Марианна Алферова – Перст судьбы (страница 36)
– Благодарю, милая Ада. – Витали вынул из моих пальцев ключ.
Тут же подле него опять возник человек в белом фартуке, и добыча исчезла в кармане хозяина таверны. А если эти двое меня обманут? Если не вернут ключ? Что тогда? Остаться в городе навсегда? Я вдруг почувствовала себя такой незащищенной, жалкой, маленькой, нелепой. Нет, ни за что! Скорее назад, в замок! Меня вновь начала бить дрожь, и, чтобы справиться с ней, с проклятой, я сделала большущий глоток глинтвейна.
– Все в городе знают про эти ловушки! – Лурс усмехнулся, обнажая волчьи клыки. – Но знаешь ли ты, милая Ада, чему служат эти ловушки?
– Для охраны замка. Чтобы никто не мог пробраться внутрь.
– Нет, моя милая Ада, замок можно охранять совсем иначе. Кстати, ты никогда не задавалась вопросом, как умерла королева Мария? Поговаривают, ее хоронили в часовне Святого Иоанна в закрытом гробу, да еще ходят слухи, что тела в гробу не было вовсе и могила королевы – всего лишь нарядный кенотаф. Возможно, иссохшее тело бедняжки до сих пор покоится в тайном колодце, и король время от времени заходит в черную комнату, чтобы полюбоваться покойницей. А вы сами не боитесь провалиться в колодец?
– Не знаю.
– Не знаю – это в каком смысле? Не боитесь или боитесь?
– Мы об этом не думаем.
– Разве никто не может свалиться в ловушку случайно?
– Надо быть внимательным. Арабелла говорит: если свалишься – сам виноват.
Здоровяк в белом фартуке вернулся, брякнул ключом о столешницу.
– Держи свой ключик, Ада! Ты ведь, бедняжка, перетрусила, все думала, вдруг я тебя обману. Признайся, ты ведь в глубине души этого боялась.
– Ну да, да, боялась.
– Почему?
– Лурсы от природы все лживые.
– Кто тебе это сказал?
– Магистр Густав.
– Ну, он известная скотина.
И я почему-то не стала спорить.
Глава 3. «Колодец дьявола»
– Ада, Ада! Вставай! – Ирма бесцеремонно трясла меня за плечо.
– В чем дело? – Я с трудом разлепила не только глаза, но и губы. Во рту было мерзко. Как будто Арабелла в очередной раз напоила меня микстурой от кашля.
Все-таки пить так много глинтвейна нельзя. Ох, моя голова! Все так и идет кругом: балдахин кровати, забранное решеткой узкое окно со свинцовыми квадратиками переплета, лицо Ирмы.
– Вставай! Ну же, скорее! В «Колодце дьявола» сидит очередной пленник! Ты слышишь! Идем же!
– Что? Пленник?
– Ну да! Кто-то пытался залезть в замок и попался, как всегда.
– Но ведь на время карнавала ловушки отключают.
– Ха! Как же! Это вранье! Глупая сказка! Для того, чтобы дурачки попадали в лапы Мастера ключей. Каждый раз кто-то клюет на эту нехитрую ложь. И вот опять!
– Нет, не может быть, чтобы вранье. И потом, решетка была открыта.
– А что толку? Сокровищница на втором этаже. А уж там ловушки всегда на страже! Спроси у Густава! – веско заявила Ирма. – Давай, одевайся, поглядим на недотепу!
Я принялась натягивать блузу и юбку. К счастью, на стуле у кровати была сложена другая одежда, не та, что я надевала на карнавал. А то бы Ирма заметила порванную юбку. Она все замечает. Как и Арабелла. Не знаешь, кто из них хуже. Впрочем, Ирма – племянница Арабеллы, будущая главная фрейлина, она уже и сейчас воображает себя почти главной. Бедная будущая королева, избранница Франческо, мне ее заранее жаль!
Наконец я оделась, сполоснула под рукомойником лицо и отправилась вслед за Ирмой смотреть, кого же угораздило попасться в каменный мешок. Красная дорожка вела нас мимо библиотеки к дверям черной комнаты.
Замок нехотя просыпался после ночного веселья.
– Ирма, а ты ходила в город?
– Конечно же нет, – соврала Ирма. – Что я забыла на этом дурацком карнавале? Чтобы меня щупали всякие придурки и целовали прыщавые сосунки? А вот Гвидо всю ночь веселился – это я точно знаю. А ты?
– Я хотела… но… – врала я куда хуже, чем будущая главная фрейлина.
– Значит, ходила! – уверенным тоном заключила Ирма.
О, святой Иоанн, изгнавший жестоких богов Домирья! Почему у меня нет настоящей преданной подруги, а есть только эта Ирма?
– Ну вот, гляди! – Она толкнула узкую дверь, и мы очутились в маленькой комнатке.
Комнатка была совершенно темной, к тому же стены выкрашены в черный цвет – из-за этого ее и называют черной. Ни окон, ни ламп. Только дверь в одной из стен. А противоположная стена из небьющегося стекла – причем огромного, во всю стену. Такие стекла изготавливали много лет назад лурсы для своих знаменитых «тайных» зеркал. Через это стекло можно было видеть, что творится в ловушке, а несчастный, запертый в «Колодце дьявола», нас разглядеть не способен, он видит простое зеркало. Зеркало, которое невозможно разбить. Зеркало, в которое день ото дня будет смотреться и видеть, как меняются его черты, как западают щеки, заостряются скулы, вваливаются глаза, а руки становятся все тоньше и тоньше. Сколько дней он может провести в ловушке? Полтора месяца? Два? Виолетта просидела в «Колодце стонов» пятьдесят девять дней.
– Гляди, гляди, он пытается найти дверь, вот дурак! – шепнула Ирма.
Она, видимо, опасалась, что пленник нас может услышать. Мастер ключей говорил, что сквозь зеркало ничего не слышно. Но, возможно, он лгал, как и многие в нашем замке.
Я шагнула к стеклянной стенке поближе. Внутри «Колодца дьявола», под самым потолком, горел желтый фонарик с «холодным» огоньком, освещая ловушку. Судя по мутному пятну на стекле, пленник уже попробовал разбить его, но, разумеется, безуспешно. Теперь он пытался нащупать в соседней стене дверь. Глупо. В «Колодце дьявола» нет дверей. Сюда падают сверху. Падают и остаются навсегда. Кажется, пленник это наконец осознал. Во всяком случае, он запрокинул голову и посмотрел наверх. Оскалился, обнажая крупные белые клыки. Лурс!
Сомнений не было: там, за стеклом, сидел Витали!
Но он же сказал, что знает все-все про ловушки, что не боится.
– Ви… – невольно выкрикнула я и осеклась.
Услышал он или нет! Просто почувствовал? Лурс повернулся и посмотрел в зеркало. Шагнул ближе, провел пальцами по стеклу. Острые когти царапнули поверхность. Следа не осталось. Но скребущий звук я услышала. Значит, какие-то звуки можно услышать, если постараться.
– Ты его знаешь? – подступила ко мне Ирма.
– Я хотела сказать, что Ви… принцесса Виолетта… – залепетала я.
– Ты его знаешь. Да? Ты видела его вчера на карнавале? – продолжала допрос Ирма. Она умная девочка – этого у нее не отнимешь.
– Ну и что? Что из того? – попыталась я отбить атаку.
– Ты должна обо всем рассказать!
– Кому?
– Густаву.
Я беспомощно заморгала.
– Почему Густаву?
– Потому что этот лурс шел в библиотеку. Неужели не ясно? А?
Ну да, «Колодец дьявола» находится рядом с библиотекой. Вернее, рядом с верхним ее ярусом, где хранятся самые ценные фолианты и куда имеет доступ только Густав. Да еще король. Там, наверху, на одной из полок, лежат все трактаты Андреа Бемана.
– Ирма, хочешь, я подарю тебе свой гребешок из слоновой кости? – Я попыталась подкупить добровольного инквизитора.
– Зачем мне твой гребешок?! – презрительно хмыкнула Ирма. – У него половина зубьев отломана.
– Не пойду! – сделала я последнюю жалкую попытку отбиться. – Я ничего не буду…
– Тогда, – перебила Ирма, – я пойду и все расскажу королю.
Нет! Только не ему! У меня от страха подогнулись колени.
– Ну, хорошо, – выдавила я едва слышно. – Расскажем обо всем Густаву. – Во рту у меня тут же пересохло.
– Идем! Густав в библиотеке.