Марибель Ли – Тень крыла (страница 49)

«Будьте осторожны». Зачем я только обернулась? Зачем я только позволила ему провожать меня? Зачем только…

Конь тянул меня в воду, река хватала мои одежды мокрыми щупальцами. Я удерживалась в седле, крепко вцепившись в поводья. Я пыталась удержаться в седле, охваченная безумной надеждой: я успею, и вода не заглотит меня. Но чем отчаяннее я пыталась дотянуться до другого берега, тем дальше он отступал. Река растекалась бесконечной гладью, река не хотела выпускать меня. Я замерла и оглянулась. Не река, море. Со всех сторон смытые берега, смытое небо, лишь эта вода, зовущая меня в смерть. Прежде чем я успела вскрикнуть, мой конь начал превращаться в черную пучину. Он был водой, и он нес меня ко дну. Я тонула уже сотни раз. Утонуть и проснуться. Но страх наполнял мои легкие быстрее темной воды. Страх расправлял мои руки и заставлял разрывать водную сеть, утягивающую вниз. Хватит, хватит, хватит. Я знала, что не вырвусь. Закрой глаза, утони. Мой голос пытался прорваться через водоворот сна, но стоило мне отдаться течению, как над моей головой начал стягиваться лед. Река холодела и замирала. Река сковывала меня. Чем ближе подступал лед, тем острее боль сжимала виски. Не выплыть, не коснуться дна. Сон все глубже увлекал меня, сдавливая льдом. Страшно, не знаю, почему мне стало так страшно. Так страшно, что я схватила его руку и прижалась к нему. Так страшно, что Бай Син оказался в моем сне, рядом. Так страшно, что я уцепилась за него, будто он мог спасти меня, будто я могла искать в нем спасения, будто я не знала, что через несколько секунд Бай Син, которого я обнимала, окажется лишь застывшей рекой, со всех сторон сковавшей меня льдом.

– Госпожа Бай, – тихий голос вырвал меня из темноты.

Кто-то держал меня за руку.

– Госпожа Бай.

Я с трудом открыла глаза.

Сун Лин. Она была еще прекраснее, чем прежде. Я не хотела видеть ее.

– Госпожа Бай, я приготовила вам лекарство, прошу, выпейте.

Ее голос говорил мне лишь об одном – она все еще оставалась здесь, на Горе Лотоса. Все еще рядом с ним. Я знала, что Сун Лин не была его возлюбленной, и все мои домыслы росли лишь из пустой ревности. И все-таки я не хотела, чтобы она видела меня такой слабой. И все-таки я не хотела знать, что все это время она была здесь.

– Вам станет лучше, как только вы выпьете это.

Почему она говорила со мной так мягко? Почему она вообще говорила со мной?

– Я всего лишь видела дурной сон.

Я села и попыталась улыбнуться, но Сун Лин настойчиво протягивала чашу. Спорить с ней – тратить силы. Я покорно выпила настой.

– Ваши каналы энергии повреждены. Вы должны лучше заботиться о себе.

Я слабо рассмеялась:

– Вы отчитываете меня, госпожа Сун?

– Разве я бы посмела?

– Почему нет?

Сун Лин улыбнулась и опустила глаза.

– Разве кто-то посмеет говорить непочтительно с госпожой Бай?

В лицо нет, за спиной – кто же не говорил?

– Теперь и вы меня боитесь?

Сун Лин улыбнулась.

– Я боюсь лишь того, что вы не дадите мне залечить ваши раны, и Глава Бай строго спросит с меня.

– У Главы много других забот.

Прежде чем она успела возразить, я коснулась ее руки:

– Госпожа Сун, окажите мне услугу, не говорите никому, что я все еще…

– Я могу скрыть ваши раны ото всех, но только не от Главы Бая. Да и Глава сам просил проверить ваше самочувствие.

Бай Син? Послал ее сюда? После того как просто ушел? Я была бледна, но не более. С чего ему вдруг беспокоиться обо мне?

