери, – я выхожу вслед за ней в коридор. – К тому же, мне надоело сверять время по телефону.
– Дана! – недовольно кричит Кортни кому-то на втором этаже.
– Разве ты не говорила, что сейчас в доме только садовник?
– Дана! – еще громче выкрикивает она. К лестнице выходит высокая худощавая женщина с очень светлыми волосами и карими глазами. За ее спиной словно призрак возникает еще более высокий темноволосый мужчина. Его рельефный пресс туго обтянут футболкой. – Можешь принести мои часы от Тиффани? Они лежат на тумбочке. Желтые такие, с черным ремешком.
– Конечно, дорогуша, – заверяет женщина и машет мне рукой. – Здравствуйте, я Дана, приемная мама Кортни.
Кортни поворачивается ко мне с невозмутимым лицом.
– Вы правда думаете, что я бы пустила вас в дом, не будь здесь взрослых?
– Неплохо сработано, – говорю я.
– У нас с Даной особенные отношения. Они строятся на договоре, что когда я чего-то хочу, она это выполняет, – повествует Кортни и подмигивает мне с совершенно злодейским выражением лица. – А в обмен она все еще может заниматься тем, чем хочется ей.
Кортни получает часы и некоторое время рассматривает гравировку и значащиеся под ней инициалы.
– Ладно. Забирайте.
– Небольшой совет, Кортни, – добавляю я, понижая голос. – Если ты хочешь, чтобы люди и дальше верили в твою беременность, то перестань так налегать на алкоголь.
Кортни заливается смехом.
– Вы правда на это повелись? Мы с друзьями выдумали эту историю. У меня не получалось привлечь внимания Джастина, и мы с девчонками решили сделать пару липовых фоток. Отредактировали их так, будто мы с ним парочка. И минуты не прошло, как поползли слухи.
– Ты действительно с ним спала, или это просто досужие домыслы?
– Какие еще суженые домыслы? Ой, да неважно, – причитает она и закатывает глаза. – Нет, Джастин ко мне и не притронулся. Это была просто шутка. Так что можете передать Элизабет, пусть не беспокоится, я встречаюсь с другим парнем. Джастина она может забирать себе.
Мне хочется ее придушить. Абсолютно дьявольская девица.
Не буду врать – мне даже нравится, как она увивается за моими часами. И я знаю, что она их не крала – она их просто, так скажем, одолжила. Я специально оставила часы в офисе ее папочки в ту самую ночь, когда подвозила ее до дома. Кортни просто отвратительно вела себя с Элизабет, и я хотела воспользоваться шансом ей отомстить. Тогда я еще не догадывалась, что защищаю дочь Джонатана Рэндалла.
Как я ожидала, Кортни Керр ничем не отличается от Лорен Уайлдер. Разве что Лорен замахнулась сразу украсть моего мужа.
Словом, для меня не стало неожиданностью, что в конце концов часы оказались в тщательно наманикюренных пальчиках Кортни. Обнаружив на своем столе часы, ее отец наверняка стал спрашивать, чьи они.
И Кортни, конечно, угодила в тщательно расставленную ловушку и объявила их своими. Мне удалось проучить эту мерзкую девчонку.
Весело рассмеявшись, я сажусь за руль, опускаю на глаза темные очки и уезжаю, на прощание помахав особняку семьи Керр.
Глава 51
Когда я вновь оказываюсь в царстве живых – ну, в данном случае на залитой бетоном парковке, то первым делом вижу женщину, пристроившуюся на капоте машины Ноя. Я вспоминаю, как всего несколько месяцев назад в точно такой же позе меня ждала Диана, мусоля в уголке рта сигарету. Эта дамочка, впрочем, не курит.
Когда я подхожу ближе, сердце у меня перехватывает. Это та же самая женщина, что тогда заявилась в дом Шарлотты, Лорен. Та самая сумасшедшая.
В этот раз она одета в просторную куртку, джинсы и солнечные очки. Натянутый на голову капюшон скрывает ее темные волосы.
Я уже собираюсь повернуться и бежать к охране, но не успеваю – она замечает меня раньше.
– Элизабет Рэндалл, дочь Джонатана Рэндалла?
Я поворачиваюсь.
– Как вы меня нашли?
– Я ехала за тобой от самого дома Шарлотты. Она знает, что ты взяла ее машину? Что-то мне подсказывает, что даже если и знает, то не обрадуется тому, где ты была.
– Да вы совсем долбанутая.
Я тянусь было за телефоном, но мои карманы пусты. В тюрьму нельзя проносить средства связи, так что сейчас мой телефон в машине, которую оккупировала эта бешеная тетка.
– Ты в курсе, что это БМВ моего мужа?