Мариана Запата – Ты будешь мне стеной (страница 62)
Представив
– Сколько тебе было тогда? Девятнадцать?
Большие, шоколадного цвета глаза медленно, очень медленно моргнули. Темно-розовые губы слегка приоткрылись.
– Ты прикалываешься надо мной? – спросил он, растягивая слова.
– Конечно. – Улыбка на моем лице стала еще шире.
– Потому что я боялся клоунов? – Казалось, он не может понять, что тут смешного.
Но это и правда было смешно.
– Просто я не могу представить, что ты вообще чего-то боишься. А уж клоунов меньше всего. Даже я их никогда не боялась.
– Мне было четыре.
Я захихикала.
– Четыре… или четырнадцать, одна фигня.
По упрямому выражению, появившемуся на лице Эйдена, было ясно, что ничего забавного он в этом не находит.
– Это последний раз, когда я пришел спасать тебя от чудища под кроватью.
Неужто он шутит? Я старалась не показать, какой шок испытала, но… так и было. Он шутил со мной! Эйден лежал в моей кровати и шутил. Со мной…
– Ну, прости, я просто немного пошутила.
Придвинувшись на миллиметр ближе, я подтянула ноги к груди так, что они коснулись его бедра.
– Пожалуйста, не бросай меня.
– Ладно, – сказал он, подкладывая подушку под щеку и сонно закрывая глаза.
Не стоило брать с него обещание. Я знала, что Эйден сделает так, как сказал. Такой уж он был человек.
– Эйден, – шепотом позвала я.
– Хммм… – пробормотал он.
– Спасибо, что решил спасти меня.
– Угу. – Он заворочался и медленно, глубоко вздохнул.
Я отложила фонарик и направила его в стену. Эйден даже не спросил, собираюсь ли я выключить свет, или хотя бы на сколько рассчитана батарейка. Я улыбнулась, сняла очки и положила их на пустую тумбочку у кровати. Потом я подсунула руки под щеку и посмотрела на Эйдена.
– Спокойной ночи. Еще раз спасибо за то, что остался со мной.
Чуть приоткрыв глаза, он промычал что-то нечленораздельное, но вполне похожее на «пожалуйста».
С легкой усмешкой я закрыла глаза.
Секунд черед пять раздался голос Эйдена:
– Ванесса?
– Мм-м?
– Почему в твоих контактах я сохранен как «Миранда П.»?
Мои глаза распахнулись сами собой. Разве я не стерла это имя?!
– Это долгая, скучная история, а тебе еще надо выспаться…
«Угу» Эйдена было таким недоверчивым, каким и должно было быть. Он, несомненно, понял, что я бессовестно вру, но осознание этого не помешало мне через несколько секунд провалиться в глубокий сон.
Когда я проснулась, было еще темно, в окно барабанил дождь. Какое-то время я не могла понять, где нахожусь, пока до меня не дошло, что я играю роль живого одеяла.
Личного одеяла Эйдена.
Одна нога была перекинута через его бедро, рука лежала на животе в районе пупка, а голова устроилась прямо на одном из его бицепсов. Мой чертов рот был в миллиметре от его соска.
Откинув голову назад, я увидела, что одна рука Эйдена служит ему подушкой – где была сама подушка, неизвестно, – а другой, той самой, на которой лежала моя голова, он обхватил меня за шею.
Стараясь не походить на огромного осьминога, я медленно сняла с бедняги руку и ногу. Я попыталась представить, что бы подумал Эйден, проснувшись и найдя меня в такой позе, но поняла, что не хочу этого знать.
Да и для него так будет лучше.
– Я проснулся ночью, чтобы попить водички, – произнес Зак, уплетая овсянку с бананами.
Я сняла очки и с наслаждением зевнула. Эйден случайно разбудил меня рано утром, выбираясь из кровати. Моей кровати. Той самой, на которой он проспал со мной всю ночь. Ну хорошо, шесть часов. Попыталась заснуть опять, но мне это не удалось. Поэтому я лежала на кровати и смотрела телевизор, пока не поняла, что достаточно бодра для того, чтобы заняться какой-нибудь работой перед завтраком.
– Твоя дверь была распахнута, – продолжил Зак.
Мой рот тут же захлопнулся.
– Я заметил, что ты была не одна, дорогуша.
Этот идиот даже не позаботился убрать с лица издевательскую ухмылочку. Он явно наслаждался ситуацией.
На это можно было отреагировать несколькими способами. Изобразить дурочку. Выйти из себя. Или сделать вид, что ничего особенного не произошло. Если имеешь дело с одним из самых доставучих людей в мире, третий вариант – единственно возможный. Легонько повозив зубцами вилки по тарелке, я подняла невинный взгляд на стоящего рядом зануду.
– Прошлой ночью отключили свет из-за грозы.
– Угу.
Он проглотил это.
– Эйден знает, как сильно я боюсь темноты, – продолжила я.
– Боишься темноты, – затрепетали рыжеватые ресницы. – Ну-ну.
– Вот и все. Прекрати смотреть на меня так!
Прежде чем отправить в рот ложку с овсянкой, Зак усмехнулся:
– Как пожелаете, миссис Грейвс.
Я застонала.
– Даже близко ничего не было.
– Не спорю с тобой, дорогая. – По тому, как Зак произнес это, я ни капельки ему не поверила.
– На самом деле, ничего похожего, – добавила я на всякий случай. – Он всего лишь… пытается быть мне другом.
Другом, который залезает ко мне в постель? Может, в следующий раз он ограничится тем, что вручит мне фонарь для аварийных ситуаций.
Мне было легко поверить, что Эйдена разбудили раскаты грома, сверкавшие на небе молнии и сумасшедшие порывы ветра. Но что заставило его пойти наверх, когда в доме отключили электричество? Потому что он подумал, каково сейчас мне. Потому что он почувствовал хоть крошечную ответственность за меня и поступил так, как обычно поступают друзья. А может, он подумал, что, случись со мной сердечный приступ, откроется, что мы на самом деле ненастоящие муж и жена, и хотел спасти свою репутацию.
У меня не было ни сил, ни желания думать об этом.
Зак поднял бровь, прежде чем снова заняться завтраком.
– Похоже, ты первый человек, Вэн, с кем он пытается подружиться.