Сун Лин накрыла мою руку теплой ладонью.

– Признаюсь, когда я услышала, что Глава Бай женат на молодой госпоже У, я была удивлена, но потом Глава сказал, что его жена – это вы, госпожа Гао, и все встало на свои места.

Бай Син сам сказал ей об этом? Даже Цзянь Фэн не знал.

– Должно быть, Глава доверяет вам.

Сун Лин улыбнулась.

– Я даже подумала, что вы так поспешно покинули Гору из-за того, что узнали о браке Главы, но… на этот раз судьба не ошиблась.

Я не знала, что и ответить на это. Возможно, Сун Лин, как и ее кузен, жила в своем собственном мире, где кто-то, глядя на Гао Фэнь и господина Бая, мог представить их возлюбленными.

– Как поживает ваш кузен, госпожа Сун? – я не нашла ничего лучше, как спросить об этом, надеясь, что Сун Лин больше не станет говорить ни о судьбе, ни о браке Бай Сина.

– Ему гораздо лучше. Я уезжала с тяжелым сердцем, но эти несколько дней, что за ним приглядывал Почтенный Гу, только пошли ему на пользу.

– Вы были в отъезде, – я не сразу догадалась, – с Главой?

– Да, поэтому я и не могла поприветствовать вас раньше.

На секунду беспокойство сжало мое сердце.

– Глава Бай… здоров?

– О да. Вам не о чем волноваться.

Тогда почему он взял ее с собой? Почему он вообще уехал? Почему он посылал ее вместо того, чтобы прийти лично и сказать мне, чего он хочет?

– Что ж, я спокойна, пока вы рядом с Главой.

По ее улыбке я поняла, что она принимала мои слова за чистую монету. Возможно, она даже думала, что наш брак – не отчаянная ошибка, а «воля небес»? Возможно, она даже думала, что меня и Бай Сина связывают чувства? В каком же мире жила эта Сун Лин? Хотя какое мне было дело, считали меня коварным Вороном или возлюбленной Главы Бая? Какое мне дело, если Бай Син встречал меня, повернувшись спиной?

– Госпожа Бай, вы должны отдохнуть.

Я кивнула, лишь бы она ушла. Лишь бы все ушли, лишь бы больше никто не звал меня госпожой Бай.

8

Водопад Усталых Брызг уже ловил в свои сети ночной холод. Я потянулась к воде и на несколько минут позволила себе закрыть глаза. Я знала, что не усну. Я просто выскользнула из дворца и побрела прочь. Я знала, что где-то здесь Цзянь Фэн прячет свои запасы. Видимо, в Учении Лотоса и правда было мало ценителей вина, раз Страж Цзянь устроил свой тайник с такой небрежностью. Найти кувшины было слишком просто. Я выбрала один наугад, и холодное вино обожгло губы.

Я не могла спать. Я не хотела спать. Чтобы снова тонуть, чтобы мне снова снился Бай Син? Если бы только во сне он сказал, чего хочет и почему злится. Но я знала: в моих снах он всегда молчит, а я теряю рассудок.

– Разве я угощал вас?

Я была почти рада слышать этот голос. Я ведь даже пришла сюда в надежде, что выпью его вино не в одиночестве.

– А разве ты не угостил бы?

Он не рассмеялся, а вырвал кувшин из моих рук.

– Эй!

– Госпоже лучше вернуться.

– Хочешь звать меня госпожой? Тогда мне звать тебя Стражем Цзянем? Или почтенным господином?

– Как вам будет угодно.

– Эй! Это мое вино! – Я потянулась к кувшину, но он ловко увернулся от моих рук.

– Как госпожа Бай может опуститься до воровства?

Он все еще был зол на меня. Даже он.

Я вздохнула и легла на землю. Пусть злится. Пусть все злятся. Мои пальцы дотянулись до воды. Холодная и уставшая.

Цзянь Фэн выругался и уселся рядом.

– Ты должна была сказать мне